Елизавета Кедровская – Путь, данный герою (СИ) (страница 92)

Из следующей главы вы узнаете о том, как путники исследовали руины столицы, а служанка признала в собирательнице историй Верховную Жрицу.

====== Часть 8. “Власть”. Глава 66 ======

О том, как путники исследовали руины столицы, а служанка признала в собирательнице историй Верховную Жрицу

Храм Трех Лун — Ли Натра Альфартэ — являлся местом, где родилась и провела первые годы своей жизни Алирэй Нактур Аквария Электра. Когда Рэйна последний раз была здесь, столица и храм были усеяны телами мертвых людей. Сейчас здесь не было даже костей, поскольку кто-то потрудился должным образом захоронить останки погибших сограждан. Храм был единственным зданием в столице Империи, Шэсчин-Натре, не разрушенным Трилунской Катастрофой. Но, несмотря на то, что участь разрушения миновала его стены, визита мародеров храм не избежал.

Малышке Рэй тяжело было находиться в этом месте, но она старалась приложить все усилия, чтобы помочь Гордиславе найти хотя бы малейшую зацепку о том, что произошло в ночь Трагедии.

Первые три дня после прибытия на развалины были посвящены обследованию самой столицы, а на четвертый день пятеро путников вошли в главный Храм погибшей Империи.

— Большой домик… — пробормотал Вэй Арэн: Храм Трех Лун по своим размерам превосходил самые большие из всех дворцов Западных Королевств.

— Электра, ты как? — Кэрэндрейк был обеспокоен душевным состоянием своей возлюбленной.

— Вроде бы… — ответила Рэйна, не сообщив, что именно «вроде бы».

— Какая великолепная архитектура! — Гордислава увлеклась осмотром храма настолько, что напрочь забыла о реальности. Еще бы: как ей, историку Четвертой Северной Башни, было не забыть о реальности, оказавшись в храме, возраст которого никто даже не может назвать! Пять тысяч, шесть тысяч, семь тысяч, а может даже, и все десять тысяч лет?

Гордислава принялась рассматривать барельеф на одной из стен храма. На нем были изображены сцены быта трилунцев. Судя по тому, какие орудия труда они использовали на этом изображении, доводы профессора Колитакского о том, что Храм Трех Лун был возведен на рубеже пятого и шестого тысячелетия до гибели этой Великой Державы, рушились, ведь было доказано, что плуг подобной конструкции появился на трилунских землях почти двенадцать тысяч лет назад, а одиннадцать тысяч лет назад был сменен другим видом.

Сколько же стоит здесь это строение? Как оно умудрилось остаться в таком превосходном состоянии, в то время как все другие здания вокруг превратились в обломки? Как можно было сделать столь аккуратные барельефы на его стенах в то время? И почему за столь долгое время существования стены Ли Натра Альфартэ пересекает всего лишь одна тонкая трещинка?..

— Вы можете пойти со мной? — нерешительно попросила Верховная Жрица.

Зелорис решительно, пусть и малозаметно, кивнул, а Кэрэндрейк и Вэй Арэн одновременно воскликнули: «Разумеется можем». Гордислава, которая, из-за рассматривания трещины, пересекающей стену древнего храма, не сразу расслышала вопрос, только спустя несколько секунд выразила свое согласие.

Местом, куда хотела отправиться собирательница историй, были ее покои. По пути туда путешественники проходили через разграбленные залы и коридоры храма, многие комнаты и покои, некогда пестрящие роскошью, ныне были опустевшими и пугали своей серостью, отчего малышка Рэй даже сомневалась: действительно ли это место из ее воспоминаний.

Двери в покои Верховной Жрицы Трилуна не желали открываться перед вернувшейся хозяйкой. А может быть, это она боялась открыть их, и поэтому ей казалось, что двери не поддавались ей, ведь стоило прикоснуться к дверям Гордиславе, как те покорно раскрылись, пропуская пятерых путников внутрь.

Алирэй Нактур Аквария Электра ожидала увидеть что угодно, но только не то, что предстало перед ее глазами.

— Но почему? — удивленно молвила Рэйна. Ее комната не пострадала от рук мародеров. Все вещи были на своих местах, покрытые толстым слоем пыли.

— Разве это не прекрасно? — поинтересовался Вэй Арэн.

— Ни один трилунец не осмелился прикасаться к вещам боготворимой ими Жрицы, — констатировал факт Кэрэндрейк.

— У, — поддержал его Зелорис.

Гордислава, разрываясь между желанием прикоснуться к вещам правительницы величайшего из когда-либо существовавших государств с целью изучить их, и между голосом разума, твердившим о том, что это вещи ее подруги, не произнесла ни слова.

— Даже не верится, что когда-то эта кровать казалась мне такой огромной… — прошептала Алирэй Нактур, проведя рукой по спинке кровати, отчего в воздух поднялось облако пыли.

