Эльвира Смелик – Зови меня Шинигами - 2 (страница 24)
‒ Да вколите же ему что-нибудь успокоительное!
И как всегда добрый.
‒ Не надо. Я всё.
Губы, кажется, двигались, а получился ли звук ‒ неизвестно. Вроде получился. Потому что Вит с облегчением возвестил:
‒ А! Не надо. Он уже вменяемый.
Ага. Теперь вменяемый. А всё, что виделось и случилось раньше ‒ ненавистная комната в лаборатории, Кира, пистолет, удар по голове ‒ бредовый сон, вызванный наркозом.
‒ Ты как?
‒ Нормально.
Они все трое здесь. Хамелеон, Кайдаш и врач. А с мозгами, похоже, всё в порядке. Соображают, анализируют поступающую извне информацию. И вроде бы без сбоев.
Наверное, уже можно встать. Ему же скальп не снимали, череп не вскрывали. Аккуратная микрооперация.
Но чужая рука опять легла на плечо, придавила. Не к полу. К спинке операционного кресла.
‒ Не торопись. Отдохни.
Кайдаш.
‒ Обещаю, всё будет в порядке.
Он обещает! Смешно слышать. Ну и чёрт с ним. В любом случае Вит тоже рядом. Присмотрит. За всеми.
Расслабился, постепенно отключал чувства. Опять тело отдельно, сознание отдельно. Не с ним.
Ему осталось нечто третье. Которому не находилось определения. Маленькая субстанция, искра, сохраняющая в себе жизнь.
***
Кайдаш сидел за рулём, Ши на соседнем кресле, как раз левым боком. Именно слева за ухом и был выбрит небольшой участок. Место операции. И Ши натянул капюшон на голову. Не как обычно ‒ почти до самого носа. Слегка накинул, чтобы прикрыть лысый кусочек. И правильно. Он бы, наверняка, смущал и отвлекал Кайдаша.
На заднем сидении устроился тот самый здоровяк с нервным тиком. Откинулся на спинку, скрестил руки на груди. Смотрел вверх, в потолок, с крайне задумчивым видом, иногда прикусывал нижнюю губу.
Машина плавно неслась по широкой ленте шоссе. Прямо в утро. Туда, откуда разливался свет наступающего дня. И только ровное гудение мотора, больше никаких звуков. Кайдаш не включил ни радио, ни магнитолу. Наверное, ждал. Ждал каких-то слов.
‒ Помимо меня кто-то есть в лаборатории? ‒ нарушил молчание Ши.
Он заранее знал ответ на свой вопрос, но желал лишний раз убедиться, что не ошибался. А Кайдаш не торопился ни опровергать, ни подтверждать. Он ожидал других тем и теперь в первую очередь хотел понять, к чему этот интерес. Оторвался от дороги, бросил на Ши короткий взгляд.
Зачем во время разговора смотреть собеседнику в лицо? Чтобы по его выражению узнать чуть больше, чем сказано словами.
Да-да, в большинстве случаев срабатывает, но не в этом. Кайдаш в курсе. И всё равно, каждый раз пытается хоть что-то уловить, а видит одно и то же.
Вот и сейчас: хорошо знакомый застывший профиль. Ши даже головы в его сторону не повернул.
‒ Да, есть, ‒ скрывать очевидное не имело смысла, а вот разобраться в непонятном смысл был. ‒ Почему ты спрашиваешь?
‒ А дети?
Ясно. Ответа не последует. Но тогда Кайдаш тоже не обязан отвечать.
‒ Они все ещё дети. Ты ‒ самый старший. И почему…
‒ А совсем маленькие?
Кайдаш опять глянул на Ши, и тот наконец-то среагировал, ответил поворотом головы, взглядом. Хотя о нём Кайдаш мог только догадываться: глаз-то всё равно не видно.
‒ Не повторяй, ‒ остановил Ши очередное «почему». ‒ Я слышал.
‒ Но не скажешь?
‒ Ты тоже можешь не говорить.
Не добавил «если не хочешь». Кайдаш сам договорил про себя, сам решил. Хочет ‒ не хочет. Да ему, собственно, без разницы. Простое любопытство ‒ выяснить причину. Всё равно же не собирается ни во что вмешиваться.
