Элла Нестерова – Печать тишины (страница 4)

В голове уже складывались слова для разговора с сестрой: она расскажет ей все. И про утреннюю прогулку, и про неожиданную встречу, и даже про то, как на короткое время смогла услышать мир вокруг. Возможно сестра не сразу поверит, но Анна покажет ей Киру – и тогда всё встанет на свои места.

Она ускорила шаг. Впереди ждал дом, семья и тот самый цветочный магазин, где её руки знали каждый лепесток, а сердце – каждый оттенок цвета. А теперь к этому добавилось ещё и воспоминание о звуках – хрупкое, драгоценное, но такое настоящее.

Глава 3. Тень прошлого: в поисках ответов

Кира закрыла за собой дверь съёмной квартиры и на мгновение замерла, прислушиваясь к тишине. После оживлённых улиц и тёплой беседы с Анной пространство вокруг показалось особенно тихим – немного пустым.

Квартира была не большой: всего одна комната, совмещённая с кухней и крошечная прихожая. Но несмотря на скромные размеры, здесь уже чувствовалась попытка создать уют. Стены, выкрашенные в мягкий светло‑серый цвет, визуально расширяли пространство, а на полу лежал пушистый коврик кремового оттенка – Кира купила его вчера, чтобы добавить тепла.

В центре комнаты стоял раскладной диван с пледом в клетку и парой больших подушек. Рядом – низкий деревянный журнальный столик, на котором красовалась чашка с остатками утреннего кофе и пара закладок из книжного магазина.

У окна разместился компактный рабочий стол с ноутбуком, графическим планшетом и несколькими стикерами с напоминаниями – «Ответить клиенту», «Проверить почту», «Купить лампочки». Над ним – полка с книгами по дизайну, альбомами с иллюстрациями и парой любимых романов в потрепанных обложках.

По углам вдоль стен ещё стояли не разобранные коробки – их было не много. На одной из коробок лежал раскрытый чемодан, из которого торчали сложенные футболки и свитер.

Кухня была крошечной, но функциональной: белые шкафчики, компактная плита, мини-холодильник и узкая столешница. На ней уже стояла кофеварка и пара банок с чаем, а над раковиной весели яркие полотенца с тропическим принтом – маленький штрих, который сразу делал пространство живее.

Кира сбросила ботинки, прошла вглубь комнаты и села на диван, отвернувшись на подушки. Она достала телефон, нашла в контактах новый номер – «Анна» – и улыбнулась. В груди разливалось странное, но приятное чувство: будто этот город, который она выбрала не случайно, вдруг стал чуть более родным.

Она окинула взглядом не разобранные коробки, потом – окно, за которым светило зимнее солнце. Лучи пробивались сквозь лёгкие шторы, рисуя на полу тёплые золотистые полосы.

Взгляд Киры невольно скользнул к небольшой фотографии в скромной деревянной рамке – она стояла на краю стола, чуть в стороне от ноутбука. На снимке были двое: молодая женщина с улыбкой, похожей на улыбку Киры, и мужчина с добрыми глазами. Её родители.

Кира было всего семь лет, когда они пропали без вести. Исчезли в один день – уехали куда-то по делам и не вернулись. Никаких следов, никаких объяснений. С тех пор она жила с бабушкой, мечтая когда-нибудь узнать правду.

Город, в котором когда-то жили её родители, хранил их воспоминания: здесь они познакомились, здесь провели первые годы брака, здесь родилась Кира . Она долго откладывала этот переезд – боялась, что ничего не найдёт, что все останется так же туманно и болезненно. Но в какой-то момент поняла: если не попробовать сейчас, она никогда не сможет отпустить прошлое.

– Может быть, – прошептала Кира, снова глядя на фото, – здесь я наконец найду ответы. Или хотя бы пойму, с чего начать.

Она глубоко вздохнула, встала и подошла к окну. Стекло слегка заиграло от утренней прохлады. Кира провела пальцем по нему, рисуя маленький круг, а затем улыбнулась. Где-то в этом городе шла домой Анна – девушка, которая всего за один день успела сделать его чуть менее чужим. Мысли её снова и снова возвращались к Анне. Кира нахмурилась, пытаясь осмыслить то, что произошло сегодня утром.

«Она сказала, что глуха от рождения… Но рядом со мной слышала всё, мой голос, свой голос, звуки улицы, музыку из кофейни. А как только я отошла – снова потеряла слух».

Кира села прямее, обхватив колени руками и начала рассуждать вслух:

– Это не может быть совпаде6ием. И не похоже на временное улучшение слуха – она чётко сказала, что слышит только рядом со мной. Что это? Какое-то странное психологическое явление? Или… что-то ещё?

Она встала, прошлась по комнате, задумчиво постукивая пальцем по подбородку.

– Допустим, это связанно с каким-то эмоциональным состоянием. Но она не нервничала, когда мы говорили – наоборот, расслабилась. И это началось сразу , как только я не напугала… Может, стресс запустил какой-то механизм? Но почему тогда слух пропадает, когда я ухожу?

