Элли Хью – Право на правосудие (страница 21)

— Ты тоже, — парировал он, переключая передачу. — Самовольный выезд на объект без согласования.

— Я спасла тебе задницу, Юнов.

— Я справился бы, — он взглянул на неё. — Но спасибо.

Она фыркнула, но в уголке её губ дрогнула тень улыбки.

— Не скромничай. Без меня бы ты уже собирал зубы с пола.

Константин усмехнулся. Напряжение спадало, уступая место теплой усталости. Он протянул руку и накрыл её ладонь, лежащую на колене. Она не отдернула руку. Это было больше, чем перемирие. Это было доверие.

— Настя, — он произнес её имя мягко, проверяя реакцию.

— Что?

— Про Максима.

Она напряглась, но руку не убрала.

— Я проверил его, — спокойно сказал Костя, сосредотачиваясь на дороге, чтобы не видеть её реакции прямо сейчас. — У него есть проблемы. Погашение ипотеки два месяца назад. Источник не ясен.

Анастасия резко повернулась к нему.

— Ты копал в его личном деле? Без моего ведома?

— Это вопрос безопасности, — его голос стал жестче. — Он слишком сильно вокруг тебя вьется. И слишком много знает о наших перемещениях. Сегодня он пытался удержать тебя в отделе. Почему?

Настя молчала. Она смотрела на его профиль, на то, как напряглась челюсть.

— Я не верю, что он предатель, — тихо сказала она. — Он просто… заботится.

— Забота не покупается наличными, Настя, — Константин свернул на её улицу. — Будь осторожна. Не подпускай его слишком близко. Не потому, что я ревную. А потому что я не хочу, чтобы тебя использовали.

Она выдернула руку из его ладони и сложила руки на груди.

— Ты собственник, Костя. Это невыносимо.

— Я мужчина, который знает, что хочет, — он заглушил двигатель у подъезда её дома. Развернулся к ней полностью. В полумраке салона его карие глаза казались почти черными. — И я хочу тебя. В безопасности. В здравом уме. И рядом со мной.

— А если я не хочу быть рядом? — вызов в её голосе был слабым. Усталость брала свое.

— Лжешь, — он усмехнулся.

Он медленно протянул руку и коснулся её щеки. На этот раз не было грубости. Только тепло. Его большой палец провел по её скуле, стирая остатки копоти.

— Сегодня там, в порту… когда ты выскочила под огонь… у меня сердце остановилось.

Анастасия замерла. Она смотрела на него, и в её зеленых глазах плескалось что-то хрупкое.

— Я умею за себя постоять.

— Я знаю, — шепнул он, наклоняясь ближе. — Но мне все равно страшно.

Это признание повисло в воздухе. Константин Юнов, который не боялся ни пуль, ни начальства, признавался в страхе. За неё.

Настя выдохнула, и её плечи опустились. Она накрыла его руку своей, прижимая ладонь к лицу.

— Мне тоже было страшно, — призналась она тихо. — Когда пуля чиркнула по твоей каске… Я подумала, что ненавижу тебя. А потом поняла, что скорее умру, чем позволю кому-то тебя убрать.

Константин почувствовал, как внутри разливается тепло. Он притянул её к себе. Нежно, без нажима. Их лбы соприкоснулись.

Он поцеловал её. Это был не тот поцелуй в кабинете. Не жестокий, не требовательный. Это был поцелуй человека, который чуть не потерял самое дорогое. Глубокий, медленный, вкусный. Она ответила сразу, её пальцы запустились в его волосы, притягивая ближе.

В салоне стало жарко. Константин почувствовал, как её тело подается навстречу. Он хотел большего. Хотел забрать её к себе, закрыть дверь и не выпускать неделю. Но он сдержался.

Он отстранился, оставляя между ними несколько сантиметров.

— Поднимайся. Уже поздно.

Настя смотрела на него немного растерянно, её губы были припухшими, дыхание сбивчивым.

— Ты не поднимаешься?