Элизабет Малффорд – Король Холода (страница 1)
Элизабет Малффорд
Король Холода
Глава 1
Мир захлебнулся в инее месяц назад. На деревню обрушилась ледяная мгла, выжигая жизнь мертвенным дыханием. Никто не знал, почему пришла эта бесконечная зима, но люди, вжимаясь в остывающие стены, шептали лишь одно имя — Король Холода. По ночам небо содрогалось от свиста крыльев ледяного дракона, верного пса своего господина, и этот звук заставлял кровь стынуть в жилах быстрее, чем самый лютый мороз.
Рано утром в тесной хижине пахло едким дымом, сушеной полынью и застоявшимся страхом. Трое сидели у докрасна раскаленной печи, которая едва справлялась с холодом, нагло ползущим по половицам. Ханс, рыжий и коренастый, чья дерзость и длинный язык вечно сулили беды, подошел к столу. Скрежет самовара по дереву прозвучал слишком громко.
— Мы пойдем в лес. Втроем, — бросил он, разливая кипяток. Пар на мгновение скрыл его резкие черты.
— Мы даже не знаем, где искать его, — отозвался Питер, откидывая со лба черную прядь. В его голосе сквозила горечь. — И сомневаюсь, что Король Холода знает слово «милость». Деревня долго не протянет. Скотина вымерла, а люди сутками жгут последнее дерево, но так и не могут согреться.
Ханс протянул кружку сестре. Дея, чьи ярко-голубые глаза на бледном лице казались осколками льда, обхватила керамику озябшими пальцами. Чай пах горьким лугом и обещанием тепла.
— Нам нужно найти его и попытаться договориться, — тихо произнесла она.
Питер посмотрел на нее с тяжелым предчувствием. По легендам, Король Холода не жаловал гостей: любой, кто нарушал границы его владений, мгновенно превращался в ледяное изваяние.
— Она права, — неожиданно поддержал Ханс, прихлебывая горячую воду. — Другого пути нет.
— К тому же, — Дея сильнее прижалась спиной к теплой кладке печи, — я уже пообещала всем. Сказала, что мы пойдем и вымолим пощаду.
Парни замерли. Теперь это был не просто безумный план, а долг перед умирающими соседями, который нельзя было отринуть.
— А если мы погибнем? — Ханс вскочил, его голос сорвался на рык. — Ты уже дала слово за всех нас! Как ты себе это представляешь?!
Дея не ответила. Она молча поднялась, поправляя выбившиеся черные локоны, и накинула тяжелую медвежью шубу. От меха пахло старой кожей и звериной силой.
— Пора. Мы должны уйти сейчас, чтобы успеть вернуться до сумерек — пока дракон не прилетел в деревню за новой данью.
С тяжелым вздохом братья начали собираться. Ханс привычным жестом проверил охотничий нож и спрятал его в карман шубы. Питер лишь горько усмехнулся: сталь против древней магии Короля Холода казалась детской игрушкой.
Дея вышла первой, не дожидаясь их. Мороз тут же ударил в лицо, перехватывая дыхание. Скрип снега под ее сапогами прозвучал как выстрел в мертвой тишине. Впереди чернел густой лес, от которого веяло запахом озона и застывшей вечности.
Лес встретил их мертвой, пугающей тишиной. Снег здесь не искрился, как в старых сказках, а лежал тяжелым серым саваном, проглатывая любые звуки. Воздух стал настолько густым и колючим, что каждый вдох ощущался как глоток битого стекла. Пахло замерзшей хвоей и чем-то металлическим — так пахнет сталь на лютом морозе.
Огромные ели, отяжелевшие от снежных шапок, походили на сгорбленных великанов, преграждающих путь. Под ногами с оглушительным треском лопался наст, и этот звук эхом разлетался по застывшему лесу, выдавая их присутствие. От усталости ноги налились свинцом, а холод начал пробираться под медвежьи шкуры, вытягивая последние остатки тепла.
Парни наконец сдались и замерли у древних сосен, пытаясь перевести дух. Пар от их дыхания тут же превращался в иней на воротниках. Дея же стояла чуть впереди, тонкая и упрямая, глядя в непроглядную чащу.
— Говорят, Король Холода живет в ледяном дворце где-то в горах, — отдышавшись, выдавил Ханс. Он выпрямился, растирая онемевшие щеки. — Но до гор еще идти и идти. Мы просто околеем в этой глуши, не сделав и половины пути.
Дея обернулась. Она скрестила руки на груди, упрямо надув губы. В ее глазах, отражавших серое небо, застыл вызов:
— Нам не нужно идти к горам. Достаточно войти в его владения, а там он сам явится.
— Если только сразу не обратит нас в ледяные статуи, — мрачно подхватил Питер, облокачиваясь плечом о шершавый, покрытый лишайником ствол сосны. Его взгляд беспокойно блуждал между деревьями.
А в это время в самой глубине чащи, скрытый за густыми лапами елей, мерными шагами обходил свои земли Король Холода. Его тяжелые сапоги чеканили каждый шаг, но снег под ними не хрустел, а словно покорно затихал. Он был частью этого леса, его душой и его проклятием.
