Элли Дрим – Принцесса для сводного. Ты разбудила моих демонов (страница 6)
Только бы он не пошел дальше…
– Значит, предлагаешь мне не лезть в жизнь отца? – спрашивает вкрадчивым голосом.
Я цепенею, не в силах понять, к чему он ведет, голову кружит.
– Они уже поженились, ты бы всё равно ничего не сделал.
– Не будь так уверена, кудряшка, – продолжая ерошить мои волосы, ерзает подо мной, вызывая странное тягучее томление внизу живота.
Это страх – это должен быть страх, ведь я не могу реагировать на близость Клима.
– Ты же не причинишь моей маме вреда?
– А что? Так боишься за мамочку? А за себя? – хрипит мне уже в рот, внезапно вонзаясь зубами мне в нижнюю губу, и тянет ее на себя. Этот щипок длится секунду, но по мне прокатывается огненная волна, окуная меня в постыдный жар.
– Что ты… – всхлипываю, безвольно дрожа, не зная, что мне делать.
В своих мыслях я давно его оттолкнула и сбежала, но по факту позволяю управлять собой, как марионеткой.
– За кого ты боишься больше? За себя или за свою драгоценную мамочку? – спрашивает, и я, не зная почему, смотрю на его влажные губы.
Мысли сплетаются и путаются, как моток ниток, который невозможно привести в порядок. Но я должна прийти в себя – ведь Клим ждет четкого ответа.
– Зачем ты спрашиваешь?
– Всё просто, кудряшка. Либо я причиняю вред ей, либо тебе. Выбирай.
Глава 8
Майя
Глаза привыкли к темноте, и, так как мы близко, я могу разглядеть его лицо. Кожа у него гладкая, глаза горят огнем.
Я понимаю, за что он нас ненавидит, точнее, могу понять.
Он был единственным сыном, наверняка мечтал, что его родители сойдутся, а тут как снег на голову новая жена, да еще и я в придачу. Мы пришли и заняли слишком много места в жизни его отца. Но мы не заняли его место!
Уверена, дядя Кирилл любит Клима. Он же гордился им. Он рассказывал о нем как о гении!
И вот теперь этот злой гений вернулся и хочет испортить нам жизнь.
Хочет сделать так, чтобы моя мама и его отец расстались.
Вот только… Я знаю, что этого не будет! Уверена!
Потому что слышала, как его отец говорит с мамой, каждое слово. Он очень нежен, деликатен. Он так признавался ей в своих чувствах!
Кирилл и со мной говорил тоже! До сих пор помню то, что он мне сказал.
Да! Он говорил это мне перед их свадьбой.
Не думаю, что что-то заставит его поменять мнение. Не думаю, что какая-то подлая выходка его сына способна им навредить.
И все-таки… Пусть лучше это буду я.
Пусть пытается причинить боль мне.
Не маме!
Я смогу вынести это. Я должна.
Это с виду я мягкий цветочек, нежная кудряшка. Но у меня тоже есть стержень внутри.
Меня не так просто сломать.
Пусть попробует.
Чувствую его дыхание. Аромат. Он вкусно пахнет, терпкий одеколон и мускусный запах тела, у меня голову ведет, и почему-то хочется приникнуть ближе и подышать им.
Это ужасно, наверное?
Он ужасный.
Я думала, что он будет если не дружелюбным, то хотя бы нейтральным ко мне, к нам, но эта агрессия. За что? Я ведь не претендую на его место? На его отца, на их дом, на наследство. Бред думать так.
Так почему же он…
– Чего замолчала, кудрявая? – хриплый голос Дементора врывается в мои мысли. – Всё в порядке? Или ты от страха потеряла дар речи? Только не описайся, это будет кринж. Хотя, если это будет сквирт, я не против.
Словно “кринж” я знаю, а “сквирт” – нет, но уверена, это что-то нехорошее и стыдное.
Всё равно не дам ему довести меня, буду держаться.
– Почему ты считаешь, что я тебя боюсь?
Говорю, а сама продолжаю подрагивать, сердце работает с перебоями, и шум какой-то в ушах.
Должна ли я на самом деле его бояться? Ну не изнасилует же он меня тут, в гараже?
А то, что он делает сейчас… Я в его руках. Его губы касались моих губ. Его руки… На самом деле, если бы он хотел меня унизить, давно бы сделал это.
Кажется, он пока проверяет мои границы.
Почему-то мои способности к психоанализу рядом с ним меркнут, стираются.
– Ты меня боишься, потому что должна бояться. Потому что ты сейчас в моей власти.
– Нет, – отвечаю спокойно, – это не так. Ты ничего плохого мне не сделаешь.
– Проверим?
Ох, кажется, я зря дергала этого тигра за усы, он резко сбрасывает меня с себя, переворачивая и укладывая на диван. Я дезориентирована, ничего теперь не вижу, только чувствую.
Чувствую, как его руки ползут под мою юбку.
Боже…
– Нет… Не делай этого, пожалуйста.
– А ты помешай мне. Или убеди меня, почему я не должен этого делать.
– Ты… не хочешь меня трогать… – шепчу, с ужасом понимая, что его руки ползут выше.
– Почему это я не хочу?
– Потому. Я ведь дочь твоей мачехи, так? Зачем тебе лапать дочь этой ужасной женщины?
Слышу его тихий гортанный смех.
– Дурочка, да мне насрать, чья ты дочь, если я захочу тебе вдуть, мне реально будет по фаренгейту.
– Не надо, ну пожалуйста…
Его пальцы уже в опасной близости к самому сокровенному. А меня снова трясет от страха.
– Пожалуйста… Ты же не насильник, не мерзавец, ну не надо.