Елизавета Бута – Ангарский маньяк. Двойная жизнь «хорошего человека» (страница 2)
– А вы зачем сюда пришли? – оторопело спросил Дубынин.
– Что ты тут глупости несешь? Знаешь вообще, сколько ночь в гостинице стоит? А зарплата у меня какая? А что мне скажут, если я в грязной рубашке на работу ходить стану? – зачастил Василий. В его словах было так много страха вперемешку с раздражением, что было сложно уловить суть сказанного. До Артема долетала лишь интонация. – Леночка мне разрешила прийти и постирать вещи у себя. Святая женщина. Что ты-то здесь развел? Ты в курсе, что слежка за сотрудником прокуратуры – подсудное дело?..
Доморадов, говоря все это, двигался вперед, тесня к выходу и Артема. Когда они уже оказались на лестнице, до оперативника стал постепенно долетать смысл сказанного. Он все еще был в бешенстве, но теперь к нему добавился тягучий, липкий страх, который тут же стал оставлять следы на мыслях, крутящихся сейчас в ускоренном режиме.
Артем поднял телефон к уху, демонстративно посмотрел на висящую на уличном фонаре камеру наружного слежения и начал звонить начальнику отделения. К удивлению Артема, тот не стал его отчитывать за поздний звонок, а сразу велел изложить суть дела.
– Езжай в отделение и пиши рапорт о случившемся, – сказал, помолчав, начальник.
– Не понял, – севшим голосом ответил Артем.
– Слежка за сотрудником прокуратуры – подсудное дело, – коротко пояснил начальник, повторив слова ночного гостя квартиры Попковых.
– Да я не… – начал было Дубынин.
– Для этого и нужен рапорт.
Артем со злости ударил по рулю и поехал писать рапорт. Ни о каком сне речи уже не шло. Оперативник налил себе огромную кружку чая, сел за стол на кухне и попытался осмыслить случившееся. В этот момент к нему тихонько подошла его любимая овчарка и интеллигентно положила ему голову на колени.
– Не время же гулять, ты чего? – недовольным шепотом зашипел Дубынин.
Собака грустно посмотрела на него, скроив при этом максимально трогательную и несчастную морду.
– Да что с тобой делать… – прошипел Артем, сдергивая поводок с крючка на стене. В этот момент на кухню выбежала заспанная дочка и удивленно посмотрела на отца.
– На улицу хочет, – шепотом пояснил Артем и поспешил выйти.
Ночь уже сменилась серой утренней дымкой. Собака радостно выбежала на улицу, а потом вдруг потянула поводок в сторону деревянного стола с лавочками, за которым обычно летом старики играли в шахматы и карты. Артем благодарно посмотрел на собаку и тяжело уселся на одну из лавочек. Серая дымка потихоньку начала белеть, а затем по небу вдруг разлилась ядовито-розовая краска, напомнившая о ярко-розовых санках в пятидесятилетней пыли.
Через несколько часов Артем приехал на работу с рапортом и в полной боевой готовности. У входа в здание стоял и курил приятель оперативника Виктор. Артем заметил, что Виктор как-то изменился в лице, когда его увидел.
– Знаешь, что вчера произошло? – чуть не задыхаясь от переизбытка информации, спросил Артем. Только сейчас ему стало ясно, как нужно было это с кем-то обсудить. Виктор слушал молча и не перебивал. Мимо проходили сослуживцы, коротко кивали и исчезали за истертой дверью, которая едва держалась на петлях. Обычно кто-то всегда останавливался и пытался влиться в разговор в середине монолога. Любопытство и жажда информации – необходимые любому оперативнику качества. Впрочем, куда важнее уметь следовать правилам и приходить на работу вовремя.
– Странная история, короче говоря, – заключил Виктор, когда Артем закончил рассказ.
В этот момент у Артема зазвонил телефон. На экране высветился номер начальника отделения. Такие звонки никогда не предвещали ничего хорошего. Виктор не обратил внимания на то, что собеседник отвлекся. Он с выражением вселенского безразличия щелчком отбросил догоревший бычок сигареты и, не прощаясь, развернулся и пошел ко входу. Артем недоуменно проводил глазами удаляющуюся фигуру, а затем сосредоточился на предстоящем разговоре с начальником. Встретив Артема у входа в свой кабинет, он задал несколько уточняющих вопросов о том, что случилось накануне, после чего небрежным жестом указал куда-то в глубь своего кабинета, тем самым приглашая Артема пройти внутрь.
– Ты отстранен на время, пока не уезжай никуда из города, – коротко сказал начальник, как только дверь за ними закрылась. – Послушай. У тебя еще есть шанс сделать вид, что ничего не было. И тогда ничего и не будет, – уже совсем другим тоном добавил он.
