Эмбер Гарза – Когда я стала тобой (страница 18)
Я разложила коляску, посадила и пристегнула Салливана, затем накинула куртку, и мы вышли из дома.
– Ну, вот мы и остались с тобой наедине, дружок, – певучим голосом сказала я. Мальчик беззубо улыбнулся в ответ, и внутри у меня все растаяло. Обожаю улыбки малышей. Когда Аарон впервые улыбнулся, я тут же достала его детский альбом и записала дату.
Тогда я записывала все подробности его жизни.
Первое слово Аарона: мама.
Начал ползать: в семь месяцев.
Начал ходить: в десять месяцев.
Первая стрижка: в два года.
Я не упускала ни одного момента. Даже написала несколько писем, чтобы он прочитал их в будущем, когда уже сам станет отцом.
Интересно, а ведешь ли ты такой альбом для Салливана? Заносишь ли ты туда все важные детали?
Я толкала перед собой коляску, и ее скрипучие колеса нарушали тишину. Под ногами хрустели листья. Салливан внимательно рассматривал голубое небо. Пейзаж был восхитительный, как с картинки: деревья, высаженные по обеим сторонам улицы, соединялись аркой посередине.
Мы добрались до Саттер-стрит, прошли мимо антикварных магазинов и ресторанов. Я часто гуляла здесь с Аароном, когда он был маленьким. Удивительно, что в такую чудесную погоду здесь так мало людей.
Ближе к концу улицы зазвонил мой телефон. Первым делом я подумала, что это ты. В панике выхватила мобильный из кармана, но это была Кристина.
Она звонила уже десятый раз за один день.
– Привет, как дела? – со вздохом ответила я.
– О, не ожидала, что ты возьмешь трубку.
– Ну, ты набирала мой номер миллион раз – решила узнать, вдруг что-то срочное.
Мимо проехал мотоциклист, и за шумом я не расслышала, что сказала Кристина.
– Где ты? – наконец спросила она, когда стало потише.
– На Саттер-стрит.
– И чем ты там занимаешься? Ходишь по магазинам?
– Не-а. – Я развернула коляску, и мы двинулись обратно к твоему дому. – Гуляю с Салливаном.
– Что еще за Салливан?
– Это сын Келли. Она осталась дома вздремнуть.
– Поня-ятно. – Кристина так протянула это слово, что мне стало не по себе. – Я, э-э… я тут встретила Сьюзан в школе…
Точно, у них же дети одного возраста.
– Оказывается, она вчера тебя видела.
– Да, я покупала кое-какие вещи для Салливана.
– А теперь ты с ним гуляешь. – Снова многозначительный тон. – Так ты сейчас с ним одна, на Саттер-стрит?
Я шумно сглотнула, продолжая толкать перед собой коляску. За всю дорогу мальчик не издал ни звука – лишь с довольным видом наблюдал за облаками.
Везет же малышам. В их жизни все так просто.
– Ага, – резко ответила я.
– А она… твоя подруга в курсе, что ты пошла гулять с ее сыном?
Меня словно обдало жаром.
– Конечно, в курсе. Как тебе только в голову пришло такое спрашивать?
– Да ладно, Кел. Ты же сама понимаешь.
– Сейчас все по-другому.
Я сглотнула подступивший к горлу ком. Голова закружилась, и я сжала пальцами переносицу.
Мне же теперь лучше.
Я поправилась.
Так ведь?
– Ладно, я тебе верю, – сдалась в итоге Кристина.
– Правда? – Я все ждала какого-то подвоха.
– Да, просто… Ну, в общем, ты не забывай, что я всегда рядом. Если вдруг захочешь поговорить или еще что.
Поравнявшаяся с нами парочка кивнула и помахала мне. Обе руки у меня были заняты, поэтому я только кивнула в ответ. Салливан что-то пробормотал.
– Хорошо. – Мы повернули за угол; дальше, к сожалению, дорога шла в горку. Мне и одной было бы тяжело здесь подняться, а уж с Салливаном тем более. Дыхание участилось, рука заболела от натуги. – Слушай, Кристина, у меня впереди крутой подъем, неудобно будет говорить по телефону. Я перезвоню.
– Ладно. Поговорим позже.
Я повесила трубку и положила мобильный обратно в карман. Ухватила коляску обеими руками и с трудом начала толкать ее вверх. Преодолев уклон, я остановилась отдышаться. Мимо пробежала женщина. «Что-то ты совсем не в форме», – читалось в ее любопытном взгляде.
Неужели она не заметила коляску? С ней подниматься в два раза труднее.
Салливан захныкал и надул губы. Знакомое выражение лица.
– Проголодался? – спросила я.
Он заплакал немного громче. Вот и ответ.
– Тише, мы почти на месте, – успокоила я его и прибавила шаг.
Когда мы вошли в дом, Салливан уже кричал во все горло.
– Все хорошо. Мама сказала, в холодильнике есть бутылочка.
Я завезла коляску на кухню и начала покачивать ее взад-вперед – кажется, помогало. Свободной рукой открыла холодильник и нащупала бутылочку. Хорошо, что сначала проверила ее содержимое – пахло кислым. Неужто ты кормила его просроченной смесью?
Я приготовила свежую смесь, достала Салливана из коляски и отнесла в гостиную. Села с ним на диван и начала кормить. Из спальни доносилось твое громкое посапывание. Мальчик, подкрепившись, тоже уснул. Он лежал у меня на руках с закрытыми глазами. Губки были слегка разжаты. Так и хотелось провести рукой по этому нежному личику.
Я поняла, что не стоило совать нос в распаковку вещей – это слишком личное, – но не сидеть же мне без дела, пока вы спите? Можно хотя бы прибраться. Я осторожно переложила Салливана на одеяло, расстеленное на полу. Затем встала и потрясла онемевшими руками.
Начала я с кухни, там было грязнее всего. Помыла посуду и бутылочки. Когда они высохли, рассортировала все по шкафчикам. Сложила коляску и поставила ее у выхода.
Потом принялась за гостиную. Пол был усыпан погремушками, одеялами и сосками. Рафаэль никогда не позволял доводить дом до такого состояния, даже если я валилась без сил.