— Но эта кровать действительно огромна, — заметил Вэй.

— У, — подтвердил мечник. — На нее даже Капа поместится.

— А теперь представьте, какой она должна казаться восьмилетнему ребенку, — пробормотал Дрейк, бесцеремонно укладываясь на кровать Верховной Жрицы.

— Ты что де… — хотела возмутиться Гордислава, но подобно всем остальным была вынуждена предаться кашлю от огромного облака пыли, поднявшегося в воздух в результате действий первого из Карателей.

— Мягко, — как ни в чем не бывало сообщил он.

— Мне это известно, — в голосе собирательницы историй ощущалась некоторая доля недовольства.

— Кэрри, ты б привстал.

— Оставь его, Вэй, — вздохнула Рэйна.

Девушка подошла к большому сундуку и откинула его крышку. Поскольку она заранее прикрыла себе лицо рукавом, очередное облако пыли не доставило ей неудобств. В отличие от Гордиславы. То ли ее желания изначально были сильнее, то ли после занятия Кэрэндрейком царского ложа глас разума слегка приутих, но, чуть ли не оттолкнув Верховную Жрицу в сторону, северянка бросилась к сундуку и одним рывком достала из него крохотное жреческое платьице.

— Какая прелесть! — умиленно произнесла обычно холодная Гордислава. — Сколько тебе было, когда ты носила его?

— Во-восемь, — слегка опешила от неожиданности Электра.

— Хотела бы я на это посмотреть… — мечтательно проговорила северянка, прижав детское платье к своей груди.

— А я бы хотел посмотреть на хотя бы один из знаменитых трилунских танцев, — напомнил Вэй Арэн.

Зелорис тем временем пристально смотрел в окно.

— Ты что там увидел, Зел? — поинтересовался Кэрэн.

— В Трилунской Империи тоже растут клены, — заметил мечник.

— Вообще-то они изначально произрастали в Трилуне, — со знающим видом заявила Гордислава. — Если быть точнее, то в северо-восточной части Империи, отчего раньше мы их не встречали. И только потом были завезены на Запад.

— То есть, кленовый сироп изобрели в Трилунской Империи? — удивился мечник.

— Нет, — возразила Гордислава. — Это заслуга Западных Королевств.

— В Трилуне предпочитают варенье, — добавила Рэйна.

Электра снова вернулась к рассматриванию принадлежавших ей когда-то вещей. Она достала из сундука небольшое зеркальце, украшенное сияющими самоцветами, и сама засияла от счастья.

— Надо же, и оно сохранилось, — улыбнулась девушка.

— Какое красивое, — заметила Гордислава.

— Оно принадлежало моей матери, — ответила малышка Рэй. — Хотя я никогда не видела ее, это зеркало дорого мне.

— Не видела? — прошептал Зелорис.

— Алирэй Нактур Терра Аквария умерла при родах, — объяснила Гордислава.

— Так вот почему ты стала правительницей в столь раннем возрасте, — переворачиваясь на другой бок, произнес Кэрэндрейк.

— Кэрри, ты этого не знал? — больше всех был удивлен Вэй Арэн.

— Не интересовался.

— А это, — Рэйна достала из сундука вчетверо сложенный лист бумаги, — мой первый рисунок!

— Покажи! — оживился Коготь и даже сел.

— Нет, — возразила Верховная Жрица. — Я стесняюсь.

— Малышка Рэй, — вмешался Вэй Арэн, — сначала ты разбередила наше любопытство, а потом говоришь, что стесняешься показывать? Это не хорошо.

— У, — поддержал друга Зелорис.

— Но я тогда была очень маленькой, — промолвила собирательница историй. — Мне будет стыдно, если вы это увидите.

— Угу, — согласился с доводами Электры Зел, тем самым перейдя на ее сторону.

Однако у жаждущих увидеть первый рисунок Рэйны был могучий соратник в лице Гордиславы Клеопатры Бурандуйской. Она молча выхватила из рук Верховной Жрицы Трилунской Империи этот листок и со свойственной ей гордой высокомерной интонацией произнесла:

— Я беру это не как любопытная подруга, а как историк. Рэйна, ты не должна забывать о том, что являешься последней Верховной Жрицей Империи, и ради своих эгоистичных «стесняюсь» лишаешь будущие поколения возможности прикасаться к прошлому. Я сохраню этот рисунок у себя.

— Но разве обычный детский рисунок имеет какую-нибудь историческую ценность? — усомнилась малышка Рэй.

— Имеет! — уверенно заявила Гордислава. — Особенно нарисованный самой Алирэй Нактур.

— Миледи, вы бесподобны! — воскликнул Вэй Арэн. — А теперь показывайте.

— Это для потомков, — возразила северянка, но сама тем временем развернула листок и посмотрела на рисунок. — Как мило!