Ellen Fallen – Психея (страница 38)

— Ну, потрудись. Меня достали уже тайны. — Джаред сосредоточенно следит за нами, не вмешиваясь, и мне кажется, у него очень странное выражение лица, он вроде трусит.

— Когда в следующий раз будешь придумывать байки, не забывай про болезненную правду, она выколет глаза, заставит умыться кровью. Эффект бумеранга, завтра с тобой сделают тоже самое. Кстати, вот еще что, потрудись выбирать качественный товар, этот никуда не годится. — Он подбрасывает что-то в руке, затем швыряет серебристые штуки в грудь Джареда, я пытаюсь разглядеть, что именно он кинул, кажется, это крепление? — Держись и не дёргайся, куртку я забрал в свой рюкзак, тебе она не понадобится, как и теплые штаны. — Мужчина подходит ко мне так близко, закрывая все и всех собой, я оступаюсь и инстинктивно хватаюсь за веревку. — В этот раз все пройдет как по маслу, расслабься.

Спускает меня со скалы на импровизированном сидении, которое медленно скатывается по ролику вниз. С высоты птичьего полета для меня открывается потрясающий вид на зеленую долину. Туман жадно проглотил весь снег, который выпал в тот день, и теперь невозможно было понять, где именно ты находишься. Природа ожила, птицы сидели на острых камнях скал, если посмотреть на высоте, обязательно заметишь горного козла или того, кто пришел на него поохотиться. Смотрю вниз по мере того, как ролик спускается, и теперь понимаю, почему Грант кричал мне отойти от края. Обманка в виде дороги, обрывающейся с обеих сторон и уходящей как под землю. Два выступа и больше ничего нет, если бы это делали люди, можно было бы подумать, что вокруг скалы окопан гигантский ров, напичканный ни чем иным, как острыми камнями и рекой, неизвестно куда унесшей бы трупы.

Теплый ветер едва дует, хочется раздеться еще больше, но под термобельем у меня только нижнее белье не первой свежести. И мне очень хотелось бы погрузиться в ванну или горячий душ, чтобы смыть с себя всю грязь, пот, страх и чем еще я пропиталась во время восхождения. Ах, да. Еще ненависть Гранта, от нее очень хотелось бы избавиться…

Мои ноги касаются поверхности, веревка замирает, голова Гранта, торчащая на вершине и следившая за моим спуском, все это время исчезает, я разжимаю крепление на поясе, дергаю веревку, но она отрывается и летит мне прямо в лицо.

— Да ты шутник, Меллон! — говорю я и прижимаю к слезящемуся от удара глазу пальцы.

Тишину разрезает свист скатывающегося тела по веревке, мне даже не надо смотреть вверх, и так понятно, что стоит его вспомнить, он появится. Дерьмо! Сдираю с подушечек пальцем лейкопластырь, сворачиваю его в трубочку и пытаюсь сообразить, куда выкинуть, они мне жутко мешают снять крепление на поясе. Пока я мечусь, как загнанный в угол зверек, Меллон появляется передо мной с недовольным лицом.

— Растеряла все силы, бедняжка? — с ехидством спрашивает мужчина и дергает крепления так, что мое тело от неожиданности впечатывается в его, отталкиваюсь от него руками. — Так противно?

— Ты не можешь быть большим идиотом, каким стал с прошлой ночи. Я сама справлюсь, — цежу через сжатые зубы и дергаю пояс, пытаясь освободиться, пока он, скрестив руки на груди, стоит впритык ко мне и насмехается.

— Надо было не растрачивать силы на тупые интрижки, и все было бы тебе по силам. — Я отворачиваюсь от него, крепление зажимает мне кожу на пальцах, и снова эта дурная привычка Меллона класть мне руку на плечо. Без особых усилий делаю захват и перекидываю его на твердую поверхность, стон вырывается сильней, чем прошлый раз, и я с довольной улыбкой смотрю на поверженного. — Тебе это даром не пройдет. — Я хмыкаю от его слов.

Да и черт с ним с этим поясом, пусть он натирает между ног, но я потом как-нибудь справлюсь с этой проблемой, гораздо приятнее ощутить себя победителем и оставить его, униженного и растоптанного, прямо на глазах у соперника. Я весьма довольна собой, широким шагом иду по склону вниз, не обращая внимание на Джареда, ошарашенного сценой, разыгравшейся между нами.

— Моя бывшая — сука, — нагло ухмыляется Джаред и спотыкается почти сразу, как только произносит эти слова, с грохотом падает рядом с Грантом и скулит от боли.

— Следи за языком, — снова эта угроза в голосе, не узнаю дипломатичного и в некотором роде скучного Гранта. Они будто поменялись телами, теперь на одного придурка в нашей компании стало больше. — Андреа, — грохочет он за моей спиной, я стягиваю мешающие волосы на затылке, сворачивая их в пучок, — если ты сорвёшься, я добью тебя, обещаю.