Она подошла к окну и оперлась на подоконник. В голове роились вопросы.

– А если это какая-то форма синестезии? Или что-то на уровне энергетики? Звучит безумно, но… она действительно слышала. Я видела это по её глазам – по тому как она вздрогнула когда я её напугала, как прислушивалась к музыке, как улыбалась, когда услышала звон чашек. Это было настоящее восприятие звука.

Кира отошла от окна и села за рабочий стол, машинально включила ноутбук.

– Может, стоит поискать что-то подробное в интернете? Хотя вряд-ли я 6айду научные статьи про «человека, который вдруг становилось не глухим, рядом с другим человеком».

Кира усмехнулась, но тут же стала серьёзной.

– Но это же чудо, в конце концов. Настоящее, живое чудо. И оно случилось со мной. С нами.

Она открыла блокнот и быстро набросала несколько тезисов:

1. Анна глуха от рождения

2. Рядом со мной слышит всё чётко.

3. Как только я отхожу – слух пропадает.

4. Эффект возник внезапно, возможно после испуга.

5. Анна не контролирует процесс сознательно.

– Интересно, – прошептала Кира, – а если попробуем провести эксперимент? Постоять на разном расстоянии? Или проверить работает ли это с другими глухими людьми? Но… не хочу её пугать или давить. Ей и так, наверно, непросто.

Взгляд Киры снова упал на телефон с контактом «Анна». В груди шевельнулось тёплое чувство.

– В любом случае, – сказала она себе, – это не просто странная аномалия. Это шанс. Для неё – услышать мир. Для меня… может, это знак, что я здесь не просто так?

Кира потянулась, включила кофеварку и решила: сегодня она напишет Анне. Сначала – просто узнать, как у неё дела. А потом… потом они разберутся с этой загадкой вместе. Шаг за шагом, осторожно, бережно.

Возможно, всё не случайно. И, может быть, разгадка этой тайны – лишь начало чего-то большего.

Она решила себе кофе, села в окна и сделала глоток. Аромат свежемолотых зёрен наполнил комнату, а тёплые лучи солнца коснулись лица. Но мысли уже неслись дальше, выстраивая неожиданные связи.

«А что если… – Кира замерла, чувствуя, как внутри всё сжалось от внезапной догадки. – Что, если то, что произошло сегодня, как-то связанно с исчезновением моих родителей?»

Она поставила чашку на подоконник и нахмурилась, пытаясь упорядочить вихрь мыслей.

– Мои родители жили здесь. Они пропали, когда мне было семь лет. И вот я возвращаюсь – и почти сразу встречаю Анну. Девушку, которая слышит только рядом со мной. Это слишком странное совпадение. Или совсем не совпадение?

Кира встала и начала ходить по комнате, заложив руки за спину.

– Может, у них тоже было что-то подобное? Может, мама или папа обладали какой-то… способностью? Или знали о чём-то, чего не знают другие? Что, если их исчезновение как-то связанно с этим? С чем-то, что выходит за рамки обычного мира?

Она остановилась у фотографии на столе – родители улыбались ей с снимка, словно подбадривая.

– Они ведь не просто так выбрали этот город. Что их сюда привело? Что они здесь искали? И что нашли – или не нашли?

Глава 4. Вместе мы разберёмся

Анна тихо открыла деревянную калитку и вошла во двор. Тропинка, очищенная от снега, вела к небольшому крыльцу их уютного частного дома – с резными наличниками на окнах, украшенными инеем, и клумбами, укрытыми снежным покрывалом. Пройдя по тропинке к дому, она открыла входную дверь. Из кухни доносился аппетитный запах блинчиков отец – готовил завтрак.

Не успела она раздеться, как из гостиной выбежала старшая сестра Света. Она уже стояла в прихожей, встревоженно глядя на Анну. Она была чуть выше Анны, с той же лёгкой пружинистой походкой, но в её облике читалась уверенность человека, привыкшего брать на себя ответственность. Светлые, почти пшеничные волосы, как у отца, были собраны в небрежный хвост, несколько прядей выбились и падали на лицо. Но глаза – ярко-голубые, как весеннее небо, – достались ей от мамы. В них сейчас смешались тревога, облегчение и лёгкий упрёк.

– Аня! Где ты была? Мы так волновались – Света говорила громко и чётко, артикулируя слова, чтобы Анна могла легко прочитать по губам. В интонации звучали одновременно облегчение и упрёк. – Ты ушла утром, никого не предупредив, на сообщение не отвечала…

Анна виновато опустила глаза, отряхнула снег с рукава пуховика и ответила вслух – её речь была чёткой, хоть и немного монотонной:

– Прости. Я решила прогуляться рано утром и… задержалась.

Света обняла её прямо на пороге, уже мягче:

– Главное, что с тобой всё в порядке. Но пожалуйста, в следующий раз хотя бы напиши!