Эля Рин – Только наоборот (страница 33)
Глава 12. Цветы как в подарок, только наоборот
Слава горным духам, нам хотя бы не пришлось гадать, в какую сторону идти за мифической флейтой. Тут в принципе был всего один путь. От того места, где мы рухнули вместе с драконом или, точнее, дракон рухнул с нами, наверх по узкой каменной ложбине, защищенной скалами с обеих сторон, вилась тропинка. Утоптанная, но не скользкая. Без осыпей и трещин. Словом, идеальная.
Самое интересно, что протоптали ее точно не люди.
Вернувшаяся магия заставляла меня тянуться вниманием буквально во все стороны и изучать мир вокруг гораздо тщательнее, чем я это обычно делала. Изучать не потому, что тут могла грозить опасность или я боялась пропустить какой-нибудь очередной знак судьбы. Изучать, чтобы впитывать отблески чужого волшебства, словно губка. Чем дальше, тем больше я понимала – как же мне этого не хватало!
Да, в человеческой форме я шутила, храбрилась, злилась, смеялась и ужасалась.
По старой привычке заигрывала с судьбой, играла в пятнашки с вероятностями и чувствовала повороты сюжета.
Но.
Лишь теперь я необычайно четко поняла, что у меня отняли! Отрезали больше половины сути. Лишили самых тончайших нюансов бытия. Сделали мир вокруг трехмерным и воспринимаемым лишь человеческими органами чувств. Брр.
Ши не боятся, ши никогда и ничего не боятся, но я осторожно шагала впереди нашего маленького отряда, сжав кулаки, и думала лишь об одном.
Лишь бы всё не повернулось вспять.
А еще оглядывалась на Сигизмунда и опасалась задать себе вопрос: а с ним что? Чувствует ли он то же, что и я? Или изменения происходят только со мной?
Вопросы, вопросы…
И пока ни одного ответа.
– Вот же она! – возопил Евгений из-за моей спины, я подняла глаза и увидела на круглом каменном алтаре, всего в нескольких метрах впереди, ЕЁ.
Флейту, способную разбудить спящего эльфийского принца. Который, в свою очередь, должен будет ответить на наши вопросы.
Ветер вокруг звонко запел, гудя в скалах, торжественно и тревожно.
– Как ты думаешь, – поинтересовался Евгений, нарушая красоту момента. – Это они аудиозапись включили в честь нашего прибытия или какие-то резонаторы установили?
– Кто «они»?
– Организаторы квеста, которые подготовили главный приз, – он показал на флейту.
Я даже сначала не нашлась, что ответить. Вот как в одной человеческой голове может уживаться такой любопытный микс? Вера в настоящих каменных драконов и мысль о том, что всё это – банальная гонка за призами, организованная клубом ролевиков? Непостижимая широта и тут же, рядом с ней, непостижимая узость мышления. Да любой другой на месте Евгения уже бы в демона лысого поверил и гуглил способы применения волшебных флейт, чтобы править миром. А этот мгновенно переключился с небес на землю. Или дракон при падении ему всю веру в чудеса отшиб?
– Думаю, резонаторы, – коротко ответил за меня Сигизмунд и тут же схватил за плечо Евгения. – Стоп!
– Какой «стоп»? Ты чего руки распускаешь? – возмутился тот.
– Пусть артефакт берет Алла. Или ты не готов уступить эту честь прекрасной даме? – прищурился хитрый Сигизмунд.
– Конечно, готов, – кивнул Евгений. Хотя по лицу было видно, что ему самому не терпелось подержаться за символ победы. – Я же не какой-то невежливый пейзанин! А вполне себе рыцарь.
– Спасибо. – Я подошла к алтарю и протянула пальцы к флейте. Услышала смех, словно звон колокольчиков где-то на границе сознания, и тихую музыку. А потом судьба чуть ли не вслух сказала: «Бери!» То самое ощущение, которое не знакомо ворам или существам, случайно нашедшим волшебные предметы. То самое ощущение, которое означает: сбывается пророчество.
Здесь.
Сейчас.
Со мной.
Моими руками.
Флейта оказалась каменной, выточенной из куска дымчатого кварца. Чуть теплой, словно нагревшейся на солнце. Не поворачиваясь к Евгению и Сигизмунду, я сунула ее за пазуху, потуже затянула пояс на балахоне и сказала:
– Готово. Давайте теперь вниз. Очень домой хочется.
– И за деньгами! – несколько обиженно добавил Евгений. – Ты даже не дашь ее рассмотреть?
– Дам. В Петербурге, – отрезала я. – Считай, что это маленький женский каприз.