— Ты слишком часто мне угрожаешь за этот день. Мне становятся понятны опасения на твой счет. Хочешь подтвердить слова Джареда, сделай это. — Я становлюсь на краю дороги, прямо там, где за моей спиной пропасть.

Меллон поднимается на ноги, обтряхивает одежду и, прищурив глаза, надвигается на меня. Ожидание, выдержка и раздражение, он готов выпотрошить меня. Я вижу его походку, заглядываю в его глаза и снова слышу голоса. Девушка кричит и рыдает, мужчина орет на нее, но потом его голос срывается, и я чувствую эту боль, пронзившую людей из моей галлюцинации. Он боится ее потерять, пытается защитить. Дыхание становится тяжелее и глубже, жадно хватаюсь за протянутую руку, едва не оказавшись за чертой. Меллон притягивает меня к себе, крепко прижимая к своей груди, глухие удары его сердца отвлекают от галлюцинации.

— Я в порядке, — хрипло говорю я, толкая его в грудь. — Хватит меня спасать.

Честное слово, я ненавижу его громкий глубокий и безумно сексуальный смех. Грант задирает голову и ржет, затем, схватив меня за ткань кофты, тащит в сторону дороги.

— Определись, я тебя убивать собрался или спасать. — Мимо нас проходит Джаред и подмигивает заговорщически мне, я кривлюсь, не понимая, что он имеет в виду. Что за издевка такая? Но сильная рука дергает меня за кофту, привлекая все внимание к себе. — Я ему глаза выколю при первой же возможности, — тихо говорит он. Затем смотрит на меня. — А ты на дорогу смотри, тоже мне сердцеедка.

Глава 27

Я пряталась от Гранта с того момента, как мы вернулись в отель, было очень сложно снять номер до вечера, вернее три номера. Конечно, можно было все упростить и поселиться всем в номере с двумя кроватями и диваном. Всем необходим был отдых, несколько часов сна, душ и прочие человеческие радости жизни. Но когда наступил момент икс, все встали в позу. Джаред в шоке от напористого и излишне агрессивного Гранта наотрез отказался приближаться к нему. Я избегала этих двух из соображения того, что они постоянно выстраивают свой диалог, вмешивая меня. А Гранту было без разницы, он с одинаковой радостью готов был поселиться со мной, закрыть нас в комнате, пока в соседней будет находиться Джаред. Но суть была в том, что я, как ручная собачка, у него на виду. Ну, вдруг мне приспичит согрешить? Черт бы их побрал обоих, дорога и так была сложной, а закончить ее на такой ноте — вообще катастрофа.

В аэропорту Ванкувера было просторно, я сидела с билетами в руках и смотрела изредка на табло. Уже скоро объявят посадку, мне очень хотелось бы исчезнуть, оставить все в прошлом и вернуться домой в одиночестве. Соперничества между этими двумя я просто не выдержу. Хотя конечно я не восприняла слова Гранта в очередной раз. Ну, по мне, как минимум, странно, что человек, который в первую поездку делал вид, что тебя нет, потом эти ужимки, поцелуи и никаких конкретных действий. Затем он решил, что готов продолжить ваши отношения, но с условием, что будет контролировать, и вы покорно пойдете на веревочке за ним и ляжете к ноге по приказу. Да конечно.

У меня все еще свеж в воспоминаниях эпизод с прекрасным ужином, когда эти двое не нашли больше свободных столиков и уселись за мой, нарушив в моем организме пищеварительный процесс. Я не ожидала моря улыбок и лести, скорей, классного мордобоя, где смогу удобно устроить свои ноги на столе и хрустеть попкорном. Но не тут-то было. Все началось с простых реплик, вроде как: «Энди, в твоей сумке была моя пижама, я положил ее еще в номере Вегаса. После той ночи, когда мы…» Вот эта образная «каша», смешённая доброй порцией консервантов и жирного масла, вызывала не только гастрит, но и вонь, от которой стоило бы избавиться Джареду, но он хотел войны и, к моему счастью, получил. Прозвучала фраза о том, что я могу воспользоваться его услугами, на случай, если Грант не осилит. Хотя могла бы и воспользоваться возможностью разделить двух жеребцов сразу. Конечно, я ведь железная и мои силы неиссякаемы, у меня хватит сил еще и двоих их обслужить. Естественно я это озвучила, но никто не оценил моего сарказма, и конечно восприняли как приглашение. Когда с моих губ сорвалось подобное, Грант едва не задушил Джареда, перекинувшись через обеденный стол. Потом словесно несколько раз пообещал убить меня, и сказал, что я не уеду отсюда. Ну, окей, я его, вроде как, и не приглашала лететь со мной. После всех этих диких выходок у меня нет желания связываться со свихнувшимся.

Что с ним произошло и откуда в нем столько ненависти, понять не могу. Тереблю в пальцах билет и снова проверяю время, надеясь успеть и встать одной из первых.

— У тебя какое место? — Рядом появляются коричневые потертые ботинки, я поднимаю глаза и качаю головой. — Да ладно тебе. Я хотел пошутить.