Элизабет Мун – Скорость тьмы (страница 23)

Я думаю, что мистер Крэншоу все равно рассердится, но вслух не говорю. Нельзя спорить с полицейским.

– Давай я сам позвоню, – предлагает он. – Они пришлют человека.

– Мне нужно на работу, – говорю я.

Я потею все больше и больше. Не знаю, что сделать сначала. Я не знаю расписания общественного транспорта, хотя знаю, где остановка. Нужно найти расписание. Нужно позвонить в офис, но сейчас там, наверное, еще никого нет.

– Надо заявить о хулиганстве, – настаивает Дэнни Брайс, лицо у него еще более серьезное. – Просто предупреди начальника, что задержишься.

Я не знаю внутреннего номера мистера Крэншоу. Если я позвоню, он, скорее всего, просто накричит на меня.

– Потом, – говорю я.

Всего через шестнадцать минут приезжает полицейская машина. Дэнни Брайс не едет на работу, а ждет вместе со мной. Он по большей части молчит, но мне спокойней от его присутствия. Из подъехавшей полицейской машины вылезает мужчина в бежевых летних брюках и коричневых кроссовках. На нем нет таблички с именем. Мистер Брайс подходит к машине, и я слышу, как мужчина обращается к нему «Дэн».

Мистер Брайс и подъехавший полицейский разговаривают, изредка поглядывая на меня. Что сказал про меня Дэнни? Меня морозит, предметы расплываются перед глазами. Когда они идут ко мне, мне кажется, что они приближаются скачками, будто мигающий огонек.

– Лу, это следователь Стейси, – представляет мистер Брайс с улыбкой.

Я смотрю на второго мужчину. Он ниже мистера Брайса и более худой. Черные волосы блестят и пахнут чем-то сладко-масляным.

– Меня зовут Лу Арриндейл, – говорю я.

Голос звучит неестественно – как всегда, когда мне страшно.

– Когда вы в последний раз видели свою машину? – спрашивает следователь.

– Вчера вечером в девять сорок семь, – отвечаю я. – Я уверен, потому что посмотрел на часы.

Он смотрит на меня и печатает что-то на портативном компьютере.

– Вы всегда паркуете машину на одном и том же месте?

– Обычно да, – отвечаю я. – Парковочные места не пронумерованы, и иногда, когда я приезжаю с работы, место уже занято.

– Вы приехали домой в девять… – он бросает взгляд на экран, – сорок семь, верно?

– Нет, сэр, – говорю я. – Я приехал домой в пять часов пятьдесят две минуты, а потом поехал… – Не хочу говорить «на урок фехтования». Вдруг он подумает, что это плохо? Что мне нельзя фехтовать… – Поехал к другу, – наконец говорю я.

– Вы часто его навещаете?

– Да. Каждую неделю.

– Там был кто-то, кроме вас?

Конечно, был. Зачем мне ехать к другу, если никого нет дома?

– Мои друзья, которые там живут. И некоторые люди, которые там не живут.

Он моргает и бросает быстрый взгляд на мистера Брайса. Не знаю, что значит этот взгляд.

– Хм… другие люди вам знакомы? Которые не живут в том доме? Там была вечеринка?

Слишком много вопросов. Не знаю, на какой ответить первым. «Другие люди» – значит люди, которые не Том и не Люсия? «Которые не живут в том доме»… Большинство людей не живут в том доме. В мире миллиарды людей, и только двое из них живут в том доме, это… меньше одной миллионной процента…

– Нет, это не вечеринка, – отвечаю я на самый легкий вопрос.

– Я знаю, что ты выезжаешь каждую среду, – говорит мистер Брайс, – иногда берешь с собой спортивную сумку, я думал, ты посещаешь тренажерный зал.

Если они поговорят с Томом и Люсией, то узнают про фехтование. Придется рассказать сейчас.

– Это уроки… уроки фехтования, – говорю я.

Ненавижу заикаться от волнения.

– Фехтование? Я никогда не замечал тебя со шпагой! – восклицает мистер Брайс с нескрываемым удивлением и интересом.

– Я… я храню снаряжение у них. Они инструкторы. Я не хочу хранить оружие в машине или дома.

– Значит, вы поехали к другу домой на урок фехтования, – продолжает полицейский. – Вы занимаетесь… как долго?

– Пять лет, – говорю я.

– То есть тот, кто хотел проколоть шины, должен был знать, что вас не будет дома. Знать, где вы бываете по средам.

– Возможно…

На самом деле я так не думаю. Если злоумышленник хотел испортить машину, ему нужно было знать, где я живу, а не куда я езжу.

– Вы хорошо ладите с друзьями? – спрашивает полицейский.

– Да.

Глупый вопрос. Стал бы я к ним ездить пять лет, будь они неприятными людьми?

– Мне понадобится имя и контактный телефон.

Диктую имена Тома и Люсии и их домашний номер. Зачем ему это, ведь шины прокололи не у дома Тома и Люсии, а тут?

– Возможно, обычное хулиганство, – продолжает полицейский. – В этом районе довольно спокойно последнее время, однако по ту сторону Бродвея частенько прокалывают шины и бьют стекла. Какой-нибудь малолетний дебошир решил, что там слишком опасно, и пришел сюда. Наверное, его спугнули, и он не успел добраться до других машин. – Затем полицейский повернулся к мистеру Брайсу: – Дай знать, если что!

– Конечно.

Портативный компьютер жужжит и печатает листок бумаги.

– Вот, пожалуйста, протокол, номер обращения, имя сотрудника, все, что нужно для страховой компании.

Он протягивает мне бумагу. Я чувствую себя глупо. Понятия не имею, что с этим делать. Он разворачивается к своей машине.

Мистер Брайс смотрит на меня.

– Лу, ты знаешь, куда позвонить насчет шин?

– Нет…

Меня больше беспокоит работа, чем шины. Если не будет машины, я смогу ездить на общественном транспорте, а если потеряю работу, потому что опять опоздал, у меня не будет ничего.

– Надо позвонить в страховую компанию и вызвать мастера, чтобы заменил шины.

Менять шины дорого… И как ехать в сервис на четырех спущенных колесах?..

– Хочешь, я помогу?

Я хочу оказаться в другом дне и ехать на работу в обычное время. Принять ли помощь? Если бы я знал, что именно нужно делать в такой ситуации, то справился бы сам. Но я не знаю…

– Если ты никогда не подавал заявления в страховую компанию, это может быть сложновато. Но я не хочу навязываться…

Совершенно не понимаю выражения лица мистера Брайса – с одной стороны, немного грустное, но в то же время чуть-чуть сердитое.

– Не подавал, – подтверждаю я. – Я не умею подавать заявления в страховые компании. Мне нужно научиться.

– Давай поднимемся к тебе и зайдем на сайт, – предлагает он. – Заполним заявку вместе.

Меня сковывает страх, я не могу вымолвить ни слова. Чужой в моей квартире? В моем пространстве? Но нужно научиться. Он знает, что делать. Пытается помочь. Я не ожидал такого участия…

Иду к дому, не говоря ни слова. Через несколько шагов вспоминаю, что надо было что-то сказать: мистер Брайс все еще стоит около моей машины.

– Мило с твоей стороны, – говорю я.