Элла Яковец – Неженка и некромант. Ненужная невеста (страница 26)

Если честно, мне так хотелось побыстрее разделаться со всей этой историей, что всякие промедления вызывали досаду. Даже если они такие приятные, типа попить горячего шоколада.

– А к шоколаду у меня есть замечательные свежие булочки! – звонко сказала аптекарша.

При упоминании булочек, в моей памяти немедленно всплыло то ужасное заведение, в которое мы с Адель попали после заката. Я даже от прилавка отпрыгнула.

– Спасибо, конечно, но у нас совершенно нет времени, – вежливо сказала я удивленной моей реакцией аптекарше.

К счастью, Адель меня отлично поняла. Она тоже при упоминании булочек поменялась в лице.

– У нас правда очень-очень много дел! – затараторила она. – Так что не могли бы вы просто дать нам все по этому списку, а шоколад… – тяжелый вздох, – в этот раз придется пропустить.

Мы выскочили наружу из аптеки, нагруженные неожиданно тяжелым бумажным пакетом. Нести его было жутко неудобно, я все время боялась, что споткнусь и рассыплю все мои покупки по брусчатке.

– А может быть, остальное мы найдем в лаборатории в академии? – жалобно сказала я.

– А если там чего-то одного не окажется? – всплеснула руками Адель. – Нет, так рисковать нам нельзя. Мне советовали один хороший магазин, где адепты старших курсов закупаются для самостоятельной работы, идем!

Тащиться, конечно же, пришлось кварталов пять. Этот нужный нам магазин оказался в одном из тенистых переулков, вливающихся в центральную улицу. Там вдоль домов росли в ряд толстенные деревья с белым стволом и резными, похожими на кленовые, листьями. Про эти деревья рассказывали самые разные истории, от умилительных до ужасных, но все сходились в одном – это не были ни клены, ни платаны. Весной эти деревья покрывались светящимися цветами, а осенью – колючими плодами, которые когда лопались, то рассыпали вокруг снопы разноцветных искр. Наверное, ночью это должно выглядеть головокружительно-красиво. Но мне больше что-то не хотелось оказываться в Каспер-Сити ночью.

– Мы пришли! – радостно заявила Адель и рванула к стеклянным фигурным дверям, над которыми висела яркая вывеска “Прикладная алхимия”.

Мы влетели в прохладное сумрачное помещение и остановились на пороге, чтобы дать глазам привыкнуть.

– Смотрите, кто это у нас тут пришел! – раздался откуда-то сбоку насмешливый голос, который мне не очень хотелось сейчас слышать.

Глава 39

– Привет, Миранда! – храбро выступила вперед Адель, пока мои глаза еще привыкали к полумраку “Прикладной алхимии”. Я вдруг с удивлением поняла, что это место больше было похоже на что-то вроде кафе, а не на магазин. Прилавок здесь был, конечно. И даже витрина со стеклянным шкафом, полным склянок и коробочек. Но все остальное пространство занимали столики. За которыми оказалось как-то неожиданно много людей. В основном это были старшекурсники, у которых уже не было жесткого расписания занятий, и которые очень много времени занимались самостоятельно. Где угодно и когда угодно.

И вот сейчас, к моей большой неудачи, компашка старшекурсниц засела именно в “Прикладной алхимии”.

– Что тебе здесь нужно, Неженка? – Миранда встала и преградила мне дорогу. – Здесь ничего нет для младших курсов!

– Там на входе не написано, что только для старшекурсников! – тут же огрызнулась Адель. – И вообще, не твое дело!

– А я не с тобой разговариваю! – прищурилась Миранда, бросила злой взгляд на Адель и снова принялась прожигать взглядом дырку во мне. На мое счастье, в переносном смысле.

Мне жутко захотелось сбежать. Миранда была меня выше на полголовы, красивая, эффектная, яростная. И еще мне неожиданно стало стыдно. Ведь во всей этой ситуации она больше других пострадала! Они с Айвеном были самой яркой и популярной парой, а тут вдруг – бам! – внезапные новости. У ее парня есть какая-то там настоящая невеста, а ты, девочка, отойди-подвинься… Ужас.

Ну, то есть, мне не хотелось немедленно броситься обнимать Миранду и гладить ее по голове и просить прощения. Она точно этого не поймет и не оценит.

И еще она полила меня таким презрительным взглядом, что желание ее жалеть само по себе сошло на нет.

– Мы просто купим кое-что и уйдем, – тихо, но упрямо сказала я. Вцепившись для смелости в руку Адель.

– Ха-ха, и кто тебе позволит?! – скривила еще более презрительное лицо Миранда.

– Это что ли твой магазин? – воскликнула Адель и тоже сжала мою руку.

Подруги Миранды за столиком захихикали.

– Неженка, ты же некромант! – сказала одна. – А покажи что-нибудь некроматическое?

– Пусть дохлого таракана оживит!

– Но-но, здесь же нет тараканов!

