Эльвира Цайсслер – Эовин. Выбор воительницы (страница 35)

И если уж в его глазах Эовин выглядела всего лишь капризной девчонкой, то как на нее посмотрит родной дедушка? Как на пешку на шахматной доске? Как на пустышку, с которой можно обращаться так, как заблагорассудится?

И не стоит ли этим воспользоваться в собственных интересах и потом доказать ульфаратцам, что те очень зря сбросили ее со счетов?

Эовин демонстративно потянулась.

– Что дальше?

Фируниан бросил на нее внимательный взгляд, как будто не доверял внезапной покорности.

На губах Эовин мелькнула слабая улыбка. Она понимала, что в будущем придется играть в чрезвычайно опасную игру.

– На самом деле я очень любопытная, – призналась она. – Сколько себя помню, задавалась вопросом, кто я и откуда родом. Все время мечтала о семье. – Она словно нехотя покачала головой. – Я хочу познакомиться со своим дедушкой… и с мамой. – На последних словах ее голос дрогнул от переполнявших ее совершенно искренних эмоций.

– Ладно, завтра утром отправимся в путь, – согласился Фируниан, но по-прежнему оставался настороже.

Эовин напряглась, охваченная внезапной нервозностью. Завтра она отправится в логово льва, не зная, сможет ли выбраться оттуда.

Гвидион незаметно осмотрел хижину, куда их привели. Запомнил расположение окон и дверей, пока Цайя – так звали охотницу – разводила огонь, чтобы высушить промокшую одежду.

– Если хотите, можете переодеться в соседней комнате, – предложила она королеве, которая держалась на удивление стойко, несмотря на посиневшие от холода губы.

– Благодарю, – та взяла Эллин за руку и повела за собой. – Пойдем, мокрую одежду надо скорее снять, иначе простудишься.

Малышка послушно последовала за ней, и Гвидион окинул быстрым взглядом соседнюю комнату, в которую открыла дверь его мать.

От внимания Цайи не ускользнуло его напряжение.

– Не беспокойтесь о спутницах, Ваше Величество. Здесь они будут в полной безопасности. – Она указала на вторую дверь. – Там еще одна спальня, можете занять ее, а я устроюсь тут.

Толкнув створку, охотница пригласила его войти.

– Кажется, здесь что-то горит…

Принюхиваясь, Гвидион шагнул ближе к камину. Оттуда валил густой дым, и пахло еще чем-то странным.

– Видимо, дрова были влажные. Сейчас исправлю. – Цайя потянула открывавшую дымоход цепочку, и клубы дыма быстро исчезли в нем. – Вам бы рубашку сменить, Ваше Величество. – С этими словами она одернула свой промокший наряд, и Гвидион понял намек удалиться, чтобы дать ей переодеться.

– Да, разумеется. – Подхватив седельную сумку, он направился в выделенное для него охотницей помещение.

Комната оказалась небольшой и довольно просто обставленной. В ней располагались лишь узкая кровать да на стене доска с крючками. Впрочем, Гвидиону и этого было достаточно. Большинство комнат в трактирах, где они останавливались, выглядело гораздо хуже. Услышав, как в соседней комнате тихо хихикает Эллин, пока ее переодевает королева, он порадовался тому, что мать поладила с сироткой и решила взять ее под крыло, хотя во дворце старалась с ней не пересекаться и обходить стороной. Ему очень хотелось оставить их где-нибудь в безопасном месте. Однако пока Гвидион не мог придумать, где находится такое место. Он надеялся, что в Кирте решение найдется. Пожалуй, храм охотниц стал бы идеальным местом для женщин, которые искали укрытие. Эовин как-то упоминала, что на этот храм за всю историю его существования никогда не нападали.

Гвидион переоделся и некоторое время еще побродил по комнате, чтобы дать охотнице время спокойно привести себя в порядок. Только когда услышал, как из своей комнаты выходят мать и Эллин, тоже направился в общее помещение.

Цайя как раз устанавливала котелок над очагом, а королева развешивала для просушки мокрые вещи на все доступные крючки и предметы мебели.

– Давай свое. – Она требовательно протянула руку за одеждой Гвидиона, заставив того нахмуриться.

