Елизавета Горская – Между строк и лжи. Часть I (страница 3)

— Скандал в городской администрации! Подробности – в вечернем выпуске «Глоуб»!

В редакции «Бостон Глоуб», как всегда по утрам, царил настоящий хаос, словно стихия, вышедшая из берегов. Бумаги, словно стаи испуганных птиц, метались в руках репортеров. Тяжелые печатные станки, словно неуклюжие механические чудовища, грохотали, изрыгая свежие страницы новостей. В воздухе, густом и насыщенном, витал пьянящий запах типографской краски, смешанный с крепким ароматом кофе, который рекой лился в глотки уставших журналистов. За своими столами, заваленными бумагами и рукописями, уже вовсю кипела работа: репортеры старательно заполняли колонки свежими городскими новостями, словно ткачи, плетущие гобелен бостонской жизни.

Вивиан проскользнула между столами, уклонившись от небрежно брошенного свернутого номера газеты, который пролетел в опасной близости от ее головы. Она кивнула нескольким коллегам, чьи лица были сосредоточены и серьезны, и поспешила в конференц-зал, где ее ждала неминуемая встреча с главным редактором.

В конференц-зале всегда царил особый, ни с чем не сравнимый полумрак, даже когда солнце щедро заливало улицы города. Тяжелые портьеры, казалось, впитывали свет, оставляя лишь слабые отблески на полированной поверхности стола и бронзовых пресс-папье. В этом полумраке лица сотрудников редакции казались еще более бледными и озабоченными, будто каждый из них нес на своих плечах груз неразрешимых проблем.

В центре комнаты, словно властитель, восседал Джонатан Грэм за своим огромным дубовым столом, отполированным до блеска поколениями журналистов. Высокий, широкоплечий, с мощной фигурой, он напоминал старого дуба, устоявшего перед множеством бурь. Его густые темные волосы, тронутые серебром седины, свидетельствовали о годах, проведенных в беспощадной борьбе за правду и сенсации. На его лице, обычно омраченном недовольством, словно тенью, читалась вечная усталость и скепсис, и казалось, что одним лишь своим взглядом он мог лишить человека всякой уверенности в себе, превратив его в жалкого просителя. И все же, под этой маской суровости, Вивиан знала, скрывалось уважение к ее смелости и упорству, даже если она раз за разом доводила его до белого каления своими дерзкими выходками и неугомонным стремлением докопаться до истины.

В этот самый момент, когда Вивиан вошла в зал, он уже листал утренние выпуски газет, его тяжелые пальцы скользили по страницам, словно оценивая работу своих подчиненных. Его глаза, проницательные и острые, как у старого ястреба, выискивали ошибки и неточности. Он готовился раздавать поручения на день, словно генерал, планирующий наступление, и Вивиан знала, что ей придется выдержать его пристальный взгляд и ответить на его каверзные вопросы. Она чувствовала, как внутри нее нарастает волнение, смешанное с предвкушением предстоящей битвы за право рассказать свою историю. Она была готова к этому, как всегда, с горящим сердцем и блокнотом, полным идей.

— Итак, господа, — произнес Грэм властным голосом, в котором звучала легкая усталость. — Какие новости принес нам день?

Журналисты, словно стая взбудораженных птиц, начали выкрикивать темы, каждая из которых, казалось, несла в себе отголоски бушующей эпохи: политические интриги, словно змеи, обвивающие правительственные коридоры; забастовки, как грозные тучи, нависшие над городом; и новые постановления мэрии, подобные капризам деспотичного монарха.

— Кто осмелится взяться за дело о пожаре на заводе «Кросби»? — продолжал редактор, перебирая бумаги на своем столе, словно гадая на кофейной гуще. — Ходят слухи, что владелец, этот скользкий тип, скрывает истинные масштабы убытков, словно прячет краденное золото.

— Брайант справится с этим, — отозвалась Мэри Хеншоу, единственная женщина в криминальном отделе, чья хватка была не менее цепкой, чем у самого бульдога. Она умела обращаться с фактами так же искусно, как с упрямыми свидетелями, выуживая из них правду словно драгоценные камни из груды песка.

Редактор кивнул, словно ставя невидимую галочку в своем списке, и перевел взгляд на Вивиан, чья хрупкая фигура всегда выделялась на фоне более ярких коллег.

— Харпер, что у вас на сегодня? Или, может быть, возьмете колонку о новом благотворительном приюте? Что-нибудь легкое, чтобы разбавить мрачную картину наших дней.

Вивиан едва успела приоткрыть рот, чтобы ответить, как в воздухе разлился знакомый, приторно-сладкий голос Дженны Моррис, словно капля яда в бочке меда.

— А вот и наша восходящая звезда, — протянула Дженна, лениво покручивая в пальцах карандаш, словно скипетр. Высокая, с идеально уложенными рыжими волосами, которые, казалось, излучали собственное сияние, и взглядом, в котором читалась нескрываемая насмешка, она неизменно притягивала взоры окружающих, словно магнит. — О, только не говорите мне, что мисс Харпер снова затеяла что-то скандальное! Ее любовь к сенсациям известна всему отделу.

