Элли Лартер – Бывшая жена. Научусь летать без тебя (страница 26)
Может, она была права, когда говорила, что мы с ней должны быть не против друг друга, а вместе против всего мира?!
Не знаю. Сложно.
Обиду не так-то легко подавить, даже когда близкий человек в любой момент может умереть...
Моя гордость, черт ее побери, остается со мной.
По крайней мере – пока.
– Мы не позволим ей умереть, – говорит Зоя и осторожно кладет ладонь брату на плечо. Слава в ответ не дергается – и на том спасибо. Зоя же продолжает: – Ты ведь это и сам прекрасно знаешь. Мы сделаем все: лучшие лекарства, лучшие врачи, лучшая реабилитация... Мы справимся.
– Надеюсь, – кивает Слава, но по взгляду видно: он все еще не доверяет нам... особенно, видимо, мне.
– Ну что же... – говорю, понимая, что с моим появлением атмосфера накалилась до предела, и теперь надо бы снизить градус. – Я отойду, надо подышать...
– Удачи, – отзывается Зоя, и они со Славой остаются в коридоре вдвоем, потому что Рома бежит за мной...
Вот блин!
Чего ему еще?!
– Постой! – окликает меня Рома, потому что я, пытаясь оторваться от него, мчусь со всей дури и притворяюсь, что не вижу и не слышу его.
Делать нечего: я притормаживаю.
– Что такое?! – спрашиваю, чувствуя, как сбивается мой голос.
– У меня такой же вопрос, – говорит Рома. – Минуту назад мне показалось, что ты чувствуешь себя виноватой... и запутанной...
– С чего бы?! – фыркаю я, а про себя думаю: что, так заметно было?!
Он встает напротив меня и, глядя прямо в глаза, спрашивает:
– Наш уговор ведь в силе?! Ты отдашь мне акции?!
– Конечно! – восклицаю я, притворяясь удивленной, а про себя думаю: теперь я еще сильнее сомневаюсь в том, что это будет правильно...
– Давай подпишем договор прямо сегодня, – предлагает Рома.
– Мне некогда, прости, – качаю головой. – Помнишь, я говорила про утренник и платье?! Все это по-прежнему нуждается в моем внимании. А бумаги мы подписать всегда успеем. Сегодня, через пару дней или через неделю – не имеет значения.
– Просто я не хочу, чтобы ты передумала из-за жалости к сестре. Все-таки зря я тебе позвонил и позвал.
– Я бы все равно узнала, – возражаю я. – Через Зою или Славу.
– Слава бы не позвонил тебе. А Зоя вполне могла бы забыть и позвонить через два-три дня, когда все было бы уже улажено...
– В таком случае – я благодарна тебе.
– Я думал, что это сблизит нас, но...
– Слушай, у меня правда нет времени, – перебиваю я его и, не слушая его больше, быстро шагаю к женскому туалету, чтобы просто запереться там.
Надеюсь, он вернется к своим детям, и я смогу быстренько сбежать.
Находиться рядом с Ромой чертовски некомфортно... от него веет не просто усталостью и детскими обидами, как в моем случае, от него веет реальной опасностью...
И как я раньше этого не замечала?!
СЛАВА. 30 глава
Говорить правду непросто, особенно когда предатели – твои самые родные и близкие люди, твоя собственная семья.
Но выбора у меня нет: я должен, просто обязан защитить маму и наш семейный бизнес.
– Мы не позволим ей умереть, – положив ладонь мне на плечо, говорит сестра. – Ты ведь это и сам прекрасно знаешь. Мы сделаем все: лучшие лекарства, лучшие врачи, лучшая реабилитация... Мы справимся.
– Надеюсь, – говорю я сдержанно.
У нас с Зоей всегда были близкие отношения, но теперь... мне кажется, мы вот-вот потеряем нашу крепкую связь.
Удивительно даже, что она не разрушилась уже сейчас, ведь мы – по разные стороны баррикад: она – на стороне отца, я – на стороне матери.
Конечно, Зоя не желает маме зла, она тоже испугана и взволнована, но... почему же тогда она за него, а не за нас?!
Отец доверия давно не вызывает.
У нас с ним и до их разлада с мамой не было какой-то особенной близости, а теперь, когда он предал ее, мне и вовсе не хочется с ним видеться и говорить.
Тетя... с ней мы всегда были в теплых отношениях.
Но теперь, когда пришло время выбирать, она тоже предпочла его сторону – и мне страшно.
Неужели можно так ненавидеть мою маму за ссоры многолетней давности, за какие-то конфликты, которые давно можно было обсудить и уладить?!
Взрослые люди, вроде бы, а ведут себя, как дети!
Я чувствую себя бесконечно одиноким в этой истории.
– Ну что же... – говорит тем временем тетя. – Я отойду, надо подышать...
Вид у нее довольно сконфуженный, видно, что ей некомфортно.
И на том спасибо: было бы хуже, если бы она чувствовала себя хозяйкой положения.
Раз стыдится чего-то – значит, еще не все потеряно, и она, может быть, передумает.
– Удачи, – рассеянно кивает ей Зоя.
Тетя Агния шагает прочь, отец бежит за ней, мы с Зоей остаемся в коридоре.
Некоторое время мы молчим, а потом, решившись, я спрашиваю у сестры:
– В чем причина?!
До этого тоже несколько раз спрашивал, но она никогда не отвечала, а я никогда не давил, понимал, что это не мои разборки и обиды, а ее с мамой.
Но теперь, когда мама на грани, я готов быть более настойчивым и требовательным.
– Мм?! – повернувшись ко мне, переспрашивает Зоя. Потом заглядывает в мои глаза и сразу все понимает. – Ой, ну перестань.
– Не перестану, – качаю я головой. – Пришло время рассказать об этом – если не ей, то хотя бы мне. Что такого произошло между тобой и мамой, что ты закрылась от нее и сейчас, когда отец изменил ей, встала на его сторону?! Ты ведь знаешь, что отцу нужны деньги, нужна наша авиакомпания.
– А мне-то что?!
– По нам это тоже ударит.
– Не ударит. Мы с отцом заключили договор – письменный, проверенный нашими адвокатами и заверенный нотариусом. Ты и я – мы будем в безопасности и продолжим заниматься тем, что нам нравится.
– Ты и за меня попросила?! – удивляюсь я, а Зою это обижает:
– Ну конечно! У меня никого нет роднее тебя...