Внезапно он замер. Чужие звуки. Голоса, полные жизни и страха, вспороли его ледяное безмолвие. Король Холода двинулся на шум, бесшумно скользя между стволами. Спрятавшись за широкими ветвями, он затаил дыхание, наблюдая за незваными гостями.
— Кем он себя возомнил?! — взорвался Ханс, в ярости пиная сугроб. Снежная пыль взметнулась в воздух. — Этот урод думает, что может карать мирных жителей просто так? По какому праву?
— Тише ты! — оборвал его Питер, выпрямляясь. — Он может услышать. И тогда никакой милости нам не видать, только вечный сон.
— Пусть слышит! — Ханс вызывающе вскинул руки, обращаясь к пустой чаще. — Я его не боюсь!
Дея слушала их перепалку, почти не моргая. Ее не пугал шум братьев, ее пугало само молчание леса.
— А что, если это не каприз? — вдруг тихо спросила она. — Что, если это месть?
Она вспомнила, как старики в деревне шептались о древних обидах и гневе, который пробудился спустя столетия. Услышав ее голос, Король Холода подался вперед. Весь его гневный интерес сосредоточился на этой хрупкой девушке в темной шубе. Он вглядывался в ее лицо, стараясь понять, откуда в ней эта догадка.
— Да хоть каприз, хоть гнев — мне плевать! — продолжал орать Ханс, распаляясь еще больше.
Дея лишь покачала головой, решив игнорировать брата. Но внезапно по ее позвоночнику пробежал ток. Она почувствовала это — чужой, тяжелый, почти осязаемый взгляд, пригвоздивший ее к месту. Девушка резко обернулась, всматриваясь в серые тени ельника, и тут же накрыла ладонью рот Ханса, обрывая его на полуслове.
— Замолчи... — прошептала она. — Король Холода здесь. Он следит за нами.
— С чего ты взяла? — Ханс попытался отстраниться, но его голос заметно дрогнул.
— Я чувствую холод... другой холод. Он совсем близко...
Питер замер, затаив дыхание. Ханс открыл рот, чтобы возразить, но в этот миг небо над их головами почернело. Огромная, стремительная тень прорезала серые облака, и мощный порыв ледяного ветра едва не сбил их с ног.
— Это... Это был дракон?.. — прошептала Дея. Голос ее едва пробился сквозь свист ветра, а сердце, казалось, готово было пробить ребра.
В ледяном безмолвии, прямо за плотной стеной ельника, раздался тяжелый, размеренный хруст. Это не был шаг человека — слишком мощно лопался вековой наст, слишком гулким эхом отдавался каждый удар о землю. В воздухе отчетливо запахло озоном и старой кожей, а мороз внезапно стал таким плотным, что кожа на лицах начала неметь за считанные секунды.
— Что это? — выдохнул Питер, замирая. Его рука мертвой хваткой вцепилась в ствол сосны.
Дея по одному звуку шагов, от которых дрожала почва под ногами, поняла: он идет. Дракон Короля Холода почуял их.
— Уходим! Быстро! — вскрикнула она, срывая братьев с места.
Они бежали, не разбирая дороги. Ветки били по лицам, ледяная пыль слепила глаза, а за спиной все еще слышался этот неспешный, уверенный топот, словно хищник просто играл с ними, давая фору. Лес превратился в бесконечный лабиринт из белых сугробов и черных стволов.
Когда силы окончательно иссякли, Питер рухнул на колени, жадно глотая обжигающий воздух. Его легкие горели, а перед глазами плыли темные пятна.
— Питер! — Дея бросилась к нему, пытаясь поднять. — Вставай, нужно бежать!
— Не могу... — хрипло выдавил брат, опираясь руками о снег. — Все, придел.
Ханс тоже остановился. Он оглянулся назад, прислушиваясь. Лес снова погрузился в мертвую тишину. Ни рыка, ни хруста веток — только их собственное тяжелое дыхание нарушало покой этой ледяной пустыни. Видимо, Король Холода решил, что этого урока достаточно, чтобы прогнать наглецов со своей земли.
С тяжелым вздохом Ханс опустился на плоский холодный валун, торчащий из-под снега как надгробная плита.
— Может, ну его? — глухо произнес Питер, когда дыхание немного выровнялось. — Забудем про план. Просто повернем назад, пока еще живы.
— Ты это серьезно? — Ханс вскинул голову, и в его глазах вспыхнула ярость пополам с усталостью. — Мы тащились сюда весь день, едва не стали кормом для ящерицы, а теперь уйдем, поджав хвосты?
Питер промолчал, прижимая ладонь к груди. Боль в мышцах и холод понемногу отрезвляли, вытесняя первобытный ужас.
Дея медленно опустилась на камень рядом с Хансом. Лес вокруг казался равнодушным к их спорам, но она все еще чувствовала тот самый взгляд Короля Холода — он не ушел, он просто ждал их следующего шага.
— Ханс прав, — тихо, но твердо сказала она, глядя на свои дрожащие руки. — Вернуться в деревню трусами — значит признать, что мы все обречены. Мы обещали людям надежду, Питер.
— Это ты пообещала, — отрезал младший брат, глядя на нее исподлобья. — Не забывай об этом, когда мы будем замерзать здесь заживо.