Элли Лартер – Бывшая жена. Научусь летать без тебя (страница 9)
На эту-то тему у сестер и разгорелся первый скандал.
Агате было тридцать пять, и она сказала: будем хоронить.
Агнии было двадцать пять, она была увлечена астрологической шизой, и она сказала: будем кремировать, так его душа быстрее доберется до неба с дымом.
Конечно, была и третья голосующая – их мать, но у нее на фоне смерти мужа была такая депрессия и начались такие проблемы с сердцем, что ее сестры единодушно решили не тревожить.
Ругались между собой.
Сначала о том, хоронить или кремировать, потом о том, ставить памятник или крест, потом – как прощание и поминки устраивать, потом – как с его личными вещами быть...
Агата сказала: заберем самое ценное и дорогое сердцу, остальное – продадим или выбросим.
Агния сказала: оставим на складе, чтобы в следующей жизни он мог вернуться и забрать то, что ему нужно.
Агата сказала: ты слишком сентиментальная.
Агния сказала: а ты – слишком практичная, хочешь вышвырнуть все, словно и не любила отца.
Агата сказала: да это ты его не любила, интересовалась чем угодно, кроме авиакомпании.
Агния сказала: зато ты всегда перед ним выслуживалась.
Агата сказала: а тебе и выслуживаться не надо было, младших всегда больше любят.
В общем, зацепились языками, и пошло-поехало.
Разругались они так, что на поминках сидели за разными столами.
Екатерина Андреевна много раз пыталась их помирить, но... не вышло как-то.
И вот уже десять лет они не разговаривают друг с другом на семейных мероприятиях, не созваниваются, не списываются... в общем, не общаются. Никак. Вообще.
Агата даже с племянницами не знакома, а наши дети с тетей хоть и общаются, но тоже довольно мало.
И мне все это, разумеется, только на руку.
Вот уже год я тайком от жены налаживаю отношения с ее младшей сестрой.
Поначалу Агния, конечно, меня недоверчиво приняла.
Спросила: чего пришел, чего надо?!
Я сказал, мол, не хочу терять члена семьи, не хочу, чтобы мои дети не общались с тетей, да и тебе помощь с малышками наверняка нужна...
Постепенно начал втираться в доверие.
Разговаривал с ней обо всем на свете.
Притворился, что мне очень интересны все эти ее эзотерические и астрологические штучки-дрючки.
Высказал мнение, что она была права на счет отца и его похорон.
Мы даже сходили на его могилу и провели какой-то там ритуал, чтобы его душа освободилась из-под каменной плиты.
Агнии явно польстило, что я выбрал ее сторону, она начала приглашать меня на семейные ужины, где были только она, ее муж, дети... и я.
Возможно даже, она нашла во мне отцовскую фигуру – у нас все-таки разница в возрасте немаленькая, двадцать пять лет, я реально мог бы быть ее папашей. Родной-то отец ее хоть и любил, обожал, души не чаял, но президентский пост передал старшенькой.
И вот теперь на всем этом можно здорово сыграть.
Я очень долго готовился – вместе с Линой, разумеется, она была моей идейной вдохновительницей, – и сегодня собираюсь разыграть свою карту.
Будет или пан, или пропал...
Я пишу Агнии с вопросом, можно ли приехать, и она сразу соглашается.
Я спешу к ней, по дороге прокручивая в голове все возможные варианты того, как пойдет наш диалог...
Вот только когда она реально спрашивает, что случилось, я, растерявшись, отвечаю лишь:
– Я развожусь с Агатой и хочу, чтобы ты помогла мне забрать у нее авиакомпанию.
Прямо. Решительно. В лоб.
14 глава
– Ничего себе, – говорит Агния, и брови у нее ползут вверх. – А ты, я смотрю, на прелюдии не размениваешься...
– Ну а зачем, – пожимаю я плечами. – Родные же люди, семья. Я хочу быть с тобой прямолинейным и честным.
– Почему вы с Агатой разводитесь? – спрашивает она. – Я впервые об этом слышу...
– Неудивительно: вы ведь не общаетесь.
– Мне могли сказать Зоя или Слава...
– Они еще не знают, как и ваша мать. По крайней мере, я не сообщал. Да и Агата вряд ли: она только позавчера заподозрила и только вчера узнала, что я ей изменял.
– Вот оно что, – сестра жены морщится, ей неприятно, но я же пообещал быть честным, так что иду на риск. – Зачем ты так с ней, Рома?! Да, мы с ней не разговариваем много лет, но она все же моя сестра, и я не одобряю твой поступок... Измена – это всегда зло, это всегда черное пятно на твоей карме... Неужели она это заслужила?!
– Как человек, близкий к высшим силам, ты должна понять меня лучше, чем кто-либо, – говорю я, точно зная, что именно сказать, куда надавить, чтобы она прислушалась ко мне. – Ты ведь помнишь, что у нас с Агатой был кармический брак. Мы прошли вместе долгий путь, выучили много уроков и теперь наконец-то вышли на новый уровень. Она – стала президентом компании, как мечтала. Я – встретил истинную любовь, как мечтал. Ее предназначение – служить людям. Мое – служить одной-единственной женщине, которую я нашел и полюбил, узнав в толпе...
Конечно, на самом деле все это звучит для меня сущим бредом – я в такое не верю, – но я знаю, что Агнии понравится: она-то верит.
И это именно она когда-то по нашим с Агатой датам рождения высчитывала нашу совместимость и сказала, что у нас этот самый кармический брак – связь, необходимая нашим душам, чтобы пройти совместные испытания и вырасти... бла-бла-бла.
Реакция Агнии не заставляет себя ждать:
– Да, про кармический брак ты прав... Но неужели ты и правда встретил ту, другую, что лучше моей сестры?! – она морщится, не доверяя мне.
Видно, что в ней борются две идеи.
Одна – защитить сестру, несмотря ни на что.
Другая – поверить и помочь мне, потому что я давно на ее стороне.
Чтобы убедить ее поступить правильно – для меня, а не для ее сестры, конечно, – я говорю:
– Уверен, что через некоторое время, когда Агата все поймет и осознает, она будет даже благодарна мне за то, что я освободил ее от этого брака, который давно изжил себя... Уверен, она будет гораздо счастливее без меня. И добьется огромных высот.
– Погоди-ка, – хмыкает Агния. – Кое-что не сходится. Ты желаешь ей счастья и удачи в ее предназначении, но при этом хочешь отобрать авиакомпанию?! Я чего-то не понимаю?!
Боже, и зачем она копает так глубоко...
Я мысленно закатываю глаза, но вслух говорю лишь:
– Ты все верно понимаешь. Это будет ее последним и самым важным кармическим уроком в браке со мной. Я заберу авиакомпанию, чтобы оставить ее нашим детям, а она на волне гнева и боли сможет создать нечто новое, совершенно прекрасное...
– Рома, не держи меня за дуру, – качает головой Агния. – Дело ведь не только в карме. Ты еще и денег хочешь, верно?!
– Конечно, хочу, – киваю, не видя смысла отнекиваться. – Я заслужил это.
– Ладно, предположим, но я-то здесь при чем?! Ты правда думаешь, что я отдам тебе свои акции?! Ты ведь за этим пришел?!