Эллисон Сафт – И приходит ночь (страница 28)

– Здесь есть кто-нибудь? – позвала она, не повышая голоса. – Ханна? Лорд Лоури?

Волнение нарастало до тех пор, пока не пронзило каждый ее нерв, как укол ножниц. Она знала этот звук – она слышала его прошлым утром. Несколько секунд она не двигалась и затуманенным взором вглядывалась в шепчущее мерцание свечей.

«Вам скажут, что там обитают призраки».

Это было совершенно нелепо, и все же она дрожала, словно температура резко упала. Она поспешила вниз по лестнице. Как только ее ботинки коснулись каменного пола, магия пробежала по коже. Она потянула ее, словно веревка, обмотанная вокруг запястья, к запретному восточному крылу. Но если Лоури узнает, что она зашла туда…

«Что он сделает? Отправит меня обратно?»

Это казалось нелепым, но она зашла за гобелен в ожидающий мрак коридора, мимо рядов закрытых дверей, освещенных шаром света от камина. Сила притяжения ее магии ослабла, а затем снова усилилась, когда она повернула за угол. Помещение выглядело как утренняя комната, обставленная белыми диванами и элегантным письменным столом, который стоял возле окна. В воздухе клубилась густая тьма.

«Здесь, – казалось, говорила ей магия, когда она встала в центре комнаты. – Здесь».

Обернувшись через плечо, чтобы убедиться, что за ней никто не наблюдает, она присела на корточки и положила ладонь на холодные половицы. Магия стремительно пронеслась по рукам. Но эта комната была пуста, забыта и заброшена, как и весь остальной дом.

Рен раздраженно вздохнула и подошла к столу на другой стороне комнаты. Пока была здесь, она может взять больше пергамента и чернил для своих записей. Она выдвинула один из ящиков, позволив свету свечи проникнуть внутрь. Там лежало что-то странное – нечто, похожее на переплетенную пачку анатомических набросков.

Внезапная и сильная, как ливень, дрожь пробежала по ее спине. У нее перехватило дыхание. Волосы на руках и затылке встали дыбом. Она не слышала шагов в коридоре, но чувствовала, что кто-то стоял позади нее.

– Это место принадлежит живым, и оно больше не ваше, – прошептала Рен.

– Что вы сказали?

Рен резко развернулась, освещая всю комнату. Она увидела Ханну, которая стояла в дверном проеме, положив одну руку на талию. Больше всего на свете Рен хотела, чтобы тьма поглотила ее целиком. Все что угодно, лишь бы избавиться от смущения.

– Ох, ничего. – Рен рассмеялась чересчур пронзительно, поспешно захлопывая ящик. – Совершенно ничего.

– Что вы здесь делаете? Вы что-то ищете?

– Я, э-э, хотела сходить в библиотеку Лоури, – сказала она. – А потом я… заблудилась?

– Силы небесные, – пробормотала Ханна. В простом платье и наспех заплетенных волосах она совсем не походила на призрак, который приветствовал Рен в ее первую ночь здесь. Она была слишком живой, явно оторванной от вечернего чаепития. После минутного колебания Ханна спросила: – Мне проводить вас туда?

Рен не понравилось облегчение от того, что она не пойдет одна.

– Да, пожалуйста.

Ханна провела ее через большой зал в кабинет Лоури, по-видимому не обращая внимания на темноту, которая все сгущалась и сгущалась, когда они проходили мимо. Над столом оленьи рога отбрасывали на пол длинные резкие тени, похожие на заросли шиповника.

Ханна щелкнула выключателем рядом с дверью, и все настенные бра слабо вспыхнули, оживая. Рен зажмурилась от внезапного потока искусственного света, но когда она моргнула и открыла глаза, вокруг все еще было довольно мрачно. Она никогда не привыкнет к этому болезненному, гнойно-желтому свечению. Она бы читала при свете камина всю оставшуюся жизнь, если бы могла.

– Вам нужно еще что-нибудь? – спросила Ханна.

– Нет, здесь я найду все, что мне необходимо. – Рен поднесла свечу к полкам, позволяя свету пролиться на позолоченные буквы на корешках книг.

– Вас правда было нужно проводить в библиотеку? – Рен обернулась и увидела стоящую в дверном проеме со скрещенными руками Ханну.

– Да, – взволнованно ответила Рен. – Хотя не думаю, что я заблудилась. Но я действительно направлялась сюда, прежде чем отвлеклась. Я… услышала звук.

– Звук? – Брови Ханны взлетели вверх. – У нас здесь их немало.

– Звучало так, словно кому-то больно.

