Элли Лартер – Развод. И снова любовь (страница 30)
Лучшего!
Она заслуживает того, чтобы рядом с ней был мужчина, который будет обеспечивать ее и бросать к ее ногам весь мир!
А чего же заслуживаю я сам?!
Сложные философские вопросы, которым здесь и сейчас совершенно не место в моей голове, наконец тонут в очередном поцелуе, в очередной ласке, в очередном моменте горячей близости...
Мы уже почти добрались до вершины наслаждения – и вдруг кто-то стучится в дверь кабинки.
– Занято! – кричу я, а Лена тихо посмеивается, утыкаясь лицом в мое вспотевшее плечо.
– Просим немедленно покинуть кабину туалета, вернуться на свои места и пристегнуть ремни, так как самолет приступает к снижению, – звучит строгий голос стюардессы.
Ого, оказывается, мы так увлеклись, что пропустили объявление по громкой связи!
Сколько же времени прошло?!
– Да, сейчас, – говорю я раздраженно, понимая, что от нас не отстанут, не дадут закончить.
Делать нечего: придется возвращаться на свои места.
Мы быстро одеваемся и приводим себя в порядок, приглаживая волосы, а потом открываем двери.
С невозмутимым видом идем в салон, а две стюардессы провожают нас презрительными взглядами.
Они, конечно, прекрасно поняли, чем мы занимались.
Сложно было не понять: специфические звуки, специфические запахи... плюс – нас было двое, мужчина и женщина, да и времени мы там провели неприлично много... наверняка из-за нас часть пассажиров не смогли справить свою естественную нужду... ну, простите!
Мне не слишком стыдно, честно!
Ведь мне-то самому чертовски понравилось, пусть мы и не успели закончить!
А я в том возрасте, когда здоровый эгоизм побеждает необходимость быть вежливым и удобным.
– Нужно будет повторить, – горячим шепотом говорю я Лене, пока мы идем по салону самолета, и осторожно, чтобы не заметили другие пассажиры, сжимаю ладонью ее задницу.
– Непременно, – улыбается она и садится на свое место.
Я делаю еще пару шагов и тоже сажусь, сразу же натыкаясь на полные ужаса глаза своего сына.
– Что такое?! – спрашиваю у Артура, который смотрит на меня, как затравленный волчонок, и зажимает уши обеими ладонями.
– Где ты был, папа?! Мне очень больно... – бормочет сын сквозь зубы.
– Ну, это потому, что мы начали снижаться, – успокаиваю я его и протягиваю бутылку волы: – Пей. Когда сглатываешь, становится лучше.
– Я уже пробовал, – хнычет Артур. – Не помогает.
– Тогда попробуй позевать, – выглядывает с заднего сидения Лена. – Обычно это помогает выравнять давление.
Мы с ней вдвоем пытаемся помочь Артуру, но без спрея, который брызгала ему моя жена и о котором я, конечно, ничего не знал, сыну не становится лучше. Уши закладывает, периодически, как он говорит, внутри что-то булькает и перекатывается, сильно колет, он даже жалуется, что начинает хуже слышать...
– Ничего, – говорю я, стараясь оставаться спокойным. – Скоро приземлимся – и все пройдет. А в обратную дорогу я обязательно куплю тебе тот самый спрей... спрошу про него у мамы.
– А чего ты сразу не спросил?! – сын смотрит на меня глазами, полными боли.
– Прости, сынок, забыл...
Чувствую себя очень по-дурацки: виноватым, ужасным отцом, который не знает, что нужно его собственному ребенку...
Лена меня успокаивает:
– Ничего страшного. Ты не обязан знать все. Поверь: это не критично. Мы приземлимся – и сразу все наладится. Артур будет в восторге от места, где мы окажемся, и позабудет, что его вообще что-то беспокоило...
– Надеюсь, – киваю я.
Наконец мы приземляемся и долго-долго едем по полю, пока не припаркуемся возле рукава.
– Как твои уши?! – спрашиваю я у сына.
– А?! – переспрашивает он.
– Ты плохо слышишь?!
– Да... кажется... хуже, чем обычно...
– Скоро пройдет, – обещаю я. – Боль есть?!
– Нет.
– Очень хорошо. Вставай, идем.
Как пара с ребенком, мы довольно быстро проходим пограничный паспортный контроль, потом забираем на багажной ленте наши чемоданы, а когда выходим из аэропорта – нас уже ждет отельный трансфер.
– Сейчас доберемся до номера, примем душ, переоденемся и пойдем кушать, – обещаю я сыну, который выглядит грустным, встревоженным и постоянно прикладывает ладони то к одному, то к другому уху.
– А можно позвонить маме?! – спрашивает он.
– Попозже, милый, – говорю я.
Конечно, я дам ему поговорить с матерью, но хочу, чтобы он сначала пришел в себя.
Хочу, чтобы Артур позвонил ей и сказал: мамочка, как здесь здорово! – а не: мама, у меня болят уши, и папа не знает, что делать!
Потому что Саше не обязательно знать о возникших проблемах.
Не хочу слышать ее «я была права, тебя никуда нельзя отпускать одного с ребенком!»
Я со всем разберусь.
Мне просто нужно немного времени.
АЛЕКСАНДРА. 36 глава
– Ну так что же... – снова говорит мой новый знакомый. – Точно не хотите полететь в Анталью вместе со мной?!
– Я... я... – запинаюсь, мотаю головой.
Мне, конечно, во весь голос хочется закричать: да, полечу!
Но я вспоминаю слова Ирины Петровны, своего адвоката, что пока я в выгодной позиции, в положении, когда суд будет на моей стороне, но если я сейчас полечу в Турцию и попытаюсь забрать Артура, если будет какое-то насилие с моей стороны, какой-то скандал, какой-то инициированный мною стресс для сына, все может измениться.
И я боюсь рисковать.
Поэтому все-таки говорю:
– Нет, спасибо, я не полечу с вами. Не подумайте, что причина в вас, просто... мой адвокат посоветовала мне оставаться дома.
– Понимаю, – он кивает.
– Спасибо.