Элла Филдс – Окровавленная красота (страница 41)
Лу-Лу самостоятельно умылась, но под моим строгим контролем, а затем я помогла ей вылезти из ванны и завернула в фиолетовое полотенце. Пока она натягивала ночную рубашку, которую, должно быть, приготовил Мурри, я вытащила все игрушки из ванны и слила воду. Спустившись вниз, мы пошли на запах лазаньи на кухню, где Мурри раскладывал ее по тарелкам на островке.
Лу-Лу забралась на табурет, притянув к себе тарелку, затем посмотрела на меня. Она похлопала по табурету рядом с собой, но, глядя на спину Мурри, который что-то мыл в раковине, я проигнорировала свой голод.
Я должна вернуться домой, и не было никакого смысла налаживать нормальные отношения с семьей, которая была совсем не такой.
— Ты ешь. Мне нужно кое-что уладить.
Лу-Лу нахмурилась, надув розовые губки.
— Что уладить? Ты не голодна?
— Я поем позже. — Махнув рукой, я начала пятиться назад.
— Ты поможешь мне с одеялом сегодня вечером?
Черт.
Я не медлила с ответом, понимая, что Лу-Лу, как бы многого она ни знала, все равно отличалась проницательностью. Она бы не поняла, что мои колебания не имели к ней никакого отношения — это из-за ее отца.
— Зайдешь за мной, когда почистишь зубы.
Лу-Лу пришла ко мне в восемь часов, прервав игру в гляделки, которую я вела с лесом за окном.
Словно зловещая тень, Томас появился в дверном проеме позади нее.
Он снял пиджак и закатал рукава белой рубашки на загорелых гладких руках. Его вены вздувались при каждом движении рук.
Он прочистил горло, и я вспыхнула из-за того, что была поймана за подглядыванием. Подняв на Томаса взгляд, я наткнулась на его удивленный.
— Лу хочет пожелать спокойной ночи.
— Не-а, — сказала Лу-Лу, уперев руки в бока и возмущенно поджав губы. — Мисс Клейтон сказала, что поправит на мне одеяло.
В одну секунду Томас, казалось, облизал зубы, и вздохнул.
— Пожелай спокойной ночи, Лу, или сказку на ночь ты не получишь.
Лу-Лу выглядела так, словно вот-вот заплачет, и я, наконец, смогла отлепить язык от нёба, где он находился с тех пор, как меня поймали за разглядыванием рук Томаса.
— Все в порядке. — Я встала со своего места. — Я обещала ей.
Томас нахмурил брови.
— Тебе не обязательно выполнять каждый ее каприз. Может, я и богат, но она способна время от времени поступать не так, как ей хочется.
От его сухих слов мне захотелось рассмеяться. Я подавила это желание, пройдя по покрытому ковром полу, и взяла Лу-Лу за руку.
— Я хочу. — Встретилась с ним взглядом. — И я не нарушаю обещаний.
Томас сузил глаза, внимательно глядя на меня, и в его взгляде я уловила нечто, что боялась признавать, затем он кивнул. Я коснулась его руки, когда он не сдвинулся с дверного проема, загораживая нам проход, и почувствовала его горячий взгляд на своей спине, пока мы не вошли в комнату Лу-Лу в другом конце коридора.
Она находилась через две двери от комнаты, которая, как я догадалась, принадлежала Томасу, и была со вкусом оформлена в розовых и пурпурных тонах. Стены были в бело-розовую полоску, ковер — в желтый подсолнух, а художественные работы наклеены на каждую поверхность, как будто ни у кого не хватило духу выбросить что-либо, созданное Лу-Лу за эти годы.
Большое место занимала двуспальная кровать, окруженная шелковыми фиолетовыми занавесками, которые были привязаны к белым столбикам, стоящие у стены. Я помогла ей убрать лишние подушки и собрать игрушки, которые Лу-Лу должна была взять с собой во время сна, пока она перечисляла причину для каждой.
— Мистеру Ходжу-Поджу становится одиноко, а я люблю хорошо выспаться. — Она раздраженно сморщила нос, ткнула игрушку и устроилась поудобнее под пуховым одеялом. — Мне надоело слушать его нытье.
Я фыркнула от смеха, не в силах сдерживаться, а она подняла голову и долго смотрела на меня.
— Как долго вы здесь пробудете, мисс Клейтон?
Этот вопрос одновременно освободил и загнал меня в ловушку. Потому что он напомнил мне, что я могу уйти. Очевидно, я не была заключенной, подвергавшейся пыткам или приговоренная смертью. Именно это осознание поймало меня в сети, потому что, глядя на Лу-Лу — признавая, как сильно кольнуло мое сердце при мысли о возвращении к тому, что осталось от моей жизни за стенами замка, — я поняла, что не готова к реальности.
Меняя тему, я провела руками по обложке книги, которую она выбрала, «Белоснежка», и спросила:
— Ты знаешь мое имя?
— Нет, — зевая, ответила девочка.
Я открыла книгу на первой странице, заметив надпись, и остановилась.
У меня защипало в глазах, и я провела пальцем по идеально написанным словам.
Конечно, у него красивый почерк, подумала я, прежде чем Лу-Лу оторвала меня от созерцания.
— Как тебя зовут?
Пришло время признать, насколько все изменилось. Включая мою работу. Не было особого смысла придерживаться субординации, когда я, возможно, не вернусь в Лилиглейд.
И когда часть моего сердца принадлежала крошечным ручкам Лу-Лу.
— Джемайма, — сказала я, затем прочистила горло. — Ты можешь называть меня Джем. Или Джемма. Или просто Джемайма.
Лу-Лу улыбнулась, показав отсутствующий передний зуб, который не так давно занимал свое место.
— Мне нравится Джемма.
— Тогда называй меня именно так. — Я открыла первую страницу книги. — Когда у тебя выпал зуб?
Она выглядела настолько сонной, что могла заснуть в любую секунду.
— О, после ужина, когда я съела яблоко.
Я постаралась не съежиться.
— Было больно?
Она покачала головой.
— Ни капельки. — Слегка перевернувшись, она приподняла подушку, демонстрируя крошечный золотой мешочек. — Он здесь, — прошептала она. — Готов для Зубной феи.
От образа Мурри, играющего роль Зубной феи, я улыбнулась, пока более рассудительная часть меня не прогнала эту мысль прочь, потому что я знала, кто на самом деле ей является.
Наполовину монстр. Наполовину фея.
Моя улыбка не сходила с лица, пока я читала, и Лу-Лу заснула еще до того, как наступила кульминация. Я все равно продолжила читать, находя утешение в знакомой истории. Возможно, если бы я не была готова уйти, во всяком случае, не сегодня вечером, то поискала бы себе что-нибудь интересное чтиво, чтобы можно было затеряться.
Я тихо закрыла красивую книгу в твердом переплете и вернула ее на место. Выключив лампу, подошла к двери, но не была уверена оставить ее открытой или закрыть. Поэтому решила приоткрыть.
Лу-Лу пошевелилась от тихого скрипа петель, ее сонный голос ворвался в мои уши и проник в мое сердце, когда она пробормотала:
— Ты можешь называть меня Лу. — Затем она несколько раз причмокнула губами и закрыла свои глаза. — Как папа и Мурри.
Я прошептала, пытаясь скрыть эмоции, сжимающие мое горло:
— Хорошо. Спокойной ночи, Лу.
Понаблюдав немного за тем, как она спит, я отправилась на поиски мужчины и библиотеки.
— Последнее местоположение?
— Вдоль вереницы многоквартирных домов у пристани.