Элла Долгарева – Тата теряет терпение (страница 1)

Элла Долгарева

Тата теряет терпение

Часть 1

Глава 1. Метро. Первая активация

Светильники торчали в стене станции, как вставные зубы на штифтах. Я сбежал по эскалатору вниз, вскочил в уже закрывающиеся двери полупустого вагона метро и сел на свободное место. Женщина лет пятидесяти (в наши дни сложно понять, сколько женщине лет на самом деле) присела рядом. Аккуратно расположила тряпичную сумку на своих клетчатых брюках и, наклонившись за упавшим телефоном, как бы невзначай, деликатно подключила присоску к моей лодыжке. Энергия начала утекать. Меня затошнило, но я не выдал себя. Нужно было время, чтобы К. успел среагировать. Пальцы женщины на её левой руке сладострастно подрагивали. Ей так трудно было скрыть удовольствие.

Боже… как же мне всё это надоело. Сколько ещё ждать этого К.?! Конечно, сегодня ночью в лаборатории, все присоски с меня будут сняты, и потеря энергии будет ликвидирована. Но до ночи нужно ещё дожить.

И тут я сделал то, за что К. клятвенно обещал отстранить (уволить) меня в прошлый раз. Я повернулся к женщине и, дождавшись, когда она почувствует мой взгляд и посмотрит мне прямо в глаза, спросил: «Вкусно?» Она оторвала свою энергетическую присоску настолько быстро и яростно, что произвела ювелирную депиляцию моей волосатой левой лодыжки, к которой крепилась её невидимая физическому глазу присоска. Я вздрогнул. Женщина молниеносно покинула вагон. Когда голос в динамике вагона произнёс: «Осторожно, двери закрываются», — я окончательно осознал, что мне конец. Теперь К. точно уволит меня. И, может быть, мне и было бы всё равно, но мои долги в материальном мире были настолько велики, что этот способ возвращения энергии был наиболее быстрым… и легальным. В отличие от остальных.

Я с тоской смотрел на своё отражение в стекле вагона с надписью «Не прислоняться». Небритая помятая физиономия, копна жёлтых волос, старая куртка и потёртый рюкзак — и вот ради этого убогого набора произошло невероятное космическое эволюционное соединение клеток? Жалкое зрелище… По иронии судьбы, то, что должно было уродовать меня ещё больше, в итоге делало более-менее привлекательным. Веснушки! На меня будто чихнул веснушчатый Бог. Всё моё лицо было раскрашено маленькими солнечными точками.

Я достал телефон и написал сообщение К. в мессенджер: «Операция провалена». На экране отразились две галочки. Прочитано. Ответа не последовало. Как будто К. именно этого и ждал от меня — провала.

Я уныло брёл домой, подумывая о поиске другой работы. Разглядывал афиши и объявления на стене. Одно из них привлекло моё внимание. В объявлении в скобках возле имени и телефона было указано: «Ученица Кота». Я восхитился котом, обучающим девушек парикмахерскому искусству.

Придя домой, я снял грязные ботинки, скинул куртку на пол и достал холодное пиво из холодильника. В тот момент, когда я ещё только начал откручивать крышку на бутылке, на моей куртке уже уверенно спал мой кот и храпел так, как будто куртка на полу под его толстым лохматым боком лежала всегда, задолго до того, как я появился в этой квартире. Иногда я завидовал самоуверенности моего кота.

Тренькнуло сообщение. Мама… Прислала мем с котятами. И анекдот про попугая в морозилке. Я вздохнул и отправил ей смеющийся смайлик. К. по-прежнему молчал. Прошло уже несколько часов. Я сидел в кресле, задрав ноги на стол, рассматривая большой палец, торчавший из дырки в полосатом носке. Пальцу было неловко, и он смущённо прятался.

В дверном проёме возник Марк. Он не вошёл, а словно втёк в прихожую, бесшумный и тёмный, как пятно нефти на воде. Капюшон был накинут, но я знал, что под ним сейчас нервно подрагивают острые треугольники ушей. Я никак не мог привыкнуть к тому, что все члены организации могли материализоваться в любой момент и в любом месте без предупреждений и звонков. Мой испытательный срок был продлён уже в третий раз именно по причине моей неспособности запоминать правила и следовать им. Марк наверняка слышал, как бьётся моё сердце. Он слышал, как кот перестал храпеть и напрягся, чувствуя в Марке высшего хищника.

— К. не ответит, — сказал Марк. Его голос звучал глухо, но весомо, вызывая желание либо вытянуться по струнке, либо сбежать в лес. — Он занят зачисткой того, что ты поднял в метро.

Я вздохнул, чувствуя вкус горечи пива и собственной глупости.

— Я всё испортил. Спугнул сущность, а должен был удерживать её до прибытия группы захвата.

Марк снял капюшон. В тусклом свете коридора его лицо выглядело как насмешка эволюции. Когда он чуть улыбнулся, обнажив слишком белые, слишком острые клыки, меня снова пробило холодом. Но его глаза… Чёрные глаза оставались большими, влажными и бесконечно грустными. Взгляд оленёнка на морде волка. Это сочетание заставляло мозг коротить.

