Эльвира Цайсслер – Эовин. Выбор воительницы (страница 52)

– Вот она, защитная руна, а эта отвечает за оптическую иллюзию, – Леандра указала на соответствующие знаки на стенах.

– А это?.. – Гвидион с любопытством приблизился к пюпитру.

– Только не трогай! – испуганно предупредила Леандра. – Здесь как раз и запускается магия рун.

Гвидион внимательно рассматривал знаки. В прошлом он неоднократно сталкивался с рунами Силы, даже прошел соответствующий курс в Зинде, надеясь овладеть этим искусством хотя бы на начальном этапе. Правда, тщетно. Однако в самих рунах он кое-что понимал, в их расположении имелась своя логика, а сами они, по сути, являлись письменами древнего могущественного языка.

Однако здесь оказалось нечто другое. Вполне возможно, знаки тоже являлись буквами, но какого-то незнакомого языка. Записи отдаленно походили на священный язык Квессама, который уже никто не мог расшифровать. Гвидион задумчиво осмотрелся по сторонам, стараясь понять, какой смысл во всем этом.

Во многих ученых трудах Квессам описывали как колыбель человеческой цивилизации. Во всяком случае, когда дело касалось Алриона. Сейчас сама страна и ее столица Зинда являлись центром знаний, исследований и науки.

А вдруг боги Алриона действительно существовали? Не просто как миф или абстракция, а как вполне реальные создания? Может, именно они посещали этот храм?

Может, на стенах в этой комнате начертаны первичные руны, руны магии богов, которые отличались от рун Силы, придуманных и разработанных людьми? Вдруг люди как раз и подражали богам, создавая эти руны?

По его спине пробежал холодок, все тело по-прежнему покалывало. Он так хотел углубиться в эту тайну, разобраться во всем этом лучше…

– Как активировать руны?

Леандра колебалась. Гвидион догадывался, о чем она сейчас думала. Ведь этот секрет охотницы тщательно хранили и посторонним не выдавали. А он как раз и был посторонним. Гвидион открыл рот, чтобы уже взять свои неразумные слова назад, когда Леандра неожиданно заговорила.

– Нужно нажать на символ вот здесь, с краю, а затем на руну, которую собираешься активировать. Чтобы отменить действие руны, нужно дважды нажать на этот символ, прежде чем выбрать новую руну.

Все это звучало на удивление просто.

– А остальное?

Помимо переключателей и активированных защитных рун, на панели пюпитра имелось еще около полудюжины символов.

– Больше я не знаю. Гейра ничего не говорила. Скорее всего, это просто декоративные элементы.

В этом Гвидион сомневался. Комната выглядела настолько простой и безупречной, что ощущалось неправильным украшать именно пюпитр. Гораздо более вероятно, что остальные символы служили собственной цели, только вот по прошествии нескольких тысяч лет все забыли, для чего они нужны.

Он провел пальцами по панели символов, и Леандра испуганно вскрикнула.

– Не трогай, нельзя!

– Почему нет? – повернулся к ней Гвидион. – Если это просто закорючки для красоты, то от моего касания ничего не случится.

– Ты дал слово! – строго напомнила охотница.

– И я его сдержу. Просто хочу понять, что это такое.

В ее взгляде мелькнуло замешательство.

– Это защитные руны храма.

– Да… и нет, – задумчиво проговорил он.

Она недоуменно вскинула брови.

– Не могу объяснить, но у меня такое ощущение… – Гвидион наклонил голову, прислушиваясь к тихому жужжанию в воздухе. – Тут всегда так гудит?

– Нет. Все началось, когда я активировала руны. Должно быть, это магия пронизывает здесь все пространство.

Гвидион никогда не слышал об этом. Руны Силы никаких звуков не издавали, даже заклинания не отдавались эхом после произнесения.

Тут Гвидион кое-что вспомнил. На втором году обучения в Зинде один из сокурсников повел его в мастерскую, владелец которой якобы умел колдовать без заклинаний и рун. Гвидиону стало любопытно, и он последовал за ним. Однако результат слегка разочаровал. Хозяин мастерской просто соединил два металлических стержня какого-то огромного устройства, и между ними периодически пробегали искры. Вот и все представление – едва заметные вспышки посреди вонючих колб и бурлящих жидкостей. Гвидиона это не слишком впечатлило, поскольку искры не служили никакой цели. Мужчина не умел ни направлять их, ни контролировать. Его фокусы не имели ничего общего с истинной магией. Кроме того, само устройство было громоздким и нестабильным, и Гвидион посчитал, что с этим не стоит возиться дальше. Однако внезапно он вспомнил звук, который в тот момент слышался в воздухе. Не в точности такой, как сейчас в комнате, но все же похожий.

А вдруг эти символы вовсе не являлись рунами Силы? Что, если храм защищал какой-то механизм?

