Эльвис Каримов – Привет, я Эльвис! Бизнес без фильтров. Как парень из станицы построил компанию – лидера рынка (страница 4)
Как оказалось, с помощью перепродажи я заработал не только на фишках. Один раз мы со знакомым играли в футбол, и он рассказал, что продает свою сломанную приставку «Денди». Я посмотрел ее и увидел, что там просто поврежден провод, который, как мне казалось, легко было отремонтировать, просто замотав изолентой. Дело в том, что я очень давно мечтал о приставке. Поэтому я купил ее за 50 рублей и, в надежде на то, что смогу теперь играть, пошел домой ремонтировать. Я зачистил провода, скрутил и замотал их синей изолентой. Все бы хорошо, но у нас дома был старый телевизор с толстым выпуклым кинескопом и сильными помехами, которые, как я думал, связаны с антенной, а не с самим телевизором, что по логике позволяло на нем играть с нормальной картинкой. Но когда я вставил кассету в приставку и включил «Марио», то с огромной грустью осознал, что проблема была не в антенне и покупка моя была большой ошибкой. Играть было просто невозможно, изображение было ужасное, поэтому пришлось думать, что теперь делать с этой «Денди» и как вернуть неудачно инвестированные деньги. Как-то ко мне в гости пришел один из многочисленных соседей и, удивившись наличию приставки, предложил в нее поиграть. На что, объяснив ситуацию и полностью рассказав свою печальную историю, я предложил ему купить «Денди» за 150 рублей. У меня не было никакого желания продавать приставку, но обстоятельства сложились таким образом, что это был единственный выход из ситуации, поэтому счастливый сосед ушел с работающей приставкой, а я остался дома с приумноженными в три раза инвестициями.
Хоть мне льстят вышеописанные примеры, но справедливости ради хочу сказать, что эти две ситуации с фишками и приставкой, на мой взгляд, были где-то просто случайностью, а где-то – следствием потребности в деньгах, а не предпринимательским талантом. Я уверен, что у каждого человека были какие-то схожие примеры в детстве, стоит только покопаться в воспоминаниях.
Вообще, детство сильно влияет на взрослую жизнь. Когда ты подросток, то думаешь, что твоим обеспеченным ровесникам очень повезло и у них большое и светлое будущее, в отличие от тебя. Но со временем понимаешь, что жизнь намного интереснее, и далеко не все обеспеченные дети достигают чего-то серьезного самостоятельно, так как наличие всего необходимого в жизни истребляет мотивацию усердно работать, ведь и так всё есть. У менее обеспеченных детей, как правило, есть сильная мотивация, которая позволяет им много и усердно трудиться, хоть и не все ею пользуются.
Помимо залетных продаж фишек и приставки, я немало работал начиная с 12 лет, как правило, летом, когда в школе были каникулы. Работу можно было найти через знакомых, а так как в станице все друг друга знают, стоило только захотеть. Вариантов было довольно много, и менялись они в зависимости от сезонности. Основные, что я помню: сбор арбузов, яблок, сливы, вишни и прополка свеклы. Больше всего я не любил собирать вишню и пропалывать свеклу, потому что в первом случае слишком мелкая работа, а во втором была высокая вероятность выполоть вместе с сорняком саму свеклу, за что потом штрафовали при контрольной проверке. Плюс ко всему, когда работали «на свекле», было ощущение, что этому полю, в которое нас вывозили, не было ни конца ни края. Тем не менее зачастую выбирать не приходилось, поэтому я работал везде, где была возможность.
До рабочего места, которое располагалось в поле или в саду (в зависимости от вида работ), необходимо было ехать от 30 минут до 2 часов в одну сторону. Рано утром, в интервале с 5 до 7 часов, автобус проезжал по основным районам станицы и собирал всех работяг с собственным инструментом. Помимо таких же подростков, как я, на эту работу ехали и взрослые люди, среди которых встречались те, что выпивали на постоянной основе, поэтому перегар на весь автобус был очень насыщенный. Если я ехал на прополку, то обязательно из дома брал самую лучшую тяпку, точил ее накануне, брал заготовленную мамой еду в контейнерах и выдвигался в назначенную точку. Четкого графика не было, работали примерно 12 часов в поле, под прямыми лучами солнца. Единственная возможность спрятаться от него – во время обеда дойти метров 300 до лесополосы, в которой была тень и умеренная температура. Летом в Краснодаре и вблизи него безумно жарко и душно. Несмотря на это, больше всего меня раздражало не солнце, а то, что мелкую свеклу крайне просто было спутать с сорняками. Первые часы работы концентрация на очень высоком уровне, но в какой-то момент жара и физическая активность делают свое дело, и ты становишься менее внимательным. И каждый раз, когда выпалываешь не то, что нужно, злишься и понимаешь, что 100 рублей, которые тебе обещали за работу, скоро превратятся в двузначное число.