Дубынин прекрасно знал, что этот тон используют обычно в тех случаях, когда жизненно необходимо, чтобы задержанный подписал то, чего ему подписывать не нужно.
– У меня следователь ночует в квартире жены подозреваемого, вам не кажется, что вы отстраняете не того человека? – возмутился Артем.
– Слежка за сотрудником прокуратуры – подсудное дело, – в очередной раз процитировал начальник. – Разговор окончен.
С этими словами он прошел к своему столу, а оперативник так и остался в дверях, не зная, что на все это сказать. Дубынин ехал сегодня на работу с ощущением того, что все сделал правильно. Не так часто в профессиональной жизни ты чувствуешь подобное: всегда есть то, что можно было бы сделать лучше, – но ведь не в этот раз! Он обратил внимание на некоторые странности, и оказалось, что не зря.
– А где можно найти Доморадова? – поинтересовался Артем спустя минуту неловкого молчания.
– Попкова твоего допрашивает, – пожал плечами начальник отделения, – он как приехал в семь утра, так и стал его допрашивать.
– Девочка пропала, дочка моя… – с порога стала завывать посетительница. В нос тут же ударил запах перегара, табака и пота. Мужчина в кабинете скривился, но быстро замаскировал отвращение улыбкой вежливости, поднял глаза и увидел перед собой заплаканную женщину лет сорока, с одутловатым, болезненным лицом. Ее огромный пуховик заполнил собой весь кабинет.
– Погулять, наверное, пошла, а вы забыли, – предположил дежурный Попков.
– Ей пять лет, куда она, по-вашему, гулять могла отправиться? – вспыхнула женщина.
Дежурный недоверчиво взглянул на ночную гостью, но затем все же отодвинул в сторону кипу бумаг перед собой, взял ручку и стал что-то быстро записывать. Незадачливая мамаша год назад развелась и пребывала в поиске нового отца для ребенка. Предыдущие ухажеры ее дочь не приняли, а вот нынешний сожитель утверждал, что против детей ничего не имеет.
– Все только ради дочки. Если бы не она, то у меня бы совсем другая жизнь сложилась, но ради детей все нужно по-другому складывать… – без конца повторяла посетительница.
Кандидат в отцы в тот день был в дурном настроении, и мать отправила дочку погулять, пока мужчина не выпьет и не утихомирится. При этом женщина пообещала, что заберет ее, когда «будет можно», а вот откуда именно – не уточнила. По рассказу было понятно, что она по какой-то своей болезненной инфантильности полагала, что малышка все это время так и будет стоять где-то на лестнице, пока мать про нее не вспомнит. Ребенка нигде не было, и мамаша подумала, что ребенка пригласила к себе соседка.
– …Соседка говорит, что и не знает ничего. Украла дочку, украла. Точно. У нее детей своих нет… – выла она, картинно заламывая руки и наполняя комнатку парами дешевого алкоголя.
Дежурный встал, схватил куртку.
– Пойдемте дочку вашу искать, – бросил он, уже выходя из кабинета.
В середине зимы непроглядная тьма затапливала Ангарск уже к шести вечера. В такую погоду на улице пятилетнему ребенку делать нечего. Дежурный усадил ее в служебную машину и повез домой. За те десять минут, что они ехали, женщина успела заснуть и даже немного похрапывала, когда они заехали во двор дома. Сожитель дамы, как и предполагалось, находился в квартире в бессознательном состоянии. Старуха из соседней квартиры вспомнила о том, что видела в коридоре ребенка с санками. Это дало хоть какое-то понимание того, откуда начинать поиски. Горка, с которой катались дети, располагалась на приличном расстоянии от дома. В Ангарске не слишком плотная застройка, и ее легко можно было разглядеть в окно, однако дойти до нее пятилетнему ребенку с санками было бы не так уж просто.
Дежурный поблагодарил соседку и вернулся к машине. В салоне продолжала храпеть незадачливая мать, которая «все это делала только ради ребенка». Похоже, кроме дежурного милиции, никому не было дела до того, куда пропал пятилетний ребенок.
Всю ночь Михаил Попков осматривал детские площадки, дворы и гаражи вокруг, опрашивал редких прохожих, а потом снова бегал по району вокруг горки в поисках пропавшего ребенка. Кто-то вспомнил о том, что какая-то малышка долго каталась здесь на санках и говорила, что сейчас за ней придет мама. Через два часа поисков Михаил заметил темную фигуру у машины. Он ринулся в ту сторону, понимая, что через полчаса уже может сразу ехать в больницу с обморожением. Вряд ли ребенок смог бы так много времени провести на улице. Тут же вспомнилась сказка про девочку со спичками откуда-то из детства. Тень вдалеке вдруг уменьшилась вполовину, а затем вновь выросла. Михаил разглядел очертания зимней куртки. Это оказался крупный мужчина, стоящий на фоне черной машины «ВАЗ-2107».