Он посмотрел на удивленное лицо Леандры и решил пока не высказывать эту мысль вслух. Для охотниц это место было священным, символизировало силу и могущество их богини. Леандра сочла бы его предположение дерзким и, скорее всего, даже оказалась бы права. Боги ведь не походили на людей, поэтому вполне вероятно, что и их магия тоже отличалась.

Гвидион не представлял, как можно проверить его гипотезу. К тому же в данный момент у них имелись куда более насущные заботы, чем его неудовлетворенное любопытство. Хотя охотницы скрепя сердце убили всех мелких животных и насекомых, которых сумели найти, ульфаратская лазутчица себя никак не проявила. Вполне возможно, что ее уже вообще не было в храме. Тем не менее Гвидион хотел убедиться во всем, а до тех пор не мог успокоиться. Он и в Хориган не мог отправиться, как планировал ранее, и оставить свою мать в храме. Он не исключал вероятности, что ульфаратка могла воспользоваться случаем и незаметно покинуть храм вместе с ним. Они слишком мало знали о том, как работают защитные руны. Если ворота сами по себе будут открыты, руны все равно смогут задержать злоумышленницу?

– Что нам делать? – Леандра выжидающе посмотрела на него.

Внезапно Гвидион задался вопросом, почему именно он должен это решать. Что именно, кроме принадлежности к королевской семье, о которой он, по сути, ничего не знал, давало ему на это право?

Но, невзирая на все эти мысли, кто-то должен был взять на себя командование. Гвидион расправил плечи.

– Пусть охотницы продолжают прочесывать местность, всем необходимо проявлять максимальную осторожность и готовиться ко всему. Эту комнату нужно тщательно охранять, ульфаратка не должна сюда попасть ни при каких обстоятельствах. – Он пронзительно посмотрел на Леандру.

Та кивнула, но, судя по взгляду, распоряжения Гвидиона ее не убедили.

– Так мы от нее все равно не избавимся. Если она действительно еще здесь и способна принять абсолютно любое обличье, может превратиться в крота и зарыться под землю или, став мухой, затаиться в каком-нибудь дальнем углу. А потом останется лишь улучить момент, когда мы потеряем бдительность.

– Мы не допустим, чтобы ситуация зашла так далеко, – горячо заверил Гвидион, хотя сам не представлял, откуда у него вдруг взялась такая уверенность. Наверное, это был единственный способ не упасть духом. Они должны найти способ остановить ульфаратку. Сейчас это было жизненно необходимо. – Кто-то из охотниц умеет использовать заклинания?

– Нет, – с сожалением покачала головой Леандра. – Это необязательная часть нашей подготовки, если не сказать – ненужная. Не хочется ссориться с гильдией магов, да и пользы от самих заклинаний мало.

Гвидион кивнул.

– Хорошо, но все же пусть самые эрудированные посмотрят записи в библиотеке, вдруг найдется какое-нибудь полезное заклинание.

– Да, конечно, я им передам. – Леандра посмотрела на Гвидиона с сочувствием, понимая, что он отчаянно хватается за соломинку. – Но может, стоит подойти к делу с иной стороны?

– Я весь внимание. – Сейчас он готов был рассмотреть любое предложение.

– Если поймем, что нужно лазутчице, мы сможем заманить ее в ловушку. Если, конечно, мы вообще способны что-то предпринять против нее, – грустно добавила она.

– Вы однажды уже победили ее, даже раньше, чем догадались, кто она, – мягко напомнил Гвидион. – Ульфаратцы не так уж неукротимы и непобедимы, как могут показаться. Особенно если подготовиться к схватке.

– Что ж, хорошо, – его ободряющие слова воодушевили Леандру, и она снова улыбнулась. – Так что же ей нужно?

– Я. – Гвидион скорчил гримасу.

Изначально целью ульфаратцев выступал наследник короны, но сейчас уже имелись некоторые сомнения, что он нужен им живым. У Беррона было достаточно времени и возможностей изучить его манеры, так что князь мог вполне убедительно изобразить молодого короля. Следовательно, пока Гвидион оставался в живых, Беррон серьезно рисковал и наверняка желал от него избавиться.

– Мне так не кажется. Если бы дело было только в тебе, она могла бы подстеречь тебя где угодно. Но она пришла к нам. В Орден. Притворялась одной из нас и пыталась навязать свою точку зрения.

– Ты думаешь, она собирается завербовать охотниц и переманить их на свою сторону?

– Может, это и не главная цель, но и такого варианта я бы не исключала. У нас хорошие связи и определенная власть в Алрионе, хотя мы и стараемся не вмешиваться в локальные конфликты и войны. – Леандра прищурилась, словно о чем-то догадавшись. – Ты ведь сам пришел сюда именно по этой причине?

Гвидион, стараясь не выдавать смущения, решил ничего не отрицать.

– Да, подсознательно, – признался он. – Но в первую очередь меня волновало другое.