Элли Лартер – Развод. Я заслуживаю быть счастливой (страница 16)
— Конечно, сразу после осмотра и опроса.
— Ладно, — я сжимаю зубы, понимая, что она действует по протоколам, и я ничего не могу с этим сделать.
Через пятнадцать минут наконец приходит другой врач, хирург-гинеколог, который меня оперировал.
— Марина Максимовна, меня зовут Георгий Валерьевич Аваресов, приятно познакомиться.
— Скажите, я потеряла ребенка?! — спрашиваю сразу и в лоб.
— Ребенка?! — удивляется доктор. — Вы не были беременны.
— Вы уверены?!
— Совершенно.
— Но я делала тест, и он показал, что...
— Тесты на беременность иногда показывают ложноположительный результат при кисте яичника, которую мы сегодня и оперировали. То же касается и тянущих ощущений внизу живота, которые вы описали моей коллеге Арине Степановне. Мне очень жаль.
— Да нет, это... — я не решаюсь сказать это, но про себя думаю: это облегчение! Ведь если беременности не было — нет места и мыслям о том, что я сама виновата, что потеряла ребенка, и мыслям о том, оставлять его или нет, и как рассказывать или не рассказывать все Виту, и как жить дальше...
— Вы останетесь в стационаре на два дня, чтобы мы немного за вами понаблюдали, хорошо? Послезавтра можно будет ехать домой.
— Хорошо, спасибо, — я киваю.
— Мне позвать вашего мужа? — спрашивает Георгий Валерьевич. — Он у вас очень нервный... весь извелся, пока ждал.
— Да, зовите, — киваю я, сдерживая тяжелый вздох. Выбора-то все равно нет: не посылать же Вита к черту!
Муж вламывается в мою палату с огромный букетом гортензий, и я невольно шучу:
— Мне скоро можно будет открывать собственный цветочный салон и все это перепродавать...
— Как скажешь! — сразу соглашается Вит. — Ты меня так напугала! Врачи сказали, что тебе сделали операцию! Как ты?! Как ты себя чувствуешь?!
— Все нормально, — говорю я сдержанно. — Спасибо, что пришел. Где Мила? Она в курсе?
— Да, она дома, я отвез ее, а потом приехал к тебе.
— Ясно, я должна позвонить ей.
— Конечно... Твой телефон, кажется, остался в школе, возьми мой, — он протягивает мне свой мобильный.
Я беру его, и в этот момент на экране вдруг высвечивается:
«Алина Мирановская».
Она звонит ему!
Вместо того, чтобы вернуть телефон мужу или сбросить вызов, я принимаю его и прикладываю трубку к уху.
20 глава
Первые пару секунд я молчу.
Мне кажется, что если никак себя не обнаружить, то я вот-вот услышу в трубке что-нибудь типа: привет, любимый! — ну или как там обычно любовницы обращаются к своим мужчинам, и секрет Полишинеля в то же мгновение будет раскрыт! Я поймаю Алину и Вита с поличным!
Но вместо этого я слышу лишь осторожное:
— Алло?
Делать нечего, приходится ответить:
— Алло.
Вит все это время сидит на стуле возле кушетки и пристально смотрит на меня. Я пытаюсь прочитать на его лице тревогу, беспокойство, но он либо реально не волнуется, либо хорошо притворяется.
— Ой... — Алина в первую секунду как будто бы смущается, но потом тоже быстро берет себя в руки: — Марина Максимовна, это вы?!
— Да, это я, — говорю мрачно, понимая, что дальше ей будет уже проще выкручиваться. — А вы зачем звоните Виталию Сергеевичу?!
В этот момент мой муж наконец немного хмурится и одними губами спрашивает:
— Кто это?
Я, прикрыв микрофон рукой, тоже одними губами отвечаю:
— Алина Игоревна.
Вит пожимает плечами и одновременно кривит рот: мол, понятия не имею, что ей надо!
Сама Алина тем временем отвечает мне:
— Звоню, чтобы узнать, как вы, конечно! Вас ведь на скорой увезли, половина школы это видела! Ну а Виталий Сергеевич сразу за вами помчался!
— Вот оно что, — хмыкаю я.
Да уж, наделала я шуму.
Неприятно.
Не люблю доставлять людям столько беспокойства... а здесь — и урок сорвала, и детей напугала, и учителей.
А Алина с Витом либо правда ни в какой любовной связи не состоят, либо притворяются, как самые талантливые голливудские актеры!
То, что телефон мужа сейчас у меня в руках, конечно, соблазняет залезть в их с Алиной переписку, но что-то мне подсказывает, что я там ничего не найду: Вит наверняка уже все подчистил.
Лучше дождаться отчета от Аркадия Павловича.
Он-то и удаленные сообщения сможет прочитать, и скрытые, и под паролями...
Тем временем, Алина спрашивает:
— Ну так что, как вы, Марина Максимовна?! Вам получше?!
— Да, мне гораздо лучше, спасибо, Алина Игоревна, и всего доброго, — говорю я и отключаюсь.
Смотрю на мужа.
Он опять пожимает плечами:
— Беспокоится. Кроме нее, еще позвонили Софья Андреевна, и Мария Петровна, и Лидия Юрьевна, и Вера Вячеславовна, и даже Богдан Альбертович!
Я мысленно фыркаю: ну да, раз уж даже наш учитель физкультуры позвонил — то волноваться не о чем!
В общем, можно было и не брать трубку: ничего нового и полезного я не узнала.
— Тебя любят в школе, — добавляет Вит. — И я люблю. Чуть с ума не сошел, пока ждал... Но потом наконец вышел из операционной врач и сказал мне, что твоей жизни ничего не угрожает...
— Ну, хоть какая-то хорошая новость, — хмыкаю я и наконец звоню дочери.
— Папа! — раздается в трубке взволнованный, зареванный голос дочери. — Что с мамой?!
— Это я, милая, — говорю мягко.
— Мама, мамочка! — Мила снова чуть ли не рыдает. — Ооо, ты жива! Слава всем богам! Что с тобой было, что сказали врачи?!
— Разрыв кисты яичника, прооперировали, уже пришла в себя. Ничего не болит, — говорю я спокойно.