Елизавета Саввина – Двойник (страница 2)
Миша понюхал свои пальцы, от них несло протухшим мясом. Миша от запаха гнили даже сознание ненадолго потерял. Насилу доковылял комсомолец до дома. Несколько дней его нещадно лихорадило. В бреду Михаил снова и снова боролся с потусторонним гостем, а однажды привиделось, что гигант утащил его в страшную, забрызганную чёрной кровью страну с блёклым, опрокинутым, уродливым подобием солнца и кривым, тусклым, безобразным месяцем.
Выздоровев, парень сразу отправился в райцентр и отрекся от комсомола. «Вот вы говорите, что чёрта нет, а он есть, я сам видел» – сказал Миша, бросив на стол комсомольский билет. Всю свою остальную жизнь Миша верил и в бога, и в чёрта, и в ад, и в рай, и в жизнь после смерти, и в посмертное воздаяние по заслугам. Хотя вполне нашёл своё место в атеистическом советском государстве, работал, получал награды, героически воевал в Великую Отечественную, выжил в огне Сталинградской битвы, вернулся домой и работал дальше во славу Родины.
Михаил Кириллович Васильев дожил почти до 100 лет и оставил после себя многочисленное потомство.
В данном случае я склоняюсь к тому, что Михаил встретился всё же с реальным человеком, рослым, сильным, но запущенного вида и с недобрыми намерениями, например, с беглым преступником или асоциальной личностью.
Глава 3
В 1990-х годах в нашем Якутске произошла необычная история. Женщина средних лет перенесла с одного из городских кладбищ в свою квартиру гроб с телом сына. Парень умер три года назад и, конечно, всем представлялось жуткое зрелище: полуистлевший покойник в доме, запах, тлен, гниль и т.п. Журналисты наведались в квартиру, где лежал умерший юноша, написали статью в газете, снабдив фотографиями. Квартира была двухкомнатная. В одной из комнат стоял стол, на столе – очень красивый деревянный гроб, инкрустированный камнями, а в гробу лежал мёртвый сын. Вокруг гроба горело множество свечей и стояли посудины со святой водой. Умерший парень выглядел вполне пристойно: тело мумифицировалось и, хотя кожа потемнела, черты в целом сохранились. Никакого неприятного запаха не было, в доме пахло воском и церковным маслом.
Предыстория была такая. Жила в Якутске семья: муж с женой и их единственный сын Владислав. Супруги жили дружно, работали, растили сына. Сын окончил школу, поступил в вуз в Омске. Вслед за сыном родители перебрались туда же. Возможно, трещина в отношениях супругов появилась уже давно, но развелись они только тогда, когда Влад окончил вуз и стал самостоятельным. В самом начале девяностых отец, имевший немецкие корни, эмигрировал в Германию. Вскоре к отцу уехал и сын. Мать осталась в Омске одна, работала в школе, с сыном связь постоянно поддерживала. Через год после переезда в Германию Влада убили в ночном клубе. Родители решили похоронить сына на исторической родине, тело привезли в Россию и предали земле на одном из кладбищ Омска. Прошло два года. Матери Владислава всё чаще стала вспоминаться жизнь в Якутске, в её снах представал северный город, где так счастливо жили она, сын, муж. И вот однажды решение было принято и быстро воплощено в жизнь: женщина продала омскую квартиру, оформила документы на перевозку тела и вскоре уже летела в Якутск. В том же самолёте, но в грузовом отсеке, летел в город своего детства и мёртвый Влад.
В Якутске мать приобрела элитный гроб то ли из дуба, то ли из орехового дерева, и похоронила в нём сына на одном из кладбищ. Сама купила квартиру, устроилась на работу, восстановила давнишние знакомства. Так прошёл год. Однажды женщина пришла на могилу к сыну, обнаружила беспорядок на ней и заподозрила кладбищенских работников в том, что они похитили дорогой гроб и, возможно, сбыли его. Мать добилась проведения расследования, могилу раскопали в присутствии официальных лиц, гроб оказался на месте. Но женщина не успокоилась и заявила, что гроб вернули на место незадолго до проверки и что последнее пристанище Владика осквернено. Она потребовала замены гроба на аналогичный. После отказа в удовлетворении её требования, она наняла рабочих, которые за щедрое вознаграждение раскопали гроб с телом и перевезли его домой к женщине.
Эта история закончилась тем, что женщину принудительно забрали в больницу, а парня в том же гробу похоронили в той же могиле. Я помню, говорили, что мать, вернувшись из больницы, продолжала жить, работать, навещать сына на кладбище.
В связи с этим случаем вспоминается другой, произошедший в старину и в чём-то похожий на вышеописанный. Моя бабушка рассказывала мне, что в годы её детства жил у них в деревне Василий Длинный, очень зажиточный человек. Была у него единственная дочь Аннушка – девушка редкой красоты: статная, белолицая, ясноглазая. Все восхищались ею, тем более что и душой Аннушка была так же пригожа, как и лицом.