– Так пусть идет и найдет таракана!

– А потом вернется и оживит, ха-ха-ха!

Миранда стояла перед нами. Девчонки за столом смеялись и отпускали свои злые шуточки. А дама за прилавком делала вид, что ничего особенного не происходит.

– Мы можем уйти, если хочешь, – прошептала мне на ухо Адель.

Но я вдруг разозлилась. Неженка… Ну да, я еще очень многое не умею. Но ведь за этим я и поступила в Академию, чтобы научиться!

Некромант?

Я этот дар не выбирала, он достался мне, потому что…

Просто потому что. И я никак не могу это изменить.

Их смех жалил и обижал. Но больше всего мне было странно другое. Они так легко шутят над тем, что я некромант, а им не приходило в голову, что…

И тут я почувствовала, что вокруг стало холоднее. И как будто темнее, но так, словно воздух стал черным, а вокруг предметов появилась мертвенно-бледная подсветка. Как в свете луны. Я удивленно посмотрела на свои ладони. Они как будто светились изнутри холодным и тяжелым светом.

С лица Миранды сползла издевательская улыбка.

И презрительное выражение стало испуганным. Она отступила на шаг назад и сделала такой жест, будто пытается защититься руками.

Но я же не собиралась никого атаковать! Почему тогда…

Ту я перевела взгляд на стеклянную витрину, точнее – на свое в ней отражение. Это было… ну да, страшновато. Мой силуэт светился дымными лучиками. Но самым жутким зрелищем были глаза – они стали похожи на темные провалы того черепа, который я увидела в сфере силы на посвящении.

Хохот за столиком тоже моментально утих. И почему-то больше никто не шутил про некромантию.

– Мы просто купим кое-что и уйдем, – снова тихо повторила я. Шагнула к прилавку и положила перед продавщицей список необходимых ингредиентов.

– Ничего себе… – зашептала Адель мне на ухо, когда невозмутимая женщина за прилавком принялась собирать мой заказ. – Это кто-то из этих дур решил в тебя швырнуть какое-то маленькое заклинание!

– Не понимаю… – нахмурилась я. Снова посмотрела на свои руки. Жутковатое сияние начало меркнуть. И реальность вокруг стала возвращаться к привычным цветам. – Я ничего не почувствовала…

– Это была манифестация силы! – снова зашептала Адель. – Помнишь, нам рассказывали? Что когда потенциал могущества большой, то после инициации он защищает от мелких атак, просто поглощая их. Но я ни разу до этого не видела…

– Да, точно, – я тоже вспомнила, что слышала уже что-то в этом роде. Просто у меня никогда не возникало мысли примерять эти рассуждения к себе.

Тут продавщица выставила на прилавок второй пакет. Такой же, как и первый – тяжелый и неудобный.

– Хотите молочный коктейль, девочки? – спросила она равнодушным тоном.

– Нет, спасибо, – я покачала головой и посмотрела на Адель.

Та понимающе подхватила пакет с прилавка, и мы с облегчением выскочили наружу.

Мы остановились передохнуть в маленьком скверике со скамейкой в тени цветущего куста. Поставили свои пакеты, плюхнулись рядом.

– Почти все собрали, – радостно сказала Адель.

– Почти, – кивнула я. – Осталось найти только твердый иссен…

– Иссен, вы сказали? – раздался из-за куста незнакомый голос.

Глава 40

– Прошу прощения за бесцеремонность, девочки! – из-за кустов показался весьма благообразный невысокий дядечка. Он правда был совсем невысоким, может самую малость выше меня. Одет он был как аристократ, правда костюм был, мягко говоря, не новый. Чистый, но как будто многократно зашитый-залатанный. На голове – старомодная круглая шляпа-котелок. Я такие видела только на старых портретах, на которых бабушки-дедушки изображены. В молодости. И лицо такое жалобное-жалобное, как у грустного клоуна в цирке. Когда я была маленькой, к нам в провинцию цирк приезжал каждую весну, и я очень его любила. Так было радостно каждый раз, когда я видела, что на большой поляне почти за забором нашего поместья раскладывают огромный красно-белый купол. Я готова была часами сидеть на заборе и смотреть, как циркачи просто живут между представлениями. Ходят друг к другу в гости в разные вагончики, вместе обедают за большим столом, сколоченным из потемневних досок, просто разговаривают.

И вот там был такой грустный клоун, который каждый раз здоровался, когда меня видел на заборе. И у него тоже была шляпа, только другая.

А потом случилось что-то плохое, и с тех пор цирк не приезжал.

Почему мне это вспомнилось, когда из-за кустов выбрался этот дядечка?

Может это и есть тот белый клоун? Я ведь никогда не видела его без грима…

– Прошу прощения, – еще раз повторил он. – Клянусь, я совершенно случайно услышал ваш разговор. И совершенно случайно у меня есть то, что вам нужно.

– Твердый иссен? – уточнила Адель.