— Если тебе так не терпится узнать, Дженна, то да, — сухо ответила Вивиан, стараясь не выдать раздражения. — Я работаю над материалом о махинациях в одном из городских клубов. Есть основания полагать, что там не только отмывают грязные деньги, но и творится нечто гораздо более… пикантное.

— Пикантное? Или, скорее, незаконное? — уточнил Дэш Уиттакер с напускной невинностью, которая, впрочем, никого не могла обмануть. Его глаза, цвета грозового неба, сверкнули недобрым огоньком.

— Это мне и предстоит выяснить, — спокойно ответила Вивиан, стараясь сохранить невозмутимость, хотя внутри все кипело от негодования.

— Клубе? — изогнула бровь Дженна, словно не веря своим ушам. — Неужели тебе действительно позволили писать о чем-то настолько… важном? Или ты просто очаровала мистера Грэма своим невинным видом?

— Довольно, леди, — вмешался Грэм, устало потерев переносицу. Головная боль, казалось, стала его постоянным спутником. — Харпер, надеюсь, у вас есть веские доказательства, а не просто досужие сплетни?

— Вполне достаточно, чтобы копнуть глубже, — ответила она, глядя прямо в глаза редактору. В ее взгляде читалась решимость, словно она готова была сразиться с целым миром ради правды.

Редактор какое-то время изучающе смотрел на нее, словно пытаясь разгадать, что скрывается за этой внешней хрупкостью, затем кивнул с неохотой.

— Хорошо, Харпер, продолжайте работать. Но будьте осторожны. И не стесняйтесь просить о помощи, если она вам понадобится. Уиттакер, — повернулся он к репортеру, вальяжно развалившемуся на соседнем столе, — вам что-нибудь известно об этом деле?

Дэш, лениво облокотившийся на столешницу, усмехнулся, словно кот, играющий с мышкой.

— Я был бы рад помочь, но мисс Харпер, как всегда, предпочитает держать свои находки в секрете. Боится конкуренции, наверное.

— И правильно делает, — буркнул Грэм, отворачиваясь. — Но лучше бы вам, Харпер, не совать свой нос, куда не следует. Этот город полон опасностей, о которых вы даже не подозреваете.

Вивиан кивнула, понимая, что редактор, несмотря на свою суровость, проявляет о ней некую заботу.

— Да, я уже веду переговоры с нужными людьми, — соврала Вивиан, прекрасно зная, что ее путь сегодня лежит вовсе не в роскошный клуб, а в злачное место, где за шелковыми занавесками скрывались темные тайны и порочные страсти.

Дэш, стоявший неподалеку, наклонился ближе и вполголоса пробормотал, словно делясь сокровенным секретом:

— А вы, оказывается, умеете удивлять, Харпер. За этой скромной внешностью скрывается настоящая авантюристка.

— Всегда рада расширить ваши горизонты, Уиттакер, — парировала она, пряча улыбку. Он явно недооценивал ее, и это было ей только на руку.

Грэм тем временем что-то черкал в своем блокноте, словно вынося приговор.

— Договорились, Харпер. Жду статью к концу недели. Но, пожалуйста, без этой вашей дешевой сенсационности. Факты. Четкие, проверенные факты. Вы меня поняли?

Вивиан кивнула, сохраняя невозмутимый вид, но в ее голове уже роились способы, как придать истории больше драматизма, не нарушая строгие требования редактора. Она была готова рискнуть всем, чтобы донести правду до читателей, даже если ей придется пройти по краю пропасти.

— Уиттакер, — вновь обратился мистер Грэм к Дэшу, его голос, обычно властный и резкий, сегодня звучал с какой-то усталой снисходительностью. Дэш, как всегда, пытался заглянуть через плечо Вивиан, чтобы разобрать ее загадочные пометки, написанные чертовски неразборчивым почерком. Вивиан, казалось, нарочно уклонялась, прикрывая блокнот рукой, словно оберегая сокровище.

— Что у вас на этот раз, Уиттакер? — повторил Грэм, нетерпеливо постукивая пальцами по столу.

Дэш, наконец оторвавшись от безуспешных попыток разгадать каракули Вивиан, выпрямился и, словно бравируя своей дерзостью, ответил:

— Коррупция в городском управлении, мистер Грэм. Все, как вы любите: чиновники, взятки, грязные сделки. – Он сделал короткую паузу, оценивая реакцию шефа, и добавил с нарочитым весельем, которое, впрочем, не скрывало его истинного азарта: — Только крови не хватает, но это я, пожалуй, могу исправить.

В конференц-зале пронесся тихий смешок, будто кто-то невольно выпустил пар из перегретого котла. Но мистер Грэм, одним суровым взглядом, быстро вернул всех к реальности.