Неожиданно она тяжело заболела и очень скоро умерла. Похоронили её над рекой. Родители страшно горевали, тосковали, вспоминали Аннушку каждый день, каждый час.
На первую годовщину смерти Аннушки Василий и его жена позвали друзей и подружек дочери, раскопали могилу, вытащили тело девушки, надели на неё богатые наряды и украшения, усадили за уставленный яствами стол, пели песни и даже водили с покойницей хоровод, поддерживая с обеих сторон. Аннушка, кстати, внешне не сильно изменилась, может, из-за того, что тело при погребении было завернуто в кору. Целый день умершая девушка была с родными и близкими людьми, затем её снова похоронили. И как-то чуть полегче стало родителям, будто в гостях у них дочка побывала.
На вторую годовщину всё повторилось. Обильный стол, полный дом гостей, песни, разговоры. Мёртвая Аннушка восседала за столом. Несмотря на пустые глазницы, ссохшиеся губы и потемневшую кожу, черты облика девушки всё же сохранялись, смерть не до конца убила её красоту. Конечно, веселье по поводу «гостевания» Аннушки у родителей было вымученным, неестественным, всем было жалко мать с отцом.
На третью годовщину снова достали тело из могилы. Но на этот раз Аннушка изменилась так сильно, что страшно было на неё смотреть. Девушку очень быстро положили обратно и больше уже никогда не тревожили.
Эти два рассказанных мною события известны мне только со слов. Но, будучи студенткой университета, я как-то участвовала в археологических раскопках и видела однажды очень хорошо сохранившееся, мумифицированное тело девочки двух-трёх лет от роду. Причём захоронение относилось аж к 19 веку.
Глава 4
Был 1999 год. Со смерти нашей обожаемой бабушки прошло два года.
Родиной бабушки была древняя сунтарская земля, полная легенд, преданий и теней прошлого. Бабушка часто рассказывала необычные истории. Вот одна из них:
«Это случилось ещё в 19 веке в нашей деревне. Восемнадцатилетний Марк Булатов почувствовал себя плохо, перестал вставать с кровати и через несколько дней скоропостижно умер. Покойника обмыли, переодели в белую одежду. Три дня тело находилось дома в гробу. От него не отходили родные, горько оплакивая раннюю смерть Марка. Мать рыдала в голос, прося сына вернуться к ней или забрать её с собой.
На третий день, когда умершего собирались выносить на погост, Марк неожиданно открыл глаза и сел в гробу. Благо, родственники не стали впадать в истерику и кричать от ужаса. Они быстро перенесли парня на кровать, а гроб набили добытой на охоте дичью и быстро закопали.
Марк выздоровел к огромной радости всей деревни. Со временем женился, стал отцом троих детей, увидел внуков, а затем и правнуков. Пастушил, лечил скот от разных хворей. Отлично разбирался во всяческих лечебных травах, помогал людям при вывихах и переломах не хуже врача. Прожил Марк больше 90 лет, умер в 1960-х годах».
Тут отмечу, что случаи, подобные тому, который произошёл с Марком Булатовым, в мире случаются, и известны под научным термином «летаргия».
Или вот ещё одна история от моей бабушки:
«Есть недалеко от нашей деревни местность, называемая Чёрное озеро. И когда мимо этой местности проезжала телега, запряжённая лошадью, её останавливали двое: старик со старухой в странной древней одежде. Они просили подвезти их до определённой деревни. Как правило, старикам не отказывали, так как все пути-дороги лежали через названную ими деревню. Путники садились в телегу, за спиной возчика, и начинали вести беседу о том о сём. Рассказчиками, надо сказать, они были отменными – заслушаешься. Потом, какое-то время спустя, они замолкали, возчик с удивлением оборачивался, а там никого нет. И ведь люди знали про это и, сажая стариков в телегу, пытались не упускать их из виду, но всё равно не могли уловить момент исчезновения странных попутчиков».
Между прочим, этих призраков видел и муж моей тёти: подсадил их возле Чёрного озера, наслаждался беседой с ними (причём потом вспоминал, что старики говорили на обычном якутском языке, без старинных оборотов), и не понял, как они испарились.
Лично я думаю, что та местность была аномальной, и в ней в определённые периоды возникал визуальный феномен.
А вот ещё бабушка рассказывала:
«Очень давно Вилюй вышел из берегов и добрался до нашей деревни. Это случилось так неожиданно и быстро, что многие не успели уйти. Все дома и ближние земли моментально затопило. Кто-то так и утонул, не выбравшись из дома. И это ещё им повезло. Потому что некоторые успели выбежать из своих жилищ, но вода прибывала бурлящим стремительным потоком, и людям пришлось спасаться на ветках деревьев. Там, на деревьях, они и погибли, так как оказались в ловушке. Сила природы несокрушима, она не прощает ошибок».