Елизавета Кедровская – Путь, данный герою (СИ) (страница 23)

Шарлотта ушла, а Зелорис и Кэрэндрейк рассказали Вэю о том, что сегодня случилось с Рэйной и Гордиславой.

— Занятная история, — вздохнул Вэй. — С малышкой Рэй точно все в порядке?

— У.

— А я ведь знал, что с этим Дином что-то неладно! — не унимался лучник.

— Это потому что он привлек часть внимания жительниц Монфрида? — поинтересовался Дрейк.

— И поэтому тоже.

— Зато, похоже, что Гордислава и Рэйна нашли общий язык, — сообщил хорошую новость Кэрри. — Так что не переживай, Вэй.

— Неправильно, — прошептал Зелорис.

— Что неправильно? — одновременно спросили Дрейк и Вэй Арэн.

— Не «Вэй», а «Вэй-Вэй», — почти незаметно улыбнулся мечник.

Из следующей главы вы узнаете о том, как путники отправились из княжества Тарос в Холмогорное Царство, и о том, как им пришлось задержаться.

====== Часть 2. “Северянка”. Глава 16 ======

О том, как путники отправились из княжества Тарос в Холмогорное Царство, и о том, как им пришлось задержаться

Неделя, которую друзья собирались провести в Аркане, незаметно подошла к концу, настала пора снова отправляться в дорогу. Путникам предстояло двигаться в северо-восточном направлении и через четыре дня добраться до границы с Холмогорным Царством. Этой границей служил горный хребет, преодолеть который они должны были за один день, и еще один день требовался на то, чтобы добраться до шахтерского городка Эдэль, где они должны будут пополнить запасы съестного.

Поначалу все шло так же, как и планировалось. Первые три дня прошли по простой схеме: отбытие на рассвете, полуденный привал, прибытие в небольшой городок и ночевка на постоялом дворе. Однако, в середине четвертого дня, на подходе к границе княжества Тарос и Холмогорского Царства, на горной дороге пятерых друзей застала буря.

Проливной дождь, под который путники попали, когда добирались из Монтильфонда в Тарос, был всего лишь моросящим дождиком по сравнению с тем, что творилось сейчас. Сказать, что дождь лил как из ведра — преуменьшение. Друзьям казалось, будто бы они попали под водопад. За толщей воды, падающей с неба, не было видно ничего на расстоянии дальше двух шагов от себя. Был полдень, но из-за туч казалось, что уже давно глубокая ночь. Со всех сторон сверкали вспышки молний, заставляя темное небо мерцать. Частые раскаты грома эхом отражались от скал и сливались в единый гул. Лошадь Капа была очень напугана и плохо слушалась команд управляющего ею Зелориса. Гордиславе пришлось идти пешком, как и всем остальным, чтобы не затруднять передвижение повозки. Земля осыпалась под лошадиными копытами и ногами товарищей, смешивалась в единый грязевой поток с текущей рекою дождевой водой, после чего, бурля, скрывалась в неизвестном направлении.

— Не могу больше, — почти не шевеля посиневшими от холода губами, произнесла Рэйна.

— Малышка Рэй, всё это когда-нибудь закончится, — попытался утешить её Вэй Арэн, однако интонация, с которой он это произнес, говорила о том, что лучник сам мало верил в свои слова.

— В этих горах должна быть хотя бы одна пещера, — высказала предположение Гордислава.

— Разве при такой погоде её найдешь? — усмехнулся Вэй.

Молния ударила недалеко от путешественников, но из-за стены дождя нельзя было разглядеть, куда именно. Капа испуганно заржала, понеслась вперед, но, не пробежав и тридцати метров, резко остановилась, чуть не свалившись в обрыв, — дорога перед ней была смыта к подножью горы.

— Дальше идти нельзя, — констатировал факт Зелорис.

— Придется возвращаться, — тяжело вздохнул Вэй.

— Не получится, — ответил ему Кэрэндрейк. — Дорогу к месту, мимо которого мы прошли тридцать минут назад, тоже размыло.

— И что нам теперь делать?! — отчаянно воскликнула Гордислава.

— Не могу… — прошептала Рэйна и потеряла сознание.

Когда собирательница историй очнулась, вокруг было так темно, что она не могла даже разглядеть, где находится. Откуда-то, словно издалека, доносился шум непрекращающегося дождя. Рэйна попыталась сесть, но закружившаяся голова заставила её вернуться в лежачее положение.

— Проснулась? — услышала она шепот Дрейка над правым ухом.

