Эля Саммер – Плененное сердце (страница 4)

Однако по вине миссис Коллинз, которая останавливает меня на полпути к шкафчику, дабы дать очередное задание по экономике, я теряю возможность покинуть стены школы без происшествий. Ведь стоит мне оказаться в пустом коридоре и завернуть за угол, как я замираю на месте, ибо Аманда, оперевшись спиной о мой шкафчик, притягивает к себе Стоуна за воротник рубашки и так пылко целует его, что он вынужден опереться обеими руками о дверцы шкафчиков, чтобы устоять на ногах. Чем ближе я к ним подхожу, тем чётче я слышу томные вздохи Аманды, и как результат – моё раздражение становится всё сильнее. Подойдя к ним вплотную, при этом будучи незамеченной, я с силой толкаю Стоуна в плечо, чтобы они незамедлительно прекратили это.

– Какого?.. – рыжий отрывается от шеи своей девушки и грозно смотрит в мою сторону, пока не понимает, что это была я.

– Это мой шкафчик. Нахрен идите отсюда, – я прогоняю их и, открывая дверцу, грубо отталкиваю ею Аманду в сторону. До чего же несносная пара.

– Дафна! – к моему удивлению, девушка восклицает так, будто она отчаянно долго искала встречи со мной. Аманда отстраняется от Рыжего, который, также как и я, не понимает причину, по которой она начала со мной столь нежеланный разговор. – Я просто хочу тебе напомнить, что мы живём в двадцать первом веке, и называть кого-то шлюхой, хоть и в завуалированной форме, ужасно грубо. Мне казалось, что каждая образованная и уважающая себя девушка должна знать против чего борются феминистки. Печально, что ты так уничижительно говоришь о женщинах, при этом будучи одной из них. Думай головой, прежде чем разбрасываться подобными словами, – она с излишним пафосом произносит свою речь, и изумлённая подобным упрёком я неосознанно перевожу озадаченный взгляд на Стоуна, который с полным недоумением смотрит на свою девушку, сгорая при этом со стыда.

– Эм, хорошо, – я отвечаю на её напыщенность, не сдержав смешок, и, захлопнув дверцу шкафчика прямо перед её лицом, ухожу. Но оказавшись в десяти шагах от выхода, меня внезапно окликает знакомый голос.

– Остановись на секунду, – просит стремительно идущая в мою сторону Лиззи.

Поскольку последний разговор с девушкой закончился моим небеспричинным молчаливым уходом, я намереваюсь повторно уйти от разговора с ней. Но что-то в её взгляде вынуждает меня остаться и выслушать её.

– Что ты хочешь? – я спрашиваю и, внимательнейшим образом посмотрев на неё, прихожу к выводу, что спеси в ней значительно поубавилось.

– Я перегнула палку. Когда я ревную кого-то, меня часто заносит. Я признаю, что вела себя как сука. Поэтому прости, – она с трудом выговаривает своё извинение, смотря при этом в сторону двери. – Но было бы неплохо, если ты всё же внесёшь некоторую ясность касательно твоих отношений с Вильямом. Пожалуйста, – она с нажимом просит, и после пристально смотрит мне в глаза, что вызывает у меня истерическую улыбку. До чего же странная и упёртая особа.

– Ничего не было. Его едва моим другом можно назвать, – я всё же даю ответ на тревожащий её вопрос.

– Точно? – с недоверием переспрашивает она, и стоит мне положительно кивнуть, как она меняется в лице, и обворожительная улыбка вновь озаряет её лицо. – Вот и славно. А что насчёт Ривена – мы в другой раз поговорим, – она хитро мне подмигивает, отчего я прихожу в бешенство.

– Да иди ты к чёрту, Лиззи.

– Не будь злюкой, зайчонок, – она с самодовольным видом берёт меня под руку, и мы вместе идём в сторону выхода.

Пока Лиззи ведёт меня за собой, я не могу отделаться от саднящего страха, будто в глазах большинства я выгляжу безнадёжно влюблённой в Стоуна. Она ведь едва меня знает, однако намёки о моих неоднозначных чувствах к парню звучат далеко не единожды. И это волнует меня, потому как я не могу допустить, чтобы мнение, будто Стоун мне не безразличен, распространилось и впоследствии дошло до самого парня.

– Вы как раз вовремя, – стоит мне с Лиззи подойти к Элеонор и Кристиану, которые стоят у его машины, как Ривера приветливо нам улыбается. – Мы как раз обсуждали вечеринку Стоуна и кто что будет пить.

– Я в этот раз без алкоголя. Родители будут дома. Если я под утро пьяная на пороге дома заявлюсь, то такого наслушаюсь, что и жить не захочется, – Лиззи произносит, под конец взглянув на только что подошедшего к нам Стоуна.

– Хорошо, я делаю вид, будто поверил, что на этот раз ты не напьёшься, – коротко кивает Ривен, из-за чего Лиззи гневно бьёт его по руке.

– Вот не надо из меня алкоголичку делать, – она его остерегает, и в ответ он лишь натянуто улыбается, отшатнувшись от силы её удара.