– Хорошо, – кивнул он. Я даже удивилась, насколько просто он согласился. – Когда будем отчитываться организаторам квеста, да?
– Именно тогда.
– Хм, – вмешался Сигизмунд. – То есть мы все ВМЕСТЕ пойдем под-Холм?
– Да, – коротко сказала я. Потому что, кажется, Евгений достаточно много сил вложил в этот квест, чтобы получить похвалу от его эльфийского высочества. А не просто электронный сертификат в почтовой рассылке и обязанность заплатить налог с суммы выигрыша. Эльфы умеют говорить красиво… так что пусть порадуют господина поэта. В конце концов, он из кожи вон лез всю дорогу, верно?
– Простите, – растерянно сказал Евгений, когда мы спустились обратно к дракону и обнаружили на его месте новую скальную гряду. Напоминающую грозного ящера, но без малейших признаков древней магии. – Я потратил весь синий мох на финальный маневр… Чуть больше потратил, чем планировал. И кажется, теперь придется спускаться к людям пешком.
– Великолепно, – пробурчал Сигизмунд. – То есть наоборот.
– Угу, – добавила я. – Но логично. Это ведь та самая часть истории, которую обычно опускают в приключенческих книгах. До сокровища добираются долго и подробно, а потом «они вернулись домой».
– А я-то было подумал, что мы в настоящем приключенческом экшне, – покачал головой его котейшество. – Что ж ты, Евгений, не доработал? Костюм хороший надел, а о соответствии жанру не позаботился? Недостоверно получилось.
– Плюхнуться на камни и разбиться было бы достовернее? – поднял бровь Евгений. – Кто ж тебе виноват, что айтишники плохо держатся в седле?
– Там не было седла!
– Не могу же я один заботиться обо всем реквизите!
– Хватит спорить, и давайте вместе позаботимся о маршруте, – устало сказала я. – Кто-нибудь в курсе, в какую сторону отсюда этот самый, как его, Мончегорск?
Самой длинной и выматывающей частью пути домой оказалась поездка на поезде до Петербурга. Всего двадцать один час с копейками, и вы на месте. Казалось бы, какая мелочь в сравнении с уже пройденной дорогой!
Особенно когда дорога эта не сахар. Скорее, соль. Каменная притом!
На склонах горы ветряного ручья нам встретились мелкие осыпи.
Довольно много.
И если Евгений с ними хоть как-то справлялся, то у меня и Сигизмунда это получалось гораздо хуже. Так что часть пути вниз я натурально проехала на попе и теперь думала, что надо обязательно написать в интернете хороший отзыв на джинсы, которые местами протерлись, но в целом с честью выдержали это испытание.
Его котейшество несколько раз упал и в итоге расквасил нос, так что теперь они с господином поэтом выглядели как дуэлянты, начистившие друг другу лицо. Я же просто кривилась от боли при каждом движении, потому что ныла не только ключица, но и ребра, которыми я приложилась при неудачной посадке. Сначала боль глушил адреналин – еще бы! спасенные жизни, найденный артефакт, вернувшаяся магия! отличный набор, – но теперь он выветрился, а до вокзала еще было далеко.
Правда, затем мы наткнулись на группу веселых экстремальщиков с квадроциклами, те напоили нас горячим чаем, поделились шоколадом и предложили подбросить до базы. Где нам удалось вписаться в трансферный автобус до Имандры и успеть на нужный поезд. Благо интернет здесь ловил, и я сумела забронировать нам последние три места.
В плацкарт, на три боковые полки.
Две верхние и одну нижнюю, возле туалета.
В итоге я молча лежала наверху, прижавшись носом к стеклу и глядя на редкие огни, проплывающие в черноте августовской ночи.
А внизу Евгений посвящал Сигизмунда в смысл и суть железнодорожной романтики. Еще на вокзале его котейшество зачем-то сказал, что раньше летал только на самолетах, а в поезде дальнего следования оказался впервые… И выпустил джинна из бутылки. То есть жажду просвещения из господина поэта наружу.
Они пили чай из стаканов с подстаканниками.
Ходили в вагон-ресторан.
Заваривали лапшу водой из титана.
Покупали на остановке пирожки сомнительного происхождения и содержания.
Поругались и помирились с соседями.
Посетовали на курящих в тамбуре.
Незнамо где добыли жареную курицу, вареные яйца и маринованные огурцы.
Спрятали рюкзак со снова заснувшим Карлом под сиденье и делали вид, что шикают друг на друга, когда тот храпел особенно громко.
А потом Евгений наконец ушел на свою верхнюю полку в середине вагона, Сигизмунд стал устраиваться на ночлег, и я соскользнула к нему. Уселась на край полки и шепнула: