Элизабет Рудник – Король Лев (страница 9)

– Земли прайда тебе не принадлежат, – заметила она. – Ими управляет король.

Они буквально только что убедились в очередной раз, что с Муфасой связываться не стоит.

– Вот потому мы его и убьём.

Смех замер в горле Шензи. Камари и Азизи рядом с ней нервно забормотали.

– Не держи меня за дуру, – наконец сказала она. – Львы и гиены воюют с самого начала времён. Ты бы никогда не встал на нашу сторону!

Шрам пожал плечами, не торопясь спорить.

– Моё племя может ненавидеть вас, – согласился он. – Но я вижу в вашей жадности достоинство. Для меня это не порок, а амбиции. Когда я стану королём, сильные мира сего, такие как вы, смогут совершенно свободно делать всё, что захотят.

Покачав головой, Шензи развернулась и отправилась обратно к своему выступу. У Шрама могут быть большие планы и мечты о том, как он станет королём, но Муфаса слишком силён. Они никогда не смогут бросить ему вызов. Они могли бы взять его числом, но ведь у короля есть львицы. Каждый раз, когда гиены пытались проникнуть на земли прайда, их атаковали и отправляли восвояси. Шрам глуп, даже когда просто думает, что сможет одолеть брата.

– У моего брата появилось кое-что, чего не было раньше, – ответил Шрам. – Слабость. Что-то, что затуманивает его разум, когда это совершенно неуместно…

Шензи остановилась. Её нога пульсировала от боли. Она посмотрела вниз на свежую рану. Шрам прав. У Муфасы была слабость, из-за которой он вёл себя импульсивно и подвергался ненужной опасности.

– Симба, – сказала она, оборачиваясь и очень близко подходя к Шраму.

Он кивнул:

– Именно.

Королева гиен улыбнулась. Возможно, Шрам не такой уж и сумасшедший. Возможно, и в самом деле существовал способ заполучить власть над землями прайда и больше никогда не голодать.

– Что от нас потребуется? – спросила она, когда гиены вокруг согласно затявкали.

– Всего лишь одно. – Зловещая улыбка Шрама в точности повторяла её собственную. – Быть готовыми.

Симба зевнул. Они с папой вернулись домой очень поздно, и к тому времени, как он быстро вылизался и раздобыл себе поесть, держать глаза открытыми стало очень трудно. Не успела его голова коснуться лап, как уже наступило утро.

И теперь он лежал на солнышке в стороне от других львят, краем уха слушая тихий голос матери, о чём-то разговаривающей с другими львицами. Вдруг Симба услышал своё имя и навострил уши, пытаясь разобрать, что они говорят. До него донеслись только обрывки фраз, но этого было достаточно, чтобы понять, что Сараби рассказывает остальным о вчерашнем приключении на Слоновьем кладбище.

Почувствовав на себе взгляд нескольких львиц, Симба поднялся на ноги и отправился вниз по камням к плоской земле. Он собирался отдохнуть немного там, подальше от осуждающих взглядов, из-за которых ему становилось только хуже. Но, к его удивлению, неожиданно он натолкнулся на дядю. Шрам стоял снаружи пещеры так, как будто ждал Симбу. Встретившись с племянником взглядом, он жестом позвал его за собой.

И вот теперь Симба шёл по дну глубокого каньона, проходившего через самое сердце земель прайда. Рядом с ним мягко ступал Шрам, чьё худое тело было того же цвета, что и отвесные стены. Симба не был уверен, почему дядя пришёл к нему, пока Шрам не сказал:

– Я слышал, вчера у тебя случилось то ещё приключение.

Он обернулся и посмотрел на Симбу. Плечи принца опустились. Похоже, знали не только львицы. Даже дядя слышал о стычке с гиенами.

– Мой папа очень сильно расстроился из-за этого.

«Вообще-то, он очень сильно разозлился из-за этого, – беззвучно добавил Симба. – Но я не должен говорить это Шраму. Разве что он уже знает. Может, так оно и есть». Это был уже не первый раз, когда Симба пожалел, что на землях прайда новости распространяются так быстро. Тяжело, когда все узнают обо всём, что ты делаешь. Мало того, что он разочаровал отца, теперь, возможно, все животные земель прайда тоже разочаровались в нём.

Но, к его удивлению, Шрам ничего не сказал о том, что произошло. Вместо этого он предложил способ всё исправить.

– Думаю, что знаю, как ты мог бы загладить свою вину перед ним, – сказал дядя, пока они прогуливались по каньону.

Высоко в небе летали птицы, казавшиеся лишь маленькими точками на синем фоне. Ветер гулял над обрывом, под которым они проходили. Так или иначе, всё было мирно. Симба с любопытством посмотрел на Шрама. Что он имел в виду? Словно прочитав его мысли, дядя продолжил:

– Подарок, который поможет ему забыть о том, что произошло.

Симба склонил голову набок.

– Но он же король, – заметил львёнок. – Что я могу дать ему?

– Свой рёв, – без колебаний ответил Шрам.

– Свой рёв? – не понял Симба.

Шрам кивнул. Затем, чтобы объяснить, о чём он, лев запрыгнул на маленькое дерево, спугнув нескольких птиц. Когда они, всполошившись, взлетели, их крики отскочили от стен каньона и поднялся такой шум, будто кричала сотня птиц, а не жалкая дюжина. Шрам снова посмотрел на Симбу.

– Ты слышал это? Все львы приходят в ущелье, чтобы найти свой рёв.

Сердце Симбы забилось сильнее. Найти свой рёв? Звучало потрясающе. Он уже пытался на Слоновьем кладбище, но вышло довольно жалко. Если бы Симба смог сделать свой рёв громче, то точно бы сумел впечатлить отца. Но потом он подумал, что никогда не слышал прежде, чтобы львы приходили в ущелье за этим.

– Все львы? – уточнил Симба. – Даже мой папа?

– Даже Муфаса, – ответил Шрам. – Он приходил сюда, когда был примерно в твоём возрасте, и отказывался уходить, пока его рёв не услышат все за пределами каньона!

Симба вытянул голову и посмотрел на высокий и далёкий край обрыва. Птицы, которых спугнул Шрам, всё ещё летели туда.

– Все за пределами каньона? – переспросил он.

Это казалось невозможным.

Но Шрам был не согласен:

– Именно. Вот тогда ты и поймёшь, что нашел его. Немного практики, и тебя уже никогда больше не назовут львёнком.

«Никогда больше не назовут львёнком». Это был бы замечательный подарок для его папы! Если бы он смог показать ему, что стал взрослее и серьёзнее, что нашёл свой рёв, Муфаса бы гордился им. Взволнованный Симба принялся нетерпеливо прыгать. Он это сделает!

– Сейчас! – крикнул он. – Смотри!

Глубоко вздохнув, львёнок бросился вперёд, а потом резко остановился. Высоко подняв голову, он набрал побольше воздуха в грудь и зарычал. Звук отскочил от стен каньона один раз, другой, а потом затих. После первой неудачной попытки рвения у Симбы слегка поубавилось.

– Ты сможешь, – сказал Шрам, ободряюще его подталкивая. – Но потребуется некоторое время. Я попозже зайду, проверю, как у тебя дела.

Когда дядя повернулся, чтобы уйти, Симба позвал его:

– Папа будет мной гордиться, правда?

Шрам остановился и оглянулся через плечо:

– Это подарок, который он никогда не забудет.

Потом он, взмахнув на прощание хвостом, снова повернулся и ушёл.

Симба задумался. Было что-то странное в том, как дядя смотрел на него. Из-за этого в груди возникло какое-то тянущее чувство. Как будто Шрам знал что-то, чего не знал Симба. Наверное, это ерунда. В конце концов, он провёл со своим дядей довольно мало времени и не знал его достаточно хорошо, чтобы разбираться во взглядах. И всё-таки Шрам подал ему отличную идею для подарка.

Подойдя к дереву, на котором уже не было птиц, Симба заметил маленького хамелеона, чья чешуйчатая кожа всё же отличалась от коры, с которой он пытался слиться. Подкрадываясь ближе и почти касаясь земли животом, львёнок не сводил с хамелеона глаз. Пядь за пядью он продвигался вперёд, пока его лапы не коснулись одного из корней дерева. И только тогда он поднял голову и зарычал.

Хамелеон не отреагировал, а значит, и не испугался. Лишь продолжил идти своей дорогой.

Симба рассердился. Что ж, он покажет ему, как звучит настоящий лев! В очередной раз сделав глубокий вдох, он собрал всю силу, какую только смог выжать из своего тела, – и взревел.

Звук эхом пронесся по стенам ущелья, отскакивая от плоских камней ржавого цвета. Когда хамелеон остановился на полпути, Симба улыбнулся.

– Видишь? – с гордостью произнёс принц. – Теперь-то ты струсил! – и взревел снова.

На этот раз хамелеон окрасился в удивительный оттенок зелёного цвета, сбежал вниз по дереву и нырнул под камень у основания ствола. Наблюдая за ним, Симба внезапно ощутил тревогу. Его рёв получился не таким уж и громким. Хамелеон не должен был испугаться настолько, чтобы вернуть себе природный цвет. Если только…

Внезапно он осознал, что больше не слышит эхо своего рёва. Вместо него раздаётся какой-то другой звук, гораздо более громкий. Похожий на гром, вот только раньше Симба ничего подобного не слышал. Львёнок поднял голову, чтобы проверить, нет ли на горизонте грозовых туч, и у него перехватило дыхание. Небо над ущельем действительно потемнело. Но не из-за туч.

На вершине обрыва появилось стадо антилоп гну. Пока Симба смотрел, сотни крупных животных перевалили через край обрыва и на бешеной скорости понеслись в ущелье. Большие и маленькие гну словно сошли с ума. С того места, где стоял Симба, они казались одним неведомым гигантским существом, состоящим из пыли, шума и смертоносных копыт, – и оно стремительно приближалось прямо к нему.

Симба повернулся и побежал изо всех сил.

Глава девятая

Муфаса стоял неподвижно, осматривая горизонт. Пока что день был мирным. Правда, разъярённый слон и спор между двумя семьями сурикатов из-за места кормления на какое-то время отвлекли его внимание. Но, так или иначе, сейчас в саванне всё было спокойно, и Муфаса наслаждался теплом солнца, ласкающего шерсть, и тишиной, которая случалась довольно редко. Он улыбался, когда его мысли касались Симбы. Сын очень расстроился из-за стычки с гиенами, как и сам Муфаса. Но этой ночью, когда он показал ему те же звёзды на небе, что и его собственный отец много лет назад, все тревоги отступили.