Елизавета Ушань – Пятый квартал (страница 6)

– Что ты имеешь против моих детей, Хоссе? У самого дочь скоро поступать будет.

Неизвестно, чем бы закончился этот бессмысленный диалог из разряда «у кого больше», если бы в офис не постучала сотрудница из отдела по вопросам миграции и не обратилась к самому молодому сотруднику:

– Энрике, там майор спрашивает, когда вы трое закончите с отчетом: надо правки кое-какие внести…Кстати, ты мне должен за вчерашний лате, шоколадный.

– Да, Мария, можешь забирать отчет, мы уже достаточно изучили, – оживился после мужского потока нытья Энрике, чувствуя, как от него даже будто окна запотели в комнате, и чуть приподнялся, чтобы передать коллеге папку, – Я тебе скину на карту по номеру, ок? И с меня сегодня капучино после смены.

– Ты что, на свидание нарываешься? Лучше сначала закончи с этим делом, друг мой.

На этих не обнадёживающих словах, которые должны были звучать как подбадривание, женщина скрылась за дверями их офиса, а в комнате, тем временем, назрела новая тема для сплетен и обсуждений.

– Энрике, ты что, запал на нашу пантеру? А что, вполне неплохой себе вариант, кстати. Мария, работает в отделении уже третий год, в общем в полиции – десять лет, 37 годков, ни детей, ни мужа. Правда, ни дома, ни манер тоже, но зато какая стойкая женщина, ей Богу!

– Да-да, я с ней однажды на вызов выезжал, – подтвердил Винченсо после того, как дожевал свой сэндвич, – Она открыла огонь по подозрительному объекту, когда тот бежал в темноте после нападения на дороге и не захотел останавливаться после предупреждений. Какого же было наше удивление, когда после пяти выстрелов мы увидели перед собой бездыханное тело оленя. Зато ужин на весь отдел, пошутил тогда я!

– Да уж… – прокомментировал Хоссе, вновь обращаясь к Энрике и подвигаясь ближе на своем стуле, – зато будет, о чем поговорить дома.

– О работе? – саркастично переспросил Энрике, всплеснув руками, после чего покачал в ладонях свой наполовину остывший кофе с молоком и уверенно закончил, – Нет, никогда я не буду встречаться с коллегой – должны же у меня быть интересы и разговоры о чем-то, кроме убийств, насилий, ограблений…

– Зато она старше и опытнее тебя – есть, чему поучиться…

– Винченсо, эти шутки уже достали, неужели нельзя придумать что-то оригинальнее?

– Идет. Сегодня после работы направляемся в бар и там нас ждет много интересного. Согласны?

– Уговорил. Только у меня зарплата через неделю… – начал с неприятных новостей Хоссе, собирая вещи в рюкзак, – Возьмешь мне пару шотов в кредит? В следующий раз пирушка с меня.

– Да черт с ним, гуляем – живем один раз. А ты, Энрике, с нами?

– Честно говоря, мне еще надо над материалами по делу поработать…

– Работа не волк – в лес не убежит. Или ты сверхурочные берешь?

– Нет, это полностью моя инициатива. Двигаться по карьерной лестнице надо сейчас, пока я молод и здоров. Насчет последнего есть сомнения, и все же… Бар, так бар. Только надо сперва зайти к майору и отчитаться по делу…Подождите внизу – скоро буду.

***

Бар «Коррида» имел репутацию лучшего заведения по версии всех навигаторов среди туристов, и звание «самое злосчастное место» среди местного населения, потому что первые приходили туда исключительно весело провести время и попробовать качественных алкоголь за приемлемую цену, послушать живую музыку в исполнении испанской кавер-группы, оценить оригинальный дизайн и оживленную атмосферу бара, а последние посещали этот «гадюшник», как сами его и называли, исключительно в «деловых» целях. Собрать последние сплетни города, посмотреть футбол, прийти на тайное свидание, выяснить отношения. Все эти проделки часто заканчивались вызовом полиции, которая, к слову, и сама оказывалась за соседним столиком.

Именно поэтому компания из трех коллег по убойному отделу центральной полиции уверено заняла свои негласно забронированные места у барной стойки в половине девятого, сделав знакомый бармену заказ из трех шотов абсента для разогрева. Был добавлен комментарий следующего характера: «ни в коем случае не мешать с соком или другими напитками».

– Будем здравы, товарищи!

После такого тоста и добавить было нечего, и каждый из мужчин опустошил свою рюмку меньше, чем за минуту. Именно столько понадобилось им, чтобы алкоголь окончательно ударил в голову.

– Я клянусь, с каждым разом их абсент становится все чище и чище! Прям, как кокаин…

– Только не говори, Винченсо, с кем и где ты его пробовал, иначе нам придется тебя арестовать.

– Хоссе, друг мой, если мы начнем копаться в нижнем белье друг друга, то наговорим себе на пожизненное. Ты этого хочешь? Я – нет, поэтому давайте перейдем к футболу.