— Ты ничего не испортил, в этом мире всё уже давно испорчено, причём задолго до твоего рождения, — Марк прошёл на кухню, игнорируя моего кота, который шипел ему вслед, выгнув спину дугой. — Но ты её напугал. Вампиры такого типа питаются страхом вины. Ты спросил: «Вкусно?», и она почувствовала, что ты не жертва. Ты для неё стал хищником. Это круче, чем задержание.

— Но К. сказал… — я не успел договорить.

— К. считает, что мир делится на схемы и подчиняется правилам. — Марк открыл мой холодильник, достал вторую бутылку пива и ловко снял крышку зажигалкой. — А мир делится на тех, кто ест, и тех, кого едят. Ты сегодня случайно показал зубы. Пусть они у тебя пока только в виде веснушек.

Я инстинктивно коснулся лица. Веснушки. Я всегда считал их косметическим дефектом, насмешкой природы над моей бледной физиономией. Марк подошёл ближе, и я увидел, как его зрачки расширяются, сканируя мою кожу.

— Это не просто пигментация, новичок. Это метки. Когда та тварь пыталась присосаться к твоей лодыжке, она коснулась чего-то, о чём не подозревала раньше. Твоя кровь… она немного другая. Она напитана энергией Солнца. Именно поэтому К. вообще взял тебя на работу, несмотря на твою хроническую неспособность следовать правилам и любовь к огурцам вместо настоящих боевых артефактов.

Я вспомнил свой прошлый провал, который произошёл в осознанном сновидении. По заданию К. я должен был найти паразита, законспирированного в теле животного. Всё шло хорошо, я открыл входную дверь супермаркета и сразу увидел Её. Или, вернее, Его! Сущность просвечивала сквозь физическое тело змеи. Странный способ маскировки в таком заметном и отталкивающем теле. Ну да ладно. Это неважно. Главное, что я нашёл! Определил!

У гадюки на шкуре было вытатуировано дерзким шрифтом: «Г А Д Ю К А». Да, а так бы я не догадался, конечно. Она сидела напротив входной двери магазина и притворялась больной или мёртвой. Как только увидела меня, начала атаковать. Я выхватил из пакета с продуктами большой огурец в целлофановой упаковке и начал им отбиваться от неё. На удивление, вполне успешно. Но тут по спине пробежал холодок. Опасность! Я обернулся в полголовы, держа на прицеле огурца гадюку, и к своему ужасу обнаружил двух молодых удавов, двигающихся синхронно в мою сторону с левой и правой стороны улицы. К такому жизнь меня не готовила. Выход был только один — проснуться!

Всё это промелькнуло в моей голове за секунду.

— Огурец сработал! — возмутился я, вспомнив эту битву с Гадюкой у магазина. — Это был тактический ход.

— Это был бред, — отрезал Марк, но в его оленьих глазах мелькнуло что-то похожее на озорные искорки.

— Но ведь сработало, — я продолжал упорствовать, — паразиты не любят пестициды. Тем более магические.

Он сделал глоток, вытер пену с верхней губы. Оскал исчез, сменившись привычной маской усталости.

— Собирайся.

— Куда? Я наверняка уволен. К. меня убьёт при встрече.

— Ему для этого встреча не нужна.

Я с ужасом посмотрел на Марка.

— Не боись, не убьёт, если только ты сам доживёшь до утра. Та женщина в метро была не одна. Ты её спугнул, но ты же понял, что она считала всю информацию о тебе? Они знают, где ты живёшь. Кот, конечно, хороший охранник, но против того, что сейчас поднимается по лестнице, ему понадобится помощь.

Марк кивнул в сторону прихожей. Кот действительно сидел у двери и смотрел на неё так, словно видел сквозь дерево и металл нечто огромное и скользкое.

— Мы сбегаем? — спросил я, чувствуя, как холодок ползёт по спине, точь-в-точь как тогда, в сновидении, перед атакой удавов.

— Мы идём на охоту, — поправил Марк, и его уши резко дёрнулись, улавливая звук шагов на лестничной клетке. Тяжёлых, множественных шагов.

— И на этот раз огурцы оставь дома. Возьми только соль и воду. И быстро вспоминай защитную и боевую мантры.

Я посмотрел на свой дырявый носок, на палец, который всё ещё смущённо пытался спрятаться. Потом посмотрел на Марка — на этого монстра с нежной душой оленёнка, который стоял между мной и тьмой просто потому, что ему больше некуда было идти.

— А если я опять всё испорчу?

Марк улыбнулся. На этот раз это была улыбка добермана.

— Тогда я сожру их первым. А тебя… тебя я просто оттащу обратно из любой тьмы. У меня контракт.

За дверью послышался мерзкий звук, похожий на скрежет металла по кости. Марк погасил свет. В темноте его глаза светились слабым янтарным огнём.

— Добро пожаловать в реальную смену, — прошептал он. — И постарайся не смотреть им в глаза. У тебя для этого слишком человеческий взгляд.