Элли Лартер – Развод. И снова любовь (страница 37)
– Вот она, – он показывает мне фотографии молодой симпатичной девушки.
Я невольно фыркаю: у нее тот же типаж, что у меня и Каролины.
Тоже брюнетка, тоже тонкие черты лица, тоже чувственные губы.
Да, теперь я еще больше уверена, что Миша с ней спит... да еще и практически при сыне! Ни стыда, ни совести!
А вообще, забавно, конечно. Собрал себе, блин, целый гарем: жена, которой сорок пять, любовница, которой тридцать семь, кажется, и еще одна любовница, которой... сколько?!
– Ей двадцать три, – говорит Мишель, как будто бы прочитав мои мысли.
– Ого, вы успели собрать на нее досье?!
– Ну... немного. И она совершенно точно не секретарша и не помощница вашего мужа. Она массажистка в курортном городке.
– Ясно, – я качаю головой. – Спасибо, Мишель.
– Всегда к вашим услугам.
Когда он уходит, я принимаю душ, переодеваюсь, а потом спускаюсь вниз, чтобы еще раз поесть: от стресса разыгрался аппетит, ролла, фруктов и шоколада оказалось мало, а здесь – целый шведский стол, все включено.
Набрав в свою тарелку всего понемногу, я сажусь за один из столов, чтобы спокойно перекусить, как вдруг вижу, что Лена – та самая массажистка, фотографию которой показал мне час назад Мишель! – идет прямо ко мне!
ЛЕНА. 43 глава
Когда я предложила Мишане отправиться в Турцию втроем – я, он и один из его сыновей, – я, конечно, не знала, что нас ждут проблемы.
Был забронирован роскошный отель, самый лучший номер, я взяла с собой полтора десятка купальников и собиралась прекрасно проводить время в бич-клабе на берегу моря, купаться, загорать и наслаждаться жизнью.
Я знала, что ребенок уже взрослый, первоклассник, разумный, адекватный и вряд ли доставит проблемы.
В принципе, Артур таким и оказался: милым, приветливым, послушным... но болезненным.
Во время полета у него заболели уши – а потом, по мере того, как мы добрались до места, расположились в отеле и начали отдыхать, ему становилось все хуже, и хуже, и хуже...
Сначала я, желая помочь, позвонила Владе, своей подруге. Думала, получится решить проблему малой кровью. Она пускай и не педиатр и не лор, но врач, в таких вещах по долгу профессии разбирается.
Влада предположила, что у мальчика аэроотит, посоветовала, как лечиться, Мишаня сбегал в местную аптеку, приобрел все, что нужно, но... нифига не помогло. Артуру стало еще хуже – и мы поехали в больницу.
Из минусов – у Мишани закончилась семейная медицинская страховка для путешествий, так что оплачивать все пришлось из своего кармана.
А из плюсов – Мишаня сказал, что я большая молодец и очень его поддерживаю. Для меня это прозвучало как «ты все правильно делаешь, продолжай в том же духе, и совсем скоро ты станешь единственной женщиной в моей жизни!»
И еще – что вместо предполагаемой недели мы останемся в Турции на две, три, а то и четыре недели, потому что восстановление его сына будет долгим.
Конечно, это означало, что Мишане придется не только тусоваться, но и работать, и с сыном возиться, но я решила, что это не страшно: мне-то по-прежнему можно было проводить время в бич-клабе, купаться, загорать, пить коктейли без ограничений и просто кайфовать от жизни.
В какой-то момент я даже подумала: ну и классно, ну и пускай болеет! Чем дольше он будет восстанавливаться – тем больше времени мы проведем здесь! Да, жестоко, но и болезнь ведь не смертельная! Подумаешь, уши!
Но потом в Турцию, как-то прознав о случившемся, неожиданно заявилась жена Мишани, вяленая рыбина Саша.
Мишаня сообщил мне об этом, написав сообщение:
«Мышь в здании!»
Я сначала рассмеялась и даже уточнила, про которую мышь речь – Каро ведь тоже мышь! – а потом подумала: вообще-то, ничего хорошего.
Щас начнет права качать, пытаться ребенка отобрать, а если еще и про меня узнает...
Не то чтобы я скрываюсь, я сильная, гордая и мне нечего стыдиться, но не хотелось бы заявлять о себе раньше времени.
Мы ведь с Даней работаем над тем, чтобы планомерно и постепенно убрать из жизни Мишани его женушку и недолюбовницу.
А если они обо мне узнают – могут и противодействие какое-то начать... еще и объединиться могут!
А мне это все зачем?!
Я здесь вообще-то отдыхать планировала, сил набираться!
А теперь – думай, как ей на глаза не попасть!
И вот теперь – самый ад!
Похоже, рыбина Саша будет жить с нами в одном отеле!
Надеюсь, что это не Мишаня ей номер оплатил... и искренне не понимаю, откуда у нее такие деньги!
Так или иначе – вот она, в пяти метрах от меня, бродит по ресторану с огромным блюдом и набирает всего понемногу со шведского стола...
Я и сама зашла сюда перекусить, прежде чем идти в бич-клаб, а теперь стою, смотрю издалека и не знаю, что делать.
Валить, пока она меня не увидела и не запомнила, и заказать еду в номер?!
А может, самой притвориться, что не видела ее, вести себя как обычно, устроиться за столиком на другом конце зала и нормально поесть?!
Хм...
В итоге, я выбираю третий вариант – самый неожиданный.
Я дожидаюсь, пока Саша сядет, сама тоже беру блюдо, кидаю в него что попало – и направляюсь прямо к ней!
Саша меня, конечно, не знает – откуда бы?! – но все равно удивленно вздергивает брови: мол, кто ты, зачем ты здесь, вокруг ведь полно свободных столиков!
Я отмечаю про себя, что она, несмотря на возраст, очень даже ничего... хотя я, конечно, в сорок пять буду выглядеть намного роскошнее.
– Привет, – говорю дружелюбно.
– Здравствуйте, – отвечает Саша, и в ее голосе читается недоумение.
– Можно к вам присоединиться?!
– Ну... здесь каждый волен садиться, где ему удобно, но... вокруг же свободно...
– Да, понимаю, прошу прощения, просто... мне очень одиноко, – говорю я и выпячиваю нижнюю губу, а потом, не дожидаясь ее ответа, сажусь напротив. – Я здесь совсем одна, чужая страна, чужой язык, не с кем поболтать... а по вашему лицу я сразу поняла: русская! Вот и решила подойти...
– Вот оно что, – хмыкает Саша и смотрит на меня с недоверием. – Как же так вышло, что такая молодая красивая девушка оказалась в роскошном пятизвездочном отеле Турции одна?!
В ее голосе как будто бы сквозит ирония... она меня что, за девицу легкого поведения приняла?!
– Мой муж умер, – сообщаю я. – Мы должны были отправиться сюда вместе на третью годовщину нашей свадьбы, но... он попал в аварию. И на смертном одре попросил меня не отказываться от этой поездки...
– Ясно, – кивает Саша, но я не вижу в ее взгляде сочувствия. Странно.
– А вы здесь с кем?! – спрашиваю я у нее.
И то, что она отвечает, выбивает меня из колеи.
– Я здесь со своим сыном, – говорит она. – А сын со своим отцом. А отец... он, похоже, с вами.
– Ч-что, простите?! – переспрашиваю, запинаясь, и это почти искренняя реакция.
– Я в курсе, кто ты.
44 глава
Она так стремительно меняет тон, обращается ко мне на ты и сообщает, что знает меня, что я теряюсь.