Элмар Рустамов – Коммунисты в эпоху Путина (страница 11)
Пройдя «боевое крещение», произошла своеобразная политическая обкатка целой структуры – движения «Суть времени». Ее лидер Кургинян провозгласил противодействие так называемой «Перестройке 2.0» и курс на восстановление «СССР 2.0». Затем в орбиту политических интересов «сутевцев» вошли ювенальная юстиция, «защита традиционных семейных ценностей», потом участие в войне на Донбассе. Из сравнительно недавних громких проектов движения – «сбор миллиона подписей против пенсионной реформы».
И даже постепенное разоблачение и саморазоблачение «Сути времени» и ее одиозного лидера Сергея Кургиняна, как оказалось, не возымело в должной степени желаемого эффекта. Антиреволюционные, консервативно-охранительные, «левопатриотические» настроения в коммунистическом движении страны все еще имеют серьезное влияние на умы коммунистов.
Выборы в широко анонсированный «Координационный Совет российской оппозиции» состоялись осенью 2012 года. Решение о его созыве было принято на втором «Марше Миллионов», состоявшемся в Москве 12 июня. В состав КС от левых вошли Сергей Удальцов, Олег Шеин («общегражданский список»), Леонид Развозжаев и узник Болотной Алексей Гаскаров (оба от «левой курии»). В 2013 году, после череды внутренних склок, КСО был распущен. Последним и самым сильным ударом по нему, оказался вопрос об участии в выборах мэра Москвы, а фактически – о поддержке Алексея Навального в качестве кандидата.
4 ноября 2012 года состоялся очередной XVIII съезд движения «Трудовая Россия». В прениях выступил один из основателей Движения Владимир Иванович Гусев. В своей речи он провел яркую параллель между Всенародным Вече 17 марта 1992 года, стотысячными уличными акциями «Трудовой Москвы» в этот период и массовыми выступлениями в США «Оккупай УоллСтрит». «Американцы-то у нас учатся!» – сделал неожиданный вывод Гусев.
По итогам съезда были переизбраны Исполком и руководство «Трудовой России». Новым председателем Движения, пришедшим на смену Виктору Ивановичу Анпилову, стал его заместитель Станислав Рузанов. Впервые в истории современного российского коммунистического движения произошла не только смена «первого лица», но и смена поколений в рядах коммунистов, готовых к вызовам времени. Новый состав Исполкома теперь наполовину состоял из молодежи.
Выборы мэра Москвы, состоявшиеся впервые за десять лет 8 сентября 2013 года, приобрели особую остроту по причине участия в них Алексея Навального. КПРФ представлял Иван Мельников, набравший 10,69 %, и занявший третье место. Парламентский коммунист выступал под слоганом «Русской столице – Советскую власть!». Лидеру «Левого фронта» Сергею Удальцову, находившемуся тогда под домашним арестом по «Болотному делу», в регистрации в качестве кандидата было отказано.
Столичным градоначальником вновь стал Сергей Собянин, избранный на эту должность практически на грани второго тура в борьбе с Алексеем Навальным.
Начавшиеся в конце 2013 года протесты в Киеве против курса президента Украины Виктора Януковича на сворачивание «евроинтеграции» – так называемый «Евромайдан» – раскололи левое движение России. По мере усиления конфронтации в украинском обществе, официальная российская пропаганда так же наращивала темп, создавая необходимое общественное мнение относительно событий в «незалежной». И перед коммунистами в очередной раз встал нелегкий выбор, обусловленный необходимостью занять одну из сторон в ложной дилемме, навязанной российскому обществу правящим политическим режимом: с «антимайданом», за «легитимного президента Януковича», или за его свержение, за «Евромайдан». У господствующего класса в РФ, естественно, был на это свой ответ, который должен был быть, в лучших традициях солидаризма, поддержан наиболее широкими слоями населения.
Особую остроту в дни противостояния в центре Киева в феврале 2014 года неизбежно принимала дискуссия в среде московских (и не только) коммунистов об уместности сочувствия украинскому подразделению «Беркут», защищавшему президента Януковича и участвовавшему в попытках силового разгона «евромайдана». К примеру, «Другая Россия» Эдуарда Лимонова – извечного союзника левых в протестах еще с 1990х – приветствовала действия «Беркута» по отношению к протестующим на киевском «майдане». Вскоре после этих заявлений, регулярные уличные акции «другороссов» на Триумфальной площади за свободу собраний («Стратегия-31»), проходившие несогласованно и с массовыми задержаниями участников, стали разрешаться московской мэрией.
Применительно к украинскому «майдану», перед российскими коммунистами встала дилемма: все ли то, что плохо для режима, одинаково плохо для Родины?