Он уже давно так. Продолжает проект, потому что это его работа, которую сам начал когда-то, с энтузиазмом, с упоением, с интересом. С собственным. Чужим особо не озадачивался, не вникал. До поры до времени. И теперь начатое надо доделать до конца: довести до идеала методику, а потом уйти. Точнее, сбежать.
‒ Есть совсем маленький. Пока один.
‒ Сколько ему?
‒ Не знаю. Я им не занимаюсь, ‒ признался, и опять защемило в груди.
Руки дрогнули на руле, и машина легонько вильнула. Ши разочарованно отвернулся. Хотя, с чего Кайдаш взял, что разочарованно? По лицу прочитал?
Нет, конечно. Он понятия не имел, что подопечный чувствует. Никогда. И никакой Ши не подопечный. Теперь ‒ тем более. Но даже тогда, раньше.
‒ А что, от таких, как он, дети могут быть? ‒ неожиданно встрял здоровяк.
Вот у того очень хорошо по лицу читается. Кайдаш мог наблюдать за вторым пассажиром через зеркало заднего вида. Даже трудно не отметить выражение искреннего недоумения и невинного любопытства. Нарочно физиономии корчит, паясничает, играет. Да и пусть.
‒ Не могут, ‒ ответил, на мгновение крепко сжал зубы, сглотнул, собственные же слова. ‒ Если только какое-то невероятное чудо.
С заднего сиденья донёсся странный звук: одновременно и бульканье, и хрюканье, и короткий смешок. Но Кайдаш не обратил внимания.
‒ Хотя сомневаюсь, что и чудо в силах, ‒ произнёс задумчиво, а потом вскинулся: ‒ А почему вы интересуетесь?
Один не собирается рассказывать, так, может, другой проговориться. Но…
‒ Да так. Чисто из любопытства. У демонов и людей случаются же дети.
Как он легко упомянул про скрытых существ. И сам не смутился, и Кайдаша не побоялся ни смутить, ни удивить.
‒ Вы ведь тоже не человек?
‒ Ага, ‒ согласился запросто. ‒ Как раз демон. Вы определили? ‒ здоровяк самодовольно улыбнулся, по-прежнему половиной рта, с интересом уставился на собственную ладонь, сообщил простодушно: ‒ Я слышал, вы считываете при прикосновении. И как у меня со здоровьем?
‒ Я вас не считывал. Только понял, что вы не человек.
‒ Ну и ладно! ‒ беззаботно откликнулся здоровяк. ‒ Чем меньше знаешь, тем лучше себя чувствуешь. Когда не думаешь о болезнях и не болеешь. Интересно, а демоны, вообще, могут болеть?
Болтливый. Из тех, что умеют мастерски зубы заговаривать. После общения с такими только и помнишь, что говорили очень много. А вот ‒ о чём?
‒ Вам лучше знать.
‒ Ну да, ‒ здоровяк опять легко согласился с чужим мнением. ‒ Если честно, даже не припомню. Но, возможно, просто забыл.
‒ Останови здесь! ‒ неожиданно вклинился Ши.
‒ Здесь? ‒ Кайдаш в недоумении осмотрелся по сторонам.
Окраина города, ничего примечательного. Улицы, здания, деревья. Случайный выбор. Чтобы остаток пути преодолеть самим и не показывать посторонним, куда он приведёт.
Кайдаш подъехал к краю тротуара и затормозил. Пассажиры выбрались из машины. Ши молчал. Захлопнул дверь и сразу отвернулся. А вот толстяк попрощался по полной программе: наклонился, поблагодарил, повторил, что рад встрече, добавил, что приятно было познакомиться, ещё и ручкой махнул.
Они одновременно стронулись с места: машина с Кайдашем и Ши с приятелем. Только двинулись в разных направлениях. Кайдаш не удержался, оглянулся на удаляющиеся спины. В мыслях привычно всплыло: «А что дальше?» Но следом сразу появился готовый ответ.
Всё просто. Сейчас ‒ домой. Это «дальше» бесконечно, всегда держит наготове новый вопрос. То банальный, то заковыристый, то с подвохом. Но ничего, подождёт немного. В данный момент уже существует маленькая цель.
Полотно асфальта плавно раскатывается из-под колёс автомобиля, словно само везёт. Знает, куда. Хорошо, когда он есть ‒ дом.