Они уже несколько дней путешествовали вместе, а его до сих пор поражало, что мать ведет себя совсем не по-королевски, а как простая женщина, которая заботится о своем сыне. Он тепло улыбнулся, осознав, что в этом и заключалась ее суть, которую уже ничто не изменит. Пусть заговорщики отняли корону, власть, дворец, но у них еще осталась любовь.

– Я помогу. – Гвидион подвинул ближе к огню тяжелую вешалку, которая стояла у двери, и развесил на той свои мокрые вещи.

– А когда будем кушать? – нетерпеливо поинтересовалась Эллин.

Цайя с улыбкой погладила ее по голове.

– Придется потерпеть полчасика. Бобы долго варятся и размягчаются. – Она виновато покосилась на Гвидиона. – Да, к сожалению, предложить могу только густой суп с сушеными бобами.

– Все замечательно, – заверил Гвидион. – Мы в долгу перед вами.

Она смущенно опустила глаза.

– Если честно, я вас совсем не так представляла, – запинаясь, пробормотала она. – Вы очень… милы.

Гвидион расхохотался.

– Разве король не может быть милым?

– Я не это имела в виду. – Она откашлялась. – Прошу прощения. Я не думала, что вы окажетесь таким приветливым.

Гвидион фыркнул.

– Сочту за комплимент.

Она усмехнулась.

– Да-да… пожалуй, лучше я займусь готовкой ужина, иначе потом стану жалеть, что наговорила лишнего.

Пока Гвидион бесцельно бродил по хижине, а его мать играла с Эллин в ладушки, Цайя то и дело посматривала на него. Он чувствовал на себе взгляды охотницы, но всякий раз, когда их глаза встречались, та поспешно отворачивалась. Гвидион не мог избавиться от ощущения, будто ее что-то тревожит.

Наконец он не выдержал и подошел к Цайе.

– Все хорошо?

– Да-да. – Она поспешно улыбнулась. – Суп уже готов.

Сняв с очага котелок с горячей водой, охотница понесла его к столу.

Внимательно наблюдая за ней, Гвидион не понимал, почему у него вдруг возникло чувство беспокойства.

– Ура, кушать! – восторженно вскрикнула Эллин, бросаясь к стулу.

Цайя посмотрела на малышку с нежностью, и Гвидион решительно отогнал тревогу. Видимо, его настолько потрясли недавние происшествия, что теперь всюду мерещились всевозможные подвохи.

Эллин схватила ложку и с энтузиазмом окунула ее в миску, которую перед ней поставила Цайя.

Мать Гвидиона многозначительно покашляла, и малышка замерла с поднятой ко рту ложкой.

– Что я говорила о манерах за столом? – мягко упрекнула королева.

Эллин в замешательстве сжала губы и опустила ложку.

– Надо подождать, пока все сядут за стол, – проворчала она, пытливо косясь на Гвидиона, так что он тоже поспешил сесть. Устроившись по другую сторону от малышки, королева кивнула, и та тут же сунула полную ложку в рот.

– Не торопись, можешь обжечься, – предупредила Цайя, но Эллин больше не обращала внимания на взрослых. Она выглядела такой голодной, как будто не ела несколько дней. При этом Гвидион хорошо помнил, что за завтраком она съела огромный кусок хлеба.

Он тоже попробовал суп. Помимо бобов, Цайя добавила сушеные помидоры и какие-то травы. Получилось удивительно вкусно.

– Просто чудо, – отметил он, жуя.

– Спасибо, – проговорила она, не глядя на Гвидиона. Вместо этого охотница сосредоточилась на своей тарелке.

– Что-то не так? – нахмурился Гвидион.

– Все в порядке, – заверила она. – Просто не привыкла ужинать в таком благородном обществе.

– А можно еще? – спросила Эллин, подвинув к ней пустую тарелку.

– Конечно, детка. – Цайя с улыбкой добавила супа. – Знаешь, у меня есть младшая сестра, всего на несколько лет старше тебя, она тоже одной порцией не наедается.

После трапезы охотница достала из-под расшатанной половицы бутылку и налила немного напитка из нее в три кружки.

– Что это? – Мать Гвидиона подозрительно понюхала резко пахнущую жидкость.

– Просто травяной ликер, чтобы бобы лучше усвоились и желудок не болел, – объяснила Цайя.

– Ой, а мне можно? – Эллин протянула руку к одной из кружек.

– Нет, – ответили взрослые в один голос.