В случае с Украиной, важно немного вспомнить о тех взаимоотношениях, которые имелись между российскими и украинскими коммунистами, и на каких принципах они строились. Еще с 1990-х годов КПРФ и КПУ связывало тесное сотрудничество на ниве борьбы, как это неизменно подчеркивалось, за «единство славянских народов», в русле реакционной и антикоммунистической по своей сущности идеи панславизма. Удивительно точную характеристику таким настроениям дал великий пролетарский поэт Владимир Маяковский: «Не тратьте слова / на братство славян. / Братство рабочих —/ и никаких прочих».
Не имея серьезного опыта уличных мобилизаций и протестов, погрязшая в «договорняках» с властью и компромиссах, Компартия Украины в 2013–2014 гг. упустила свой исторический шанс возглавить недовольство самых широких народных масс и перехватить «евромайдан».
Некоторые партийные функционеры КПУ, уехавшие из Украины после 2014 года, обитают в Москве, становясь постоянными участниками политических ток-шоу российского ТВ.
Референдум в Крыму 18 марта 2014 года был поддержан большинством как системных, так и несистемных левых. Многие восприняли его как запоздалое «восстановление исторической справедливости» – референдума 17 марта 1991 года, на котором 76 % советских граждан поддержало сохранение СССР. Редко вспоминается другой референдум, состоявшийся в январе 1991 года, о статусе Крыма, большинство жителей которого проголосовало за автономную советскую социалистическую республику в составе СССР.
Начавшаяся в апреле 2014 года война на Юго-Востоке Украины, сформировала три точки зрения в среде российских левых. Первая – солидарность с «ополчением» Юго-Востока Украины, вторая – антивоенная, антиимпериалистическая позиция («никакой войны, кроме классовой»), третья – поддержка «анти-террористической операции» официального Киева.
Наиболее активными оказались сторонники первой позиции. В скором времени, на Донбасс поехали добровольцы из числа коммунистов, состоявших в разных партиях, готовые воевать за вновь образованные Донецкую и Луганскую Народные республики. «Другая Россия» Эдуарда Лимонова образовала движение «Интербригады», с целью отправки своих сторонников для участия в боевых действиях на Донбассе. После этого с Лимонова был снят «блок» в официальных российских СМИ, его вновь начали приглашать на телевидение, и даже на страницы русскоязычной версии сайта государственного телеканала RT в качестве колумниста. Этот резкий поворот во взаимоотношениях с Кремлем «другороссы» объяснили тем, что на данный момент российская власть осуществляет то, о чем мечтали нацболы на протяжении многих лет («возвращение Крыма» и Т. д.)
В апреле 2014 года президент РФ Владимир Путин на ежегодной «прямой линии» сделал известное заявление о «Новороссии» в составе Российской Империи – ныне это несколько областей Юго-Востока Украины, населенных преимущественно русскими. Данное заявление тогда было поддержано некоторыми левыми активистами. Особенно примечательно, что идея «Новороссии» в годы Гражданской войны. принадлежала белогвардейцам. Новороссийской областью («Новороссией») называлась одна из четырёх областей, составляющих административно-территориальное деление белогвардейского Юга России в 1919–1920 годах.
На территории, подконтрольной официальному Киеву, начался снос памятников основателю Советской Украины Владимиру Ильичу Ленину. Мировое коммунистическое движение, российские коммунисты и даже российские буржуазные СМИ, осудили кампанию т. н. «ленинопада». Между тем, снос коммунистических памятников в России, например обелиска революционным мыслителям в Александровском саду в 2013 году, прошел почти незамеченным, за исключением нескольких заявлений ряда левых организаций, уличных акций «Трудовой России» и других левых активистов столицы. Аналогичная ситуация сложилась и со сносом на территории Московского Кремля здания секретариата Президиума Верховного Совета СССР (так называемый «14-й корпус Кремля») в 2014–2016 гг.
Флаги СССР над администрациями городов Юго-Востока Украины создали у значительной части российских коммунистов представление о советском характере протестов, и чуть ли не о начавшейся там «пролетарской революции». Появление с самого начала в войне на Донбассе бывшего штатного полковника ФСБ Игоря Гиркина (Стрелкова), многочисленные факты связей некоторых представителей леворадикальной украинской организации «Боротьба» с представителями Администрации президента РФ свидетельствовали о самом непосредственном участии в украинских событиях российских властей. В скором времени, в ДНР компартия была фактически запрещена и не допущена до выборов в органы власти «народной республики». Откровенности ради нужно добавить, что первоначально, действительно некоторыми активистами Донбасса поднималась тема правопреемственности ДНР с Донецко-Криворожской советской республикой «товарища Артема», Ф.А. Сергеева. 4 февраля 2015 года Народный Совет ДНР даже признал республику государством-правопреемником ДКР. Однако, реальных политических последствий, по вполне понятным причинам, это не имело.