– Я понимаю, о чем вы, миледи, – спустя мгновение произнесла Ханна. Трудно было понять выражение ее лица. – Не бойтесь. Этот дом всегда наполнен звуками, он старый. Когда я была маленькой, мама рассказывала о призраках, блуждающих ночами по коридорам и ищущих маленьких девочек, которым давно пора спать. Но я гарантирую, это всего лишь сказки.

– Это… обнадеживает, – ответила Рен, все еще не убежденная словами Ханны. – Спасибо.

Служанка кивнула и опустила взгляд.

– Не благодарите меня. Считайте это моим официальным приветствием. И извинением за то, что избегала вас.

– Избегала меня? Я не заметила.

– Ох. Хорошо. – Ханна покраснела. – Это приятно слышать. Мне все еще так непривычно… До того как… все произошло, я была третьей горничной. Мне никогда не приходилось много общаться с гостями.

Печаль в ее голосе отрезвила Рен.

– Прости, что отвлекла тебя от вечернего чая. Думаю, теперь мы квиты.

– Все нормально, правда. Я не против компании.

– Я тоже. – Рен улыбнулась ей. Как бы сильно она ни тосковала по другу в этом жалком месте, у нее точно не было времени на пустые разговоры. Однако Ханна предоставила ей редчайшую возможность. Шанс поговорить с кем-то, кто знал об этом месте столько же, сколько и ее работодатель. – Значит, ты выросла здесь? Каково это?

– Довольно неплохо. В комнатах для прислуги всегда было много других детей. А иногда даже лорд Лоури и его брат играли с нами.

Рен улыбнулась, делая паузу, чтобы снять с полки несколько учебников по ботанике.

– Правда?

– Конечно. В городе не было других детей аристократов, с которыми можно было бы провести время. – Ханна опустилась в кресло. – Лорду Лоури нравилось внимание, как вы можете догадаться, а его брат предпочитал уединение.

– Если ты не возражаешь, я скажу, что вы двое не кажетесь слишком близкими для товарищей по детским играм.

Когда Ханна ничего не ответила, Рен обернулась и увидела, как сильно помрачнело лицо служанки. Возможно, она зашла слишком далеко.

– Прости! Иногда я бываю слишком любопытной, что вредит отношениям с людьми.

– Нет-нет… – Ханна перекинула растрепавшуюся косу через плечо, пропуская ее конец сквозь пальцы. – Не было никакой драматической ссоры. Я не сильно потакала ему, вот и все. Он был очаровательным мальчиком, когда хотел, но отец слишком баловал его. Все, что ему требовалось, – это улыбнуться, и человек становился как глина в его руках. Это испортило его – иногда даже делало жестоким.

– Я с трудом могу представить его жестоким, – осторожно произнесла Рен.

– Люди меняются. – Ханна глухо рассмеялась. – Теперь это даже забавно. Я помню… Мне было лет шесть, а лорду Лоури – одиннадцать. Нелли – кухарка – однажды нашла бездомную кошку. И когда она окотилась, Нелли позволила мне дать одному из котят имя. Я выбрала черную кошечку в белых носках и назвала ее Полночь. Когда молодые лорды пронюхали об этом, они пришли посмотреть на котят. И конечно же, лорд Лоури захотел Полночь себе.

– Что ты сделала?

– Я сказала ему уйти, а он заглянул мне в глаза и сказал… – Ханна замолчала, робко улыбнувшись. – Думаю, на самом деле это невеселая история.

– Нет, все нормально, – успокоила ее Рен. – Пожалуйста, продолжай.

– Он сказал, если я не отдам ее, он вспорет ей брюхо. Посмотрит, что у нее внутри, как делал его отец во время экспериментов.

– Но… это ужасно.

Ханна отмахнулась.

– Нелли сделала вид, что ругает меня, а потом сказала, что это всего лишь имя – я все еще могу играть с ней, когда захочу. Так что я позволила ему забрать Полночь.

– И что случилось?

Она смутилась.

– Через несколько месяцев я нашла ее на краю леса.

Рен побледнела.

– Он?..

– Нет, – быстро ответила Ханна. – Нет, я так не думаю, миледи. Ее поймали волки.

Гнетущая тишина повисла между ними.

Служанка встала с кресла.

– Что ж, думаю, на сегодня я сказала достаточно.

– Подожди. – Никто в этом доме не разговаривал с Рен так открыто. Если Ханна сможет рассказать ей все о том, как был введен этот яд, возможно, она быстрее сможет найти антидот.

– Ты можешь ответить мне еще на несколько вопросов?