Элла Чудовская – Cовсем немного дождя (страница 107)
«Бернини. Впечатление» – вот такое видео выложил на Ютубе беспардонный китайский турист.
Она проснулась звездой, но знать ничего не знала об этом.
Спала долго, крепко, без снов.
Очнулась, словно вынырнула.
Кто она?
Где она?
Смотрела на пылинки, парящие в струнах лучей.
Предвкушение чего-то хорошего пробегало лёгкой щекоткой сквозь тело.
Завибрировал телефон. Панически перехватило горло, сбилось сердце. Нащупала мобильник, сунула его под подушку.
Сначала кофе.
Кофе был ароматный, крепкий. День за окном – солнечный и тихий. Такая роскошь в декабре. В таком дне обязательно надо быть.
Села на балконе под солнышком, понюхала воздух. Вкусно.
Раскрыла телефон. Ничего не стала читать. Написала маме, что всё хорошо, проблемы с Интернетом пока не позволяют переслать фотографии.
Когда вы врете маме, где-то гибнет небольшая планета. Правильная мама сумеет все исправить. Мама позвонила.
Она смотрела на сигнал вызова, собиралась с духом.
– Да, мам! Привет!
– Привет, дочь! Решила позвонить. Хорошо меня слышно?
– Да, мам.
– Нормально устроилась?
– Всё прекрасно. Игорь звонил?
– Да, он позвонил вчера вечером – сказал, что ты неизвестно где, на звонки не отвечаешь. Он возмущён, он в ярости, он в бешенстве, он беспокоится, наконец! Чтоб я тебе дозвонилась, и ты ему позвонила. Ну, или я.
– И ты мне вчера не позвонила…
– Сначала я запаниковала, конечно. Потом подумала – я знаю своего ребёнка. Взрослая, самодостаточная, зарабатывающая девочка со знанием языка, покинув номер, который делила с мужчиной, звонит маме из парка и рассказывает приятную историю о совместных планах на день.
– Я не хотела тебя беспокоить…
– Почти получилось.
– Прости.
– Обидно немножко, но я тебя понимаю. Иногда нужно время в одиночестве. Ты можешь мне не говорить, что произошло. Это не так важно. Мне важно знать, что ты цела, здорова и способна за себя постоять.
– Всегда способна и абсолютно здорова! Мамуль… я приеду, и мы правда обо всем поговорим.
– Я буду ждать. Ты в отеле?
– Сняла студию у очень приятной пожилой пары. Итальянцы. Мам, это совершенно другие люди… Я в них прям влюбилась.
– Это ты мне тоже расскажешь подробно… потом. Что собираешься делать?
– Гулять. Погода дивная.
– Ты ела?
– Меня хозяева завалили домашними сырами, хлебами… И ты не забывай – я в Италии: пицца, паста – вернусь колобком.
– Колобок ты мой худосочный, очень буду тебя ждать!
– Люблю тебя, мамуль!
Мамочка, мамулечка.
Взрослая девочка потянулась до писка. Улыбнулась. Побежала в душ.
Лоренцо опоздал почти на сорок минут и подождал её ещё минут десять.
День начинался удачно.
Они решили начать со второго завтрака. Лоренцо поинтересовался, что она предпочтёт: тихое место или место, в котором она привлечёт к себе внимание?
Интересно поставлен вопрос! Была обещана самая вкусная пицца Рима.
О да! Самая вкусная пицца Рима – на соседней улице в пиццерии его дяди.
Лоренцо, ты уверен?
Это будет чудесно, улыбнулся Лоренцо.
Она ему поверила.
Маленький семейный ресторанчик был полностью забит посетителями.
Говорили все и сразу.
Лоренцо, это тихое место?
Лоренцо засмеялся, прокричал что-то в глубину зала, официант махнул рукой в сторону огромного фикуса.
За фикусом зал продолжался столами, покрытыми скатертями, стенами, заполненными картинами.
Это зал для ужинов, сказал Лоренцо, но ради членов семьи правила нарушаются.
Ели пиццу. Руками. Говорили наперебой – о нем. Он учится на архитектора. Будет строить дома. Для людей, для жизни. Красивые дома.
Она заразилась этой жестикуляцией – шлепнула сырную нить на светлую джинсу. Соль, салфетки… Как неловко. Какая ерунда.
Счёт? Какой счёт? Мы здесь в семье. Дедушка бы не позволил – его гостья.
Неудобно.
Лоренцо стал серьёзен. Поерзал на стуле. Положил руки на стол.
Синьорина не знает? Не видела?
Что?
Он был сегодня на парах…
Так ты учишься сегодня? Сбежал?! Из-за неё? Лоренцо-о-о…
Нет, нет. У него будет просьба. Ему надо договориться о материалах для курсовой с архивистом базилики Санта-Мария-сопра-Минерва. Единственная сохранившаяся готическая христианская постройка в Риме. Шедевры Микеланджело, Филиппино Липпи, Бернини… Она же любит Бернини?
Очень!
Все знают об этом.
Кто – все?