– Что насчёт вас? Будете то же, что и в прошлый раз? – Стоун спрашивает моего братца и Элеонор, которые на этот раз решают изменить своим привычкам и провести вечер с бокалом американского бурбона. А затем он переводит взгляд на меня. Будто не желая со мной говорить, он выжидательно смотрит мне в глаза, подразумевая всё тот же вопрос.

– Я никуда не пойду, – я с напускным спокойствием отвечаю.

– Вот только не начинай! – возмущается Элеонор, которой так не пришёлся по душе мой отказ. – Ты и в прошлый раз отказалась идти, из-за чего всё веселье пропустила. Только посмей не явиться! Я тебя засужу за твоё занудство.

– Как по мне, то нет ничего веселого в том, как Кристиан, будучи пьяным в хламину, влезает в очередную драку. Я за последние пять лет достаточно на эти спецэффекты с выбитыми дверьми насмотрелась.

– Купи ей бутылку детского шампанского. Вместе с Лиззи будет трезво Новый Год справлять, – проигнорировав мой отказ куда-либо идти, отвечает Кристиан.

– Я ведь сказала, что не пойду, – я раздражаюсь, поскольку не хочу всю ночь просидеть в углу чужого дома, не зная чем себя занять. Но в ответ братец гримасничает, что значит лишь одно – он настоит на моём присутствии в доме Стоуна.

– Ещё как пойдёшь. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы папа узнал истинную причину сгоревшей кухни.

– Ах ты сукин сын, – я с гневом в глазах возмущаюсь, осознавая, что он намерен использовать инцидент годовалой давности, дабы повлиять на меня. Я не побоялась бы сама сознаться в том, что причиной возгорания являюсь я, если бы только не сгорела опрометчиво забытая на столешнице папка с важными документами, из-за которых Ричард буквально целый месяц бился в истерике.

– Ты что, спалила кухню? – с хохотом переспрашивает Лиззи.

– Это была неисправность техники, – я неуверенно оправдываюсь.

– Ага, кастрюля вышла из-под контроля и подожгла суп. Чёрт, до сих пор не понимаю, как ты умудрилась спалить кастрюлю, мать его, супа, – не унимается Кристиан, из-за чего другие не сдерживают смех.

– Да иди ты!

Взорвавшись от раздражения, я сажусь в открытую машину и с громким хлопком закрываю дверь, не желая слушать их остроумные насмешки. Благо, это длится всего несколько минут, так как за Элеонор приезжает её водитель, и вскоре все расходятся по своим автомобилям.

– Что-то не так,Дафна? – спрашивает с дразнящей насмешкой Кристиан, стоит ему только оказаться внутри кожаного салона Porsche, и за это он тут же получает заслуженный удар по своей самодовольной физиономии моим рюкзаком.

– Вези меня домой, мудила, – я требую, сложа руки на груди, и братец с заливистым смехом выезжает со школьной парковки.

Глава 3. Скажи, не пряча правду.

– Что, во имя господа, здесь происходит?! – раздаётся изумлённый возглас Элеоноры, когда она появляется в спальне Ривена и видит, как мы с парнем, сидя на краю его заправленной кровати, прикладываем к пострадавшим лицам остатки льда. – Вы что, подрались?! – она в ужасе кричит, застыв в дверях с широко распахнутыми глазами.

– Элли, просто принеси нам ещё немного льда, – измучено просит Ривен, настроение которого, вероятнее всего, было безвозвратно испорчено моим поведением на его вечеринке, и я опускаю пристыженный взгляд на свои колени.

Вне всякий сомнений, ответственность за вспыхнувшую между нами ссору полностью лежит на треклятой Аманде, которой удалось с помощью лишь пары слов вывести меня из себя. Однако я не могу не чувствовать давящую вину за случившееся между нами в ванной, ведь именно я, а не она, исцарапала ему ногтями шею и оставила на подбородке наливающийся синяк.

А чтобы лучше разобраться в произошедшей стычке, нужно вернуться на несколько часов назад, когда я только собиралась на новогоднюю вечеринку Ривена.

***

Лишь когда звучит бой курантов и приглашённые в наш дом гости радостно поднимают бокалы с шампанским в честь наступившего нового года, нам с Кристианом позволяют откланяться и отправиться на вечеринку Ривена. Мой братец на всех порах мчится в свою спальню, чтобы взять подготовленный для Элеоноры подарок, а я в это время с кислой миной плетусь в гардеробную, чтобы сменить испачканный томатным соусом наряд на что-нибудь другое.

Остановившись перед рядом платьев разной длины и фасонов, я не глядя хватаю первую попавшуюся под руку вешалку и торопливо переодеваюсь. А затем подхожу к зеркалу и с лёгкой взволнованностью смотрю на своё отражение, при этом сжимая вспотевшие от нервов ладони в кулаки.

Обычно я предпочитаю совершенно другой стиль одежды и крайне редко надеваю что-то столь короткое и облегающее. Заправив за ухо прядь подкрученных волос, я медленно скольжу смущённым взглядом по расшитой камнями тёмно-синей ткани платья и думаю лишь об одном: «Как бы Ривен не подумал, что глубокое декольте необходимо мне для привлечения его внимания». И будучи не в силах отделаться от этого наваждения, я накидываю на плечи утеплённый чёрный пиджак и, поправив ремешок туфлей того же цвета, выхожу обратно в коридор.