Эля Шайвел – Обрученная смертью с драконом (страница 26)
— Татум, нам надо серьёзно поговорить! — сказала я максимально возможно копируя приказной тон моей матери-королевы. Вышло не очень, судя по всему.
- Утром. Я устал. Посплю, пожалуй, — сказал мужчина и, покряхтывая поднявшись, побрёл к лежанке.
- Не смей уходить от вопроса, игнийский хлыщ! Ты что, обманывал меня всё это время⁈ — я возмущенно рванула за ним, дернув за рукав.
- Алесса, подожди до утра, у меня правда нет сил. Битва с Тьмой, знаешь ли, изматывает, — Татум, даже не заметив моих потуг его остановить, дошёл до своего одеяла и начал укладываться.
- Я буду стоять всю оставшуюся ночь у тебя над душой и не дам ни заснуть, ни отдохнуть! — уперев руки в боки, я топнула ногой, пытаясь придать голосу как можно командный тон. — Почему этот мерзкий Шэд называл тебя принцем Игнитума⁈ Что ты там ещё от меня скрываешь⁈
— Завтра, моя милая, завтра, — проворчал Татум, поворачиваясь спиной ко мне, ложась на правый на бок.
- Не смей засыпать! — я с размаху села рядом, больно ударившись о пол пещеры колени.
Моя злость, подпитанная пережитым недавно ужасом от столкновения с Тьмой, застилала мне глаза. Этот противный интриган Татум всё это время скрывал от меня, кто он! Этот наглый самовлюбленный игнийский принц, наверняка, веселился, выслушивая мои тирады на его счёт! Почему этот Шэд знает больше меня о моём женихе⁈ Почему Татум мне ничего не сказал⁈ Мы же жизнью рисковали друг за друга уже не раз даже!
- Татум, ответь мне! — я со всей силы дернула лежащего мужчину на себя и, завалившись впёред, упала на него.
Несмотря на мою неуклюжесть, эта попытка увенчалась успехом. Игниец нехотя перевернулся на спину и открыл глаза. Посмотрел на меня. Ухмыльнулся. А потом неожиданно рывком сгрёб меня в охапку и уложил рядом с собой, в один миг завернув меня в одеяло.
- Всё, женщина, спи, — сказал он, поцеловав меня в лоб, и крепко прижал к себе. — Я даже рад, в принципе, что тайна открылась. Хоть невесту свою обниму, наконец-то!
— Не смей меня трогать, гнусный обманщик! — я пыталась вырваться из одеяла, но оно спеленало меня будто младенца. — Татум, выпусти меня! Что ты себе позволяешь⁈ Я принцесса!
- Спи, принцесса, - в противовес моим истеричным крикам спокойно повторил игниец и вновь поцеловал меня в лоб, ещё сильнее прижав к себе. — Молча.
- Нам нельзя спать вместе, мы не женаты! — я продолжала безрезультатно дергаться в одеяле как червяк.
- Угу. Очень жаль, что все об этом узнают. Всё, Алесса, спи. Обещаю, завтра поговорим.
Подергавшись в одеяле из стороны в сторону ещё несколько раз я сдалась, поняв, что это бесполезно. Я могу вопить и дергаться, но противный игниец сжимает меня мертвой хваткой. Заставить его поговорить со мной я не могу. Если разговор состоится не сейчас, как мне хочется, а через пару часов — ничего уже, действительно, не изменится, этот паршивец прав. Ладно, женишок, сдаюсь. Но только на этот раз.
Татум, не замечая моих терзаний, уже размеренно сопел. Как и в первую нашу ночь, я разглядывала его красивое, благородное лицо. Теперь его омрачали печать тягот и усталости, а глубокие тёмные впадины под глазами казались похожи на печать Тьмы. Однако, игниец улыбался сквозь сон. Вот дурак, чему улыбается⁈ Я нахохлилась, прижимаясь к теплому мужчине, и продолжила его разглядывать.
Да-а-а. Мы через многое прошли, это правда. Но, если он действительно принц Игнитума, и мой будущий муж, смогу ли я ему доверять теперь? Он так долго скрывал от меня правду… А главное, непонятно почему он это делал, в чём смысл⁈
Под эти размышления и размеренное дыхание Татума я уснула, окутанная теплом игнийца и терзающими меня сомнениями.
Когда я проснулась, Татум уже лежал с открытыми глазами, бессовестно близко прижавшись ко мне и разглядывая. Вот наглец!
- Отпусти меня, нахал! — с ходу я начала ссориться.
— Ты же хотела поговорить о чём-то, кажется? — насмешливо спросил Татум.
— Хотела. Вот отпустишь и поговорим! — я продолжала храбриться.
— Я буду отвечать на твои вопросы пока ты лежишь со мной. Если встанешь — потеряешь возможность узнать ответы, — ухмыльнувшись заявил обнаглевший игниец.
— Как ты смеешь ставить мне условия после всего твоего вранья⁈ — моему возмущению не было предела. Я попыталась лягнуть нахала, но одеяло по прежнему обездвиживало меня.