— Где я? — также прошептала она.

— В пещере, — ответил он.

— Кэрри нашел её после того, как ты потеряла сознание, — добавил Вэй. — Стоило тебе упасть, как он тут же метнулся куда-то, а через некоторое время вернулся, сказав, что нашел эту пещеру. И вот мы здесь.

— А остальные?

— Тоже здесь, — ответил Кэрэндрейк. — Спят.

— Все отсырело, — пожаловался лучник. — Костер развести не из чего. Мы здесь уже довольно долго, даже не знаем, какое сейчас время суток.

— Я не чувствую холода, — сказала Рэйна. — Мне даже будто тепло.

— У тебя жар, — сообщил Кэрэндрейк. — А холод уже и нам кажется настолько привычным, что перестает ощущаться.

— Мне кажется, или я лежу на чем-то мягком? — спросила Рэйна.

— Тебе не кажется, — ответил Вэй. — В этой пещере пряталось от дождя три горных медведя, мы с братцем Зелом убили их. Не делить же с ними крышу над головой, верно? На одном из них ты и лежишь. Сначала он был даже теплым, но, увы, успел поостыть.

Услышав, что она лежит на мертвом медведе и прочувствовав его своей спиной, Рэйна вскочила на ноги, которые тотчас подкосились. Кэрэндрейк поймал девушку, не позволив ей упасть.

— Я же говорил, что не надо ей рассказывать о медведе, — сказал он Вэю.

— Ложись обратно, малышка Рэй, он тебя не тронет. Гордислава вообще чуть ли не под самого медведя залезла. Во всяком случае, укрыться его лапой ей удалось.

— Зелорис тоже со своим в обнимку спит.

— А вы?

— А мы об них обогрелись, слегка обсохли и стали ждать, когда же наконец наша малышка Рэй откроет свои глазки.

— Извините, — прошептала Рэйна, постепенно свыкаясь с трупом медведя в качестве кровати.

— Тебе не за что извиняться, — сказал Кэрэндрейк. — Нам и самим спать не хотелось.

— С Капой все хорошо?

— Да что с ней станется? — усмехнулся Вэй Арэн. — Эта медлительная кобыла по скорости засыпания фору даст всякому. Она мирно сопела уже тогда, когда Гордислава и братец Зел еще даже не думали засыпать.

В пещере снова воцарилось молчание. Рэйна спросила все, что хотела спросить, а Вэй и Дрейк ответили на все её вопросы. Ни желания разговаривать, ни подходящих для разговора тем не возникало. Собирательница историй и не заметила, как снова уснула.

Вэй Арэн, сидя, облокотившись на медведя, на котором спала Рэйна, то погружался в дремоту, то просыпался. Он не мог точно сказать, какой отрезок времени проходил между этими действиями: пара минут или же несколько часов. Дрейк, убедившийся, что с собирательницей историй все в порядке, решил последовать примеру остальных и тоже уснул.

Первый из всех проснулся Зелорис. Дождь уже кончился, была глубокая ночь. Судя по вони, которая исходила от убитых медведей, прошли уже сутки. Слезая с медведя, мечник споткнулся и упал рядом с Дрейком, тем самым разбудив его.

— Ну и вонь… — произнес Кэрэндрейк, не замечавший запаха разложения во сне.

— У.

— Давно не спишь?

— Только проснулся.

— Дождь закончился, что ли?

— У.

— Тогда надо будить остальных и выбираться отсюда.

— Ночь. Опасно продолжать путь — дороги размыты.

— Хотя бы поищем более удобное место для ночлега. К утру здесь уже нельзя будет находиться.

— У.

Кэрэндрейк и Зелорис разбудили Вэя и Гордиславу. Рэйну пока решили не трогать. Гордислава осталась в пещере, а трое мужчин отправились на разведку. Вскоре Зелорисом была обнаружена другая пещера, и они вернулись сообщить об этом.

Гордислава разбудила Рэйну, Вэй запряг Капу в телегу, и друзья сменили место дислокации на другую пещеру, в которой собирались переждать ночь, после чего отправиться дальше.

Но утро разрушило надежды путников: буря разбушевалась с новой силой.

Костер развести было нельзя из-за сырости потенциально горючих материалов, зато одежда на странниках была уже сухой, что, безусловно, радовало, но сильно тепла не прибавляло. На завтрак ели то, что не требовало тепловой обработки: хлеб и сыр. Каждая капля дождя и каждая вспышка молнии усиливали уныние путников. У Рэйны начался кашель. А дождь не собирался прекращаться.