Эллис Батлер – Сборник Забытой Фантастики №4 (страница 18)

В лаборатории он раздражал их тем, что пренебрегал своей работой для проведения частных экспериментов и использовал собственные методы, предпочитая их следованию указаниям преподавателей.

Хотя большинство профессоров невзлюбили его по этим причинам, они не могли найти весомого предлога, чтобы избавиться от него. Ему всегда удавалось закончить свои задания раньше отведенного времени, и даже когда его торопили, ограничивая время, его работа неизменно была правильной.

В конце концов ему присвоили докторскую степень, отчасти из-за некоторых опубликованных им исследований, которые преподаватели проигнорировали, но которые в конечном итоге оказали должное университету, отчасти, без сомнения, потому, что это был лучший способ убрать его с дороги. Несколько концернов предлагали ему хорошие должности химика, но он отверг их все.

– Слишком много рутины, – сказал он. – Я не вижу никакого удовольствия в том, чтобы целый день торчать в лаборатории, помешивая что-то в мензурке так, чтобы любой тупица научился имитировать это за день или около того.

Вскоре после этого он исчез, и я ничего не слышал о нем в течение нескольких лет.

Затем однажды вечером, когда мы ужинали с Биллом Уэстоном, другим одноклассником, который стал коммивояжером концерна горнодобывающего оборудования, разговор перешел на обсуждение того, что стало с некоторыми из наших старых друзей.

– Кстати, – сказал Билл, – я столкнулся с Гарри Тисдейлом во время моей последней поездки по Мексике.

– Мексика! – воскликнул я, – Что, черт возьми, он там делает?

– Рабочие шахты – довольно неплохая собственность. Я продал ему большую партию оборудования и расходных материалов. И кажется, у него все идет хорошо.

Я пролил ложку супа на свой лучший смокинг. Я не мог представить Гарри шахтером. Он более естественно вписывался в мир мечтаний и теорий, чем в практический мир охотников за долларами.

Любопытство побудило меня написать ему по адресу, который дал мне Билл. В быстро пришедшем ответе меня сердечно пригласили приехать и нанести ему визит. Я принял приглашение, и теперь вот я смотрел на унылый пейзаж.

Прошел час, и я почувствовал глубокое отвращение к самому себе за то, что потратил уйму времени и денег исключительно на то, чтобы удовлетворить свое любопытство. Если бы поезд вернулся в это мгновение, я, без сомнения, снова отправился бы домой. Если бы я только мог получить представление о том, что ждет меня в ближайшем будущем, я бы никогда не стал ждать поезда… Я бы вернулся пешком, но у меня не было ни малейшего представления о грядущих событиях, и я просто ждал.

– Вы мистер Альберт Фишер? – спросил приятный голос у меня за спиной.

Вздрогнув, я резко обернулся и увидел обладателя голоса, высокого светловолосого молодого человека лет двадцати пяти.

– Доктор Тисдейл не смог уехать этим утром, поэтому он послал меня встретить вас и привести на место. Я Пит Нельсон, один из его помощников, – заявил он.

Он подвел меня к шикарному родстеру, на котором он незаметно подъехал, пока я был погружен в свои мысли. Мы забрались внутрь, и Пит нажал на газ. Он показал себя отличным водителем. Местами дорога была довольно каменистой, но он продемонстрировал почти сверхъестественное умение не попадать на ухабы. Я тщетно пытался завязать с ним разговор.

Мы остановились перед длинным низким зданием, которое выглядело так, словно это могло быть офисом или лабораторией. Вокруг были разбросаны другие здания, которые, как я решил, должны быть зданиями шахты.

– Доктор Тисдейл, я думаю, в своем кабинете, – сообщил мне Пит, направляясь к входной двери здания.

Прежде чем мы успели войти, дверь распахнулась, и я обнаружил, что уже энергично пожимаю руку своему старому другу.

– Что ж, Эл, похоже, что снова вижу тебя как в старые добрые времена, – сказал он. – Как у тебя дела?

Затем, прежде чем я успел ответить, он добавил, что я как раз успел к обеду, и мне лучше пойти к нему и умыться.

Ужин был превосходным, но я был так заинтересован моим хозяином и его историей о том, как он стал шахтером, что не обратил особого внимания на еду.

После окончания колледжа он некоторое время бродил по округе, пытаясь найти какой-нибудь способ заработать достаточно денег, чтобы оборудовать частную лабораторию, где он мог бы проводить исследовательскую работу в соответствии со своими собственными идеями. Однажды старый старатель показал ему несколько кусков необычного желтого землистого материала, который Гарри проанализировал и обнаружил большое содержание радия. Они стали партнерами, и Гарри открыл способ извлечения радия с меньшими затратами, чем при старом способе. В результате они разбогатели. Потом старик умер, оставив свои интересы к шахте Гарри.