— Что хочу, то и делаю. Я же принц Игнитума и твой будущий муж. А жена должна быть покорной мужу, моя строптивая беглянка-невеста, — самодовольная улыбка не сходила с его лица и мне очень хотелось как нибудь его треснуть за это.
— Зачем ты скрывал от меня, кто ты? — ладно, немного потерплю. Всё равно вырваться не получается.
— Да я и не скрывал изначально, — Татум рассеянно взъерошил волосы ладонью. — Но когда я попытался тебе представиться, один раз ты меня перебила, а второй раз начала насмехаться. Так что я решил, что так даже интереснее: получше узнаем друг друга, не обремененные твоими скандалами о принуждении тебя к браку со мной, — игниец поднял на меня взгляд своих завораживащих изумрудных глаз. — Неужто за это время я тебе не понравился?
- Какая разница? Раз я всё равно должна выйти за тебя, — я постаралась ответить как можно равнодушнее. — Но я всё ещё не понимаю,
— Судя по всему, да. Я и сам удивлён, — ответил Татум, отводя взгляд. Врёт что ли⁈
— И какой же ты маг, как ты думаешь? — сделаю вид, что поверила пока. С этим хитрым принцем надо держать ухо востро.
— Видимо, я маг огня и дракон-оборотень, — сухо сказал игниец. А вот это уже интересно…
— Дракон⁈ А какого цвета ты дракон? — мысли летели вперёд. В моих видениях было три дракона: черный, зеленый и золотисто-красный. Сфера игнийца была красного цвета, а в последнем видении на меня напал зелёный дракон…но он и на змея напал…
— Изумрудного, в цвет моих глаз. Как и у всех драконов, — ответил Татум и вновь посмотрел на меня своими искрящимися зелеными всполохами изумрудными глазами.
Значит зелёный дракон, всё же, меня спасал, а не нападал… Вдруг мне стало очень неуютно. Лежу тут в обнимку с женихом. Наедине. Да ещё и так близко лицо это его красивое, аристократическое. Так и хочет потянуться к нему… или что бы он… надо срочно менять тему.
- А ты знаешь, что означают всполохи маленьких зеленых молний в твоём взгляде? Я вижу в твоих глаза отражение своих. И мои тоже искрятся похожим образом, — я, сглотнув ком в пересохшем горле, отвела взгляд. Повисла тишина.
— Да, знаю, — тихо прошептал Татум после минутной задержки. — Это значит, что мы истинная любовь друг друга.
Глава 45
Татум
Наблюдая с вершины скалы, выступающей над ущельем, за снующими внизу работорговцами, я думал о том, что до сих пор не знаю, как отличить жреца Морры из Ордена Тантур Дисси от обычного человека. Как их распознать среди десятка людей, копошащихся в лагере? Или все тут культисты?
Мы с Алессой наткнулись на этот место вчера и пока лишь наблюдали за происходящим. Все работорговцы носили красно-желтые ленточки, вплетенные в волосы и одежду, как и те мерзавцы в Восточных Пустошах. В городе же никто из тех торговцев в лавке «Айдернис и сыновья» не носил этих лент. Хотя один из них был тут — всё тот же Найджел. Он, кажется, руководил группой.
После нашего, пусть и не до конца откровенного, разговора по душам в пещере пару дней назад принцесса Аэратты заметно поутихла в своём гневе. Но мне до сих пор кажется, что это — напускное. Она пока просто скрывает свои истинные эмоции.
Я так и не смог ей признаться про содержание пророчества, говорившего, что я должен её убить, чтобы спасти мир. Как мне ей об этом сказать⁈ Как мне это теперь сделать, когда я по уши влюблен в эту девушку? Временами своевольную и капризную, но такую отважную и самоотверженную? Готовую пожертвовать собой ради попытки спасти меня, как тогда она поступила в Клейме.
Когда Шэд захватил мой разум пару дней назад, я оказался, как будто бы, не только отрезан от контроля за своим телом, но и отсутствовал в реальности в принципе. Я не помню ни того, что делал Шэд в моём теле, ни того, о чем они с прицессой говорили. Судя по всему, он и открыл Алессе, кто я. Что он ещё сказал ей? Это терзало меня. Но я боялся сказать лишнего, начав задавать вопросы, пока сам ещё не был готов к разговору.
В этой затаившейся тишине мы и продолжили свой путь, пока не наткнулись на лагерь работорговцев. И вот теперь, наблюдая за бандитами, я осознал, что и Алесса тоже поглощена все эти дни какими-то, видимо не очень приятными, мыслями, раз молчит и не спорит.
Между тем, в лагере наметилась какая-то излишняя оживлённость. Слава Богам, а то я устал уже пол-утра лежать в раскоряку здесь, на обдуваемой всеми ветрами скале, в одной позе. Алесса тоже вытянула шею, приглядываясь к происходящему внизу.
Ажиотаж вызвал человек в длинном черном дорожном плаще, пришедший с юго-запада, со стороны, противоположной расположению Клейма. Люди в лагере переполошились, подбегая к дороге и кланяясь ему. Видимо, какая-то местная шишка. Или главарь.