Эльвира Осетина – Три дракона для неглавной героини 1 (страница 54)
Третья группа, с точки зрения Д. Кинаста, представлена Юстином и Цицероном (Cic. De sen., 16). Юстин упоминает битву при Гераклее, а вслед за ней отпадение Локр от Рима и освобождение города от римского гарнизона (Just., XVIII, 1, 4–10). Затем при помощи фразы
Пассажи Юстина содержат массу неточностей и не могут быть привлечены для установления очередности и датировки происходивших тогда событий. К примеру, весьма сомнительно то, что Магон отправился к Пирру, когда Киней еще вел переговоры в Риме[744].
Определенное соответствие между информацией, имеющейся в источниках, пытался установить П. Виллемье. В общем виде результаты подобной работы последнего выглядят так.
Согласно Юстину, Пирр в 280–279 гг. до н. э. освободил римских пленных без выкупа. Фабриций, направленный к Пирру, заключил с ним перемирие, которое, однако, не было ратифицировано сенатом Рима.
Тит Ливий, Флор и Евтропий сообщают, что в 280–279 гг. до н. э. римляне направили к царю Фабриция, дабы договориться о выкупе римских пленных; Пирр же освободил их без выкупа и послал Кинея в Рим для заключения мира. Римляне отказались от предложенного царем мира.
Плутарх, Аппиан, Дион Кассий и Зонара совмещают в своих рассказах две традиции. Они отмечают, что целью миссии Фабриция были только пленные, а Кинея — мирные переговоры. Между тем свидетельства названных авторов расходятся: а) в последовательности этих событий — Плутарх, Дион Кассий и Зонара относят их к концу кампании; Аппиан ставит миссию Кинея до похода на Рим; б) Дион Кассий и Зонара упоминают о миссии Фабриция до миссии Кинея; Плутарх и Аппиан придерживаются обратной очередности; в) римляне, согласно Зонаре, отклонили условия Пирра, но пленных оставили у себя, в дальнейшем не используя их в боевых действиях против царя; по Плутарху и Аппиану, их освободили после Сатурналий.
Вместе с тем о переговорах Пирра с римлянами также есть свидетельства в следующих источниках: у Дионисия Галикарнасского сообщается о посольстве Фабриция, причем одновременно с рассказом о походе Пирра на Рим; в коротком фрагменте из труда Диодора упоминается миссия Кинея; в
Таким образом, в источниках мы находим несколько разнообразных версий переговоров Пирра с римлянами. По мнению некоторых ученых, из-за того, что имеющаяся в нашем распоряжении античная традиция сильно отягощена различными выдумками и анекдотами, целью которых было показать терпящий поражение Рим в наилучшем свете[746], точная реконструкция подобных событий не представляется возможной[747]. Несмотря на это, мы все же попытаемся представить свою версию переговоров Пирра с римлянами.
Как кажется, прежде всего необходимо рассмотреть проблемы, связанные с очевидными противоречиями в источниках. Начнем с так называемой проблемы «дублирования» переговоров.
Одним из первых в вопросе о переговорах Пирра с римлянами попытался разобраться Р. Шуберт. По его мнению, воюющие стороны вначале провели переговоры вскоре после битвы при Гераклее. Примечательно, что инициатором мирных переговоров Р. Шуберт считал не Пирра, а римлян. Эти переговоры, согласно исследователю, были сорваны по вине эпирского царя, выдвинувшего здесь, как и позднее на Сицилии, слишком неразумные требования. При этом немецкий ученый предлагал критически относиться к информации источников: «Наша традиция, правда, находится в прямом противоречии с моей точкой зрения, но в данном случае это не имеет большого значения, так как римляне, когда они имеют дело с постыдными для себя фактами, всегда последовательны в отступлении от истины»[748]. Руководствуясь именно этим, римские историки скрывали тот факт, что Фабриций прибыл не столько с целью освобождения пленных, сколько для обсуждения условий мира. Маскируя подобное намерение Фабриция, источники старательно изображают Пирра стремящимся всеми силами к заключению мира, в котором римляне ему постоянно отказывали.