В результате Гарри смог осуществить свою давнюю мечту о создании собственной исследовательской лаборатории. Благодаря доходу от шахты он мог продолжать свои эксперименты, не беспокоясь о финансовых вопросах.

– Но, возможно, вы предпочли бы увидеть все своими глазами, чем слушать мой рассказ об этом, – сказал он, ведя меня к задней части здания.

– Мне было бы интересно сделать и то, и другое, – ответил я.

Когда мы переступили порог, я был поражен, увидев, чего он добился. Огромная комната была заполнена всеми мыслимыми аппаратами, и очень многими видами, которые я никогда бы не смог себе представить. Там были огромные стеклянные колбы странной формы, в некоторых из них пузырилась жидкость, другие светились странным светом, как будто через них проходил какой-то электрический разряд.

Несколько мужчин деловито работали в разных концах комнаты. По большей части они казались молодыми людьми, но каждый из них, как мне виделось, был сильно заинтересован в том, что он делал.

– Эти молодые люди, которых вы здесь видите, в некотором смысле мои ученики. Поскольку мои методы и аппаратура значительно отличаются от тех, что используются в колледжах и в других лабораториях, я счел необходимым обучать своих сотрудников в моей собственной лаборатории. Некоторых из этих людей я выбрал из колледжей. На самом деле, я считаю своим долгом узнать о тех студентах колледжа, которые проявили исключительные способности в областях, которые были бы полезны в моей работе. Однако довольно многих из этих людей я полностью обучил в своей собственной лаборатории, и я обнаружил, что, устраняя множество второстепенных предметов, которые заполняют учебную программу колледжа, они способны добиться исключительно быстрого прогресса.

Говоря это, Гарри подвел меня к окну, из которого открывался вид на несколько небольших зданий.

– Это личные лаборатории, предоставленные некоторым из моих передовых сотрудников, – сказал он. – У меня есть люди, работающие почти во всех отраслях науки, химии, физике, геологии и многих других областях, – продолжил он объяснять. – Я не верю, что в каком-либо университете есть лучшее оборудование, чем у нас здесь, благодаря шахте.

Открытие

Он привел меня в другую комнату, заполненную аппаратурой, еще более сложной, чем та, которую я видел до сих пор. Огромные машины, которые, казалось, были электрической природы, выстроились вдоль одной стены, в то время как на стеллажах, перемещаемых взад и вперед по комнате, стояло ошеломляющее множество устройств, которые я даже не могу попытаться описать.

– Я хочу показать вам свое последнее открытие, – сказал он, когда мы остановились перед любопытно мигающей лампочкой. Предмет был около фута в диаметре и сделан из какого-то материала, очень похожего на стекло, но имевшего странный полупрозрачный вид, какой бывает у толстого куска целлулоида. На верхней части колбы была своеобразная воронка, ведущая внутрь устройства. С каждой стороны воронки в нее шли электрические провода. На одном конце, если можно сказать, что у сферы есть конец, короткий металлический стержень выходил из колбы и заканчивался набалдашником.

Гарри щелкнул выключателем, и лампочка загорелась странным зеленоватым светом. Затем он взял флакон с металлическим на вид порошком и высыпал несколько крупинок в воронку на верхней части сферы.

Пара пинцетов, лежавших на скамейке, тут же подскочила и вцепилась в ручку на конце металлического стержня. Гарри посмотрел на меня. Очевидно, ожидался какой-то комментарий.

– Какой-то новый способ развития магнетизма? – рискнул я предположить.

– Не совсем, – ответил он. – Что бы вы сказали по этому поводу?

Он положил кусок меди на стеллаж, где лежали пинцеты. Когда он отпустил его, он полетел, чтобы присоединиться к пинцету. Затем кусок резины, грифельный карандаш, несколько серебряных монет и, наконец, стеклянная пробка от ближайшей бутылки подпрыгнула к ручке, когда их поднесли поближе.

Я мог только пялиться на разнообразную коллекцию предметов, прилипших к ручке. Я не был до конца уверен, что это не был какой-то фокуснический трюк, выполненный для моего развлечения.

– Альберт, я открыл секрет гравитации! – сказал Гарри, когда тот выключил ток, и предметы упали.

– Гравитация! – воскликнул я. – Ты хочешь сказать, что ты нейтрализовал гравитацию, когда только что заставил все эти штуки прыгать вокруг?

– Ну, это вряд ли можно назвать нейтрализацией, – ответил он. – Это досадная ошибка, в которую впало очень много людей, даже среди ученых. Они предположили, что правильный способ подойти к проблеме гравитации состоял в том, чтобы попытаться найти какие-то средства нейтрализации силы притяжения.