С арбузами было проще: тяпку с собой брать не надо, работа более физически активная, не надо все 12 часов стоять согнувшись над землей. Мне это было как-то больше по душе. Один из самых запоминающихся дней был, когда мы впятером собрали и загрузили арбузами фуру 22 тонны – это та самая грузовая машина с очень длинным крытым прицепом. Как вы понимаете, эти арбузы потом вывозят на продажу в другие регионы России, так что, возможно, кто-то из вас, дорогие читатели, ел в начале 2000-х арбуз, который я собрал и погрузил в машину своими руками.
Алгоритм работы простой: сначала мы идем параллельно друг другу по рядам и собираем арбузы в небольшие кучки на расстоянии метров 10 друг от друга. Бóльшую часть времени занимал именно этот процесс, нужно было нагнуться, оторвать хвостик и положить арбуз в кучу к его братишкам. После того как необходимое количество собрано, на поле заезжает фура, которая едет вдоль наших гор с арбузами, а мы, распределив обязанности между собой, делаем цепочку с интервалом в два метра и начинаем перекидывать арбузы друг другу, постепенно наполняя огромную машину. Сначала это кажется невозможным, но со временем начинаешь понимать, что не стоит заглядывать в фуру, потому что визуально в ней ничего не меняется, она все такая же пустая. Поэтому, чтобы себя не дизморалить, я пришел к выводу, что нужно фокусироваться на процессе, на каждом следующем арбузе, – результат рано или поздно придет.
Как и принято уже было в моей жизни, я был самый младший в этой пятерке, а самому старшему и крупному из нас было 17 лет. Он был следующим звеном в нашей импровизированной цепочке, и в какой-то момент он сказал: «Малой, я уже не вывожу, откуда у тебя столько сил?!» На его лице были слабенькая улыбка, усталость и удивление. На самом деле сил у меня уже давно не было, но я не хотел отставать от всех, видимо, поэтому настроил себя настолько сильно, что некоторые ребята, включая самого старшего, просили притормозить. По итогу мы успешно загрузили всю машину. Наш рабочий день продлился с 7 до 20 часов, и мы, невероятно уставшие, но с деньгами, поехали домой.
Благодаря такой работе у меня был постоянный и очень насыщенный загар, кажется, в то время я настолько был смуглый, что смахивал на индуса. Представьте мое удивление, когда после года жизни в Москве загар сошел и я увидел у себя довольно светлую кожу.
В то время у меня произошло еще одно открытие. После жарких полевых работ по возвращении в станицу на автобусе я сразу же в магазине покупал стаканчик пломбира. Оказалось, что мороженое, купленное на свои деньги, которые ты заработал сложным трудом, значительно вкуснее того, что досталось без усилий. Плюс к этому, когда ты знаешь, скольких усилий тебе стоит каждый рубль, начинаешь задумываться о рациональности каждой покупки, в том числе мороженого. Думаю, в тот момент я стал немного иначе смотреть на деньги. Это был бесценный опыт.
Ближе к 14 годам мы с моим другом Женей начали ездить в Краснодар, потому что там были более интересные возможности для заработка и не надо было весь день находиться в поле под пылающим солнцем, обливаясь пóтом. Не знаю, насколько это было официальное место, но в народе его называли «биржа труда». Суть была простая: берешь картонную коробку, отрываешь боковину, на ней маркером пишешь «разнорабочий», берешь в руки и держишь у груди, чтобы проходящие мимо видели, что ты предлагаешь. Можно сказать, что это олдскульный «Профи. ру», в котором работодатель и исполнитель встречались лицом к лицу. Аудитория исполнителей была разношерстной, как вы понимаете, в основном мужики, и, естественно, нередко в нетрезвом виде.
Как разнорабочие мы были довольно привлекательны, потому что готовы были согласиться на работу за самые маленькие деньги. Лишь спустя лет 15 я узнал, что если у тебя большая конверсия, то нужно поднимать цены. Знал бы я это простое, но эффективное правило тогда – точно брал бы за свою работу больше денег.
В один из таких дней мужчина предпенсионного возраста взял нас на очередную подработку. Нужно было поднять мебель на второй этаж. Мебели было очень много, а лестница была очень узкой – поэтому мы очень быстро устали, но, доделав все до конца, получили свои деньги и, счастливые, пошли на вокзал, чтобы вернуться в станицу. На часах было около 17 часов. Я купил себе холодного кваса на разлив из желтой бочки, у которой торговала милая и доброжелательная женщина, а друзья, с которыми мы работали в тот день, стояли рядом. И тут ко мне подходит мужчина в гражданском и тычет мне какое-то удостоверение, которое разглядеть толком не удалось, потому что от момента открытия до закрытия прошло ровно две секунды. Довольно твердым и наглым голосом он начал задавать какие-то вопросы и требовать документы, которых у нас, естественно, не было. Больше всего его возмутило, что мы находимся в чужом городе без родителей.