Вместе с тем Р. Шуберт признавал тот факт (тем самым признавая и «двойные переговоры»), что Киней дважды побывал в Риме: сначала после первого года войны, а затем тогда, когда пробовал поднести подарки в Риме, благодарил римлян за спасение Пирра, привел с собой их пленных и в очередной раз пытался заключить мир с римским государством[749]. Как представляется, единственный серьезный недостаток построений Р. Шуберта заключается в том, что в его схеме почему-то не нашлось места такому важному событию, как миссия карфагенянина Магона, которая тогда во многом повлияла на позицию Рима.
Взгляды Р. фон Скалы по этому вопросу не слишком сильно отличаются от тех, которых в данной связи придерживался Р. Шуберт. По мнению Р. фон Скалы, после битвы при Гераклее к Пирру прибыла миссия Фабриция с целью разведать условия возможного мира. И в этом, полагает Р. фон Скала, нет ничего удивительного: на севере продолжалась война с этрусками, на юге подняли голову враждебные римлянам народы, а возле Рима находился сам Пирр[750]. После обсуждения условий мира с Фабрицием Киней направился в Рим для ратификации договора. Однако к тому времени ситуация несколько изменилась: с этрусками был заключен мир, а пламенная речь Аппия Клавдия окончательно убедила сенаторов в том, чтобы отвергнуть условия Пирра.
В отличие от Р. Шуберта Р. фон Скала ничего не говорит о переговорах после сражения при Аускуле. Но из общего хода его рассуждений следует, что такого рода попытки были окончательно разрушены заключением союза между Римом и Карфагеном. Интересно, что Р. фон Скала не рассматривал всерьез историю о попытке отравления Пирра его врачом, относя ее к серии мифов о благородстве Фабриция[751].
Вопросом о переговорах Пирра с римлянами занимался и Б. Низе. Его концепция нашла как горячих сторонников, так и ярых противников. В чем же ее суть? Б. Низе считал, что в основу рассуждений по данной проблеме необходимо положить «надежную древнюю традицию», к которой он относил рассказ Юстина (Помпея Трога), фрагменты Диодора и речь Аппия Клавдия, приводимую Цицероном. Согласно этой традиции, утверждал исследователь, переговоры происходили только один раз и имели место не после битвы при Гераклее, а после поражения римлян при Аускуле[752]. К Пирру было направлено посольство Фабриция, затем для ратификации договора в Рим отправилась миссия Кинея. Однако мир был расстроен, причем не столько пламенной речью Аппия Клавдия, сколько прибытием карфагенского флотоводца Магона, пообещавшего римлянам помощь[753]. «Удвоение» в античной исторической традиции переговоров Б. Низе объяснял желанием римлян, несмотря на серьезные поражения, показать себя в лучшем свете. Таким образом, простым росчерком пера этого ученого из истории вычеркивался один из важных раундов переговоров между римлянами и Пирром.
Если позиция Б. Низе была поддержана К. Ю. Белохом и Г. Де Санктисом[754], то В. Юдейх и О. Гамбургер, наоборот, подвергли ее критике.
В. Юдейх признавал сведения Юстина не имеющими ценности (из-за возможных ошибок при составлении им эпитомы труда Помпея Трога) и пытался восстановить традицию о двух посольствах Кинея. Построения В. Юдейха, как кажется, небезупречны в одном важном пункте: первое посольство Кинея немецкий историк ставил раньше миссии Фабриция. Основание для этого он находил в следующем соображении: будучи уже знакомым с Фабрицием и зная о неподкупности римлян, Киней не должен был пытаться сделать подношения влиятельным римлянам и их семьям[755].
О. Гамбургер, соглашаясь с Б. Низе в том, что только у Юстина (Помпея Трога) можно было найти точное сообщение о переговорах, отверг все попытки опереться в этой связи на свидетельства Диодора и Цицерона: по его словам, сохранившиеся фрагменты сочинения первого имеют весьма сомнительную ценность, а Цицерон — «вообще не историк, и его исторические данные нельзя, как это делает Б. Низе, положить на золотую чашу весов истории»[756]. Согласно О. Гамбургеру, за битвой при Гераклее последовала первая миссия Кинея, одновременно с которой имел место поход Пирра на Рим. После битвы при Аускуле весной 278 г. до н. э. Фабриций отправился к Пирру и заключил предварительный мир, ратификация которого Кинеем в Риме во время его второй миссии не состоялась из-за вмешательства Магона, прибывшего тогда в Италию[757]. Таким образом, О. Гамбургер настаивал на версии о двух миссиях Кинея и двух этапах переговоров Пирра с римлянами.