– Завтра матч с Англией, – тут же вставил Энрике, для которого футбол был нечто большим, чем просто видом спорта. Он и сам играл в школе, затем за сборную университета, да и сейчас иногда выходит на товарищеский матч с коллегами и бывшими однокурсниками, – Вы пойдете?

– У меня выходной, так что почему бы и нет. А ты, Винченсо?

– Завтра работаю. А вечером мы с Лейлой и детьми идем в парк развлечений, потому что Карло исполняется шесть лет.

– Здорово, вот она – женатая жизнь. Ни свободы, ни права голоса, ни заслуженного отдыха. Как же я рад, что в свои сорок два еще не успел так влипнуть.

– Рано радуешься, вот когда тебя это настигнет в пятьдесят, то уже не будет ни сил, ни желания на семейную жизнь. А ты, Энрике? Тебе всего тридцать один, и ты тоже собрался до конца жизни в «девках» ходить?

– Во-первых, я был женат, и у меня есть ребенок от первого брака.

– Да-да, мы все знаем эту печальную историю, по причине которой ты снимаешь квартиру с каким-то игроком в покер. Но не пора ли двигаться дальше? Вы были женаты всего два года, а свадьбу когда сыграли?

– В двадцать восемь.

– Получается, уже год, как ты живешь холостяком, в этой проклятой однушке в центре. Все ждешь, когда родители перепишут на тебя дом? – ухмыльнулся Хоссе с нотками зависти в голосе. Каждый на работе знал, что их младший сотрудник, притворяясь бедным и несчастным мальчиком с собакой и съемной квартирой, является сыном известных в Испании сомелье. Папа – американец, мама – испанка, и отучив единственного сына в престижном американском ВУЗе, они на этом посчитали, что на сегодняшний день их миссия окончена. Пока Энрике не заработает свой первый уставной капитал и не докажет, что готов к ответственности, ни о каком наследстве и речи быть не может. Зато его бывшую жену и свою внучку они щедро спонсируют каждый месяц.

– Я лишь хочу чистой и бескорыстной любви. Если ее не существует, то предпочту быть одиночкой до конца своих дней, иногда утоляя голод в бессмысленных и страстных ночах…

– Дааа…Тебе надо было поэтом становится. Чистой любви…Как этот абсент. Выпьем же за любовь!

В баре послышались синхронные чоканья шотами, но их все равно заглушала музыка диджея, тем временем в эту минуту в заведении стало на одного посетителя больше.

***

Я прошла мимо занятых столиков, которые ломились от кружек пива, виски, водки и паэльи. Если бы парочка местных официантов не порекомендовали мне это место, я бы в жизни не остановила свой выбор на сборище неотесанных футбольных сектантов. Сложно было назвать эту публику приличной, хоть я давно освободилась от шаблонов и клише, ведь после проведения терапии с разными клиентами: от боксеров до учителей музыки, начинаешь ломать все привычные стереотипы о людях разных профессий и классов, и все же мое сознание и весь жизненный опыт вторили, что ничем хорошим такие посиделки не кончатся.

– Сеньора, желаете чего-нибудь выпить? За нас счет, – прозвучало с соседнего столика от брутального накаченного мужчины в татуировках, на что я лишь улыбнулась и вежливо поблагодарила весельчака, но поспешила отказаться и пройти дальше, за барную стойку. Какая-то компания из трех мужчин распивала абсент прямо в чистом виде, но других свободных мест не было, поэтому я аккуратно присела рядом, желая остаться незамеченной, и заказала себе авторский коктейль «Дикий запад» из смеси водки, яблочного сока, колы и дольки апельсина. Что ж, этого на сегодня, пожалуй, и хватит.

– Хоссе, скажи, а ты не хотел бы подработать грумером? Моя соседка с третьего этажа уже месяц не может никого найти, а ее собака не дает нашей семье нормально выспаться утром.

– Я что, похож на любителя животных?

– Судя по твоей собачей преданности сериалу «Твин Пикс» и скорости гепарда до столовой во время обеда – вполне.

– Мне кажется, тебе нужен психотерапевт. Энрике, а ты как считаешь?

– Не знаю, я бы никогда не пошел на сеанс гипноза, магии, астрологии, карт таро, народной медицины или психотерапии – по-моему, это все одного поля ягоды. То есть шарлатаны.

Я краем уха услышала этот разговор и при любых других обстоятельствах просто бы промолчала и продолжила свой заслуженный отдых, но когда кто-то вот так говорит о моих коллегах и о моей профессии в целом, то мой природный характер, который всегда отстаивает справедливость и любит вступать в дискуссии, решил иначе:

– Извините, – обратилась я к мужчине, который тут же перевел на меня взгляд, а его друзья увлеченно принялись наблюдать за происходящим, – Я так понимаю, Вы имеете какой-то личный негативный опыт с психотерапевтами?

Он на секунду задумался и когда понял, что я подслушивала их разговор, попытался сначала принять потерянный и обескураженный вид, прикинуться этаким простофилей, но все-таки, его мужское эго, кажется, взяло вверх, и он посчитал нужным объяснить свою категоричную позицию перед дамой: