Элси Сильвер – Безрассудный (страница 41)

Еще больше слез катится по ее щекам, и я смотрю в потолок, словно могу использовать гравитацию в своих интересах и затолкать свои обратно.

— Я тоже тебя люблю, Уин. Тебе действительно стоит проверить эту плаксивость.

Смех вырывается из моей груди, и он выдавливает слезы из моих глаз.

— К черту мою жизнь. Я теперь такая мягкая. Что со мной случилось?

Саммер хихикает, и к ней присоединяется еще один смешок. Тот, который я хорошо знаю.

Когда я оглядываюсь назад, Слоан появляется в леггинсах и балетках. Я не осознавала, что она здесь, но должна была знать. Она и Джаспер могут жить в своем новом доме на ранчо, но она все равно приходит потанцевать в заднюю студию. Даже когда она рядом, они с Джаспером постоянно отправляются в небольшие отпуска и поездки. Мне кажется, что я ее в последнее время почти не вижу.

— Ты счастлива. — Она улыбается. — Это Тео? Он делает тебя счастливой?

Саммер улыбается, все еще обнимая меня.

— Только не спрашивай ее о Тео из снов. Он худший.

— Я таю. — Я вытираю щеки. — Я как снеговик Фрости.

Саммер снова прижимает голову мне к плечу.

— Спасибо, что зашли.

Дверь звенит, и входит Уилла, огненная грива которой сияет в утреннем солнечном свете.

— Какого хрена все плачут? Понедельники не такие плохие.

— Слоан не плачет. — Но когда я поворачиваюсь к своей подруге, я замечаю, что по ее лицу катится слеза. — Господи. Кажется, моя болезнь заразна. — Я продолжаю тереть лицо. — Всем остановиться.

— Да, серьезно. — Уилла переводит взгляд с нас троих. — Ты должна заставлять взрослых мужчин плакать в этом спортзале, а не устраивать какой-то странный праздник слез сестринства Яя у входной двери. И почему на стойке регистрации собака?

Оставьте Уилле возможность поднять настроение, не прилагая усилий.

— Это собака Тео, Питер.

Она подходит к столу и чешет Питера за ушами. Он облизывает губы, маленький животик круглый и полный, когда садится.

— Как Питер Норт? Мило.

— Уилла. Пожалуйста. Нет. — Саммер трет лицо.

— Что? Просто по тому, как он сидит, я вижу, что для его телосложения у него довольно большое...

— Позиция, — перебила я ее и издала водянистый смешок. — У него большое позиция.

Моя сестра смотрит на меня, все еще прижимаясь.

— Спасибо. Тебе.

— Уилла, что ты здесь делаешь? — спрашивает Слоан, пытаясь перенаправить разговор.

— Кейд сказал мне провести утро в одиночестве. И вот я здесь, готовая тренироваться.

— Тренироваться? — выгибаю я бровь.

— Да, — говорит Саммер. — Уилла решила, что хочет, чтобы я ее тренировала.

Уилла кивает подбородком в мою сторону.

— Уинтер, ты должна присоединиться к нам. Саммер порочна. Я готова к тому, что она причинит мне боль и выйдет с убийственной пузырчатой попой.

Я вежливо улыбаюсь, но пока не знаю, готова ли я добавить эту динамику к Саммер и мне. Я не уверена, что это то, что нам нужно.

Она, должно быть, согласна, потому что моя сестра говорит:

— Я могу познакомить тебя с другим тренером. Может быть, это будет хорошо для тебя. Я присмотрю за Виви и дам тебе отдых. Если ты сделаешь это в конце дня, я смогу уложить ее спать.

Меня охватывает облегчение, потому что это действительно привлекательно. Может быть, я смогу найти время.

— Это может быть хорошо. Я могу попросить Тео тоже присмотреть за Виви, — говорю я, отступая от Саммер, чтобы бросить на нее благодарный взгляд. Она интуитивна.

Она знает.

— Где Виви? — спрашивает Слоан, и я вздыхаю, немного напоминая влюбленного подростка.

— Она с Тео. Мы поменялись на ночь. Вообще-то... — Я достаю свой телефон и поднимаю его так, чтобы они могли увидеть фотографию Тео и Виви в ее кроватке.

Все вместе вздыхают, а затем раздается громкий хор «Ой».

— Да, тебе определенно стоит трахнуть его снова, — говорит Уилла.

Саммер тянется к моей свободной руке, крепко сжимает ее и смотрит на меня, хотя я не оглядываюсь назад.

Увидев Тео в кроватке сегодня утром, я вернулась назад? Да.

Мой разговор с ним вчера вечером заставил меня захотеть поговорить с ней?

Да.

Тео и Виви заставляют меня хотеть стать лучше? Тоже да.

Я захожу в Le Pamplemousse, мою любимую кофейню в Честнат-Спрингс, и беру Тео кофе. После того, как он несколько дней подряд приносил мне кофе с улыбкой на лице, я должна отплатить ему тем же.

Но когда я подхожу к нашим одинаковым бунгало, в моем животе вспыхивает стая бабочек. Вчера вечером мы поцеловались. Я дернула его на себя. Он насмотрелся и ушел.

Это нормально. Совершенно нормально. Я повторяю позитивные предложения. Я выражаю это дерьмо.

«Тео — зрелый мужчина. Это нормально. У нас все будет хорошо. Это была просто киска. Он видел много кисок».

Последняя часть на самом деле не заставляет меня чувствовать себя лучше, поэтому я прикусываю внутреннюю часть щеки, чтобы заткнуться. Питер дрожит под моей рукой, как будто думает, что я полный дерьмо.

— Заткнись, Питер, — бормочу я, открывая ворота во двор.

Отсюда я слышу музыку, доносящуюся из дома. Чем ближе я подхожу, тем больше формируется песня. Изнутри ревет «Mystify» группы INXS, и я почти уверена, что слышу глубокий голос Тео, подпевающего ей.

Покачав головой, я ставлю Питера на землю и отпираю входную дверь. Я вхожу и останавливаюсь.

На Тео та же одежда, что и вчера вечером. Улыбающаяся Виви пристегнута к его груди в цветочном детском рюкзаке-переноске Tula, который я купила.

Он поет нашей дочери. И танцует. И убирает.

Одной рукой он трет ей затылок, словно она какой-то хрустальный шар, а другой протирает белые шкафы на кухне в деревенском стиле.

В доме пахнет лимонным лизолом. Он приоткрыл окна, впуская летний утренний бриз. Я пила кофе, читая газету, а затем навещала сестру и друзей. Часть меня чувствует себя виноватой, что я не помогла.

Виви смотрит на него так, будто он самый впечатляющий мужчина в мире.

И черт, она может быть права.

Но я? У меня просто отвисла челюсть.

Замерла.

Но Питер нет.

Он бежит прямо на кухню и тявкает у ног Тео, удивляя его как раз в тот момент, когда он громко выкрикивает «Мистифайяяяя».

Тео поворачивается, чтобы охватить нас, и достает телефон из заднего кармана, чтобы уменьшить громкость.