Элизабет Бойл – Герой моего романа (страница 9)

– Кокрейн, признайся, мистер Данверс еще не покормил тебя сегодня? – спросила леди Финч.

– Только завтраком, – подтвердил Кокрейн.

– Настоящее преступление, – сказала она. – Пожалуйста, садитесь за стол, пообедайте вместе с нами.

Рейф покачал головой:

– Мы не собирались мешать вашему обеду и будем счастливы подождать, пока вы закончите обедать.

Он проигнорировал негодующий взгляд, нацеленный ему в спину. Отказываться от дармовой еды, по мнению Кокрейна, было просто кощунством.

– Я настаиваю, – сказала леди Финч. – Это мой секретарь, миссис Рэдли, и лорд Финч, который забывает обо всем, когда приходит его любимый журнал, издаваемый Обществом любителей орхидей.

Лорд Финч поднял голову и кивнул гостям, после чего снова углубился в чтение.

Хозяйка дома снисходительно вздохнула:

– Как видите, мы живем здесь по-деревенски, без всяких церемоний. – Она кивнула дворецкому. – Эддисон, накрой, пожалуйста, стол для мистера Данверса и нашего проголодавшегося нового друга Кокрейна.

– Не говорите потом, что ваши кладовки опустошены, – предупредил ее Рейф.

– Это заставит слуг на кухне пошевелиться, – сказала баронесса.

Улыбнувшись Кокрейну, она заняла место во главе стола, жестом указав ему на стул рядом с собой.

– Что привело вас сюда, мистер Данверс? Только не говорите, что леди Тоттли наняла вас для того, чтобы вы положили конец проблемам, вызванным Дарби, о которых я наслышана.

Это поставило Рейфа в тупик. Леди Тоттли клялась, что все останется в строгом секрете.

– Ну ничего, – сказала леди Финч. – По выражению вашего лица я вижу, что с вас взята клятва молчать об этом деле. Расскажите мне все. Тем более что это было именно мое предложение.

– Ваше? – удивился Рейф.

– О да! Меня засыпали письмами матери, у которых дочери достигли брачного возраста, с просьбой помочь им. Я намекнула Мальвине, чтобы она наняла вас, вы поможете ей найти автора, а они смогут убедить его перестать писать.

– Теперь я знаю, кого в этом винить.

– В конечном итоге вы, возможно, поблагодарите меня, – сказала она. – Если леди Тоттли вознаградит вас с такой щедростью, как я ей советовала. Ей следовало предложить вам нечто весьма существенное, чтобы вы соблазнились и пожертвовали временем, которое вам необходимо для расследования дела Кодлина. – Она промокнула губы салфеткой. – А теперь скажите мне, что она вам предложила, и я помогу вам всеми доступными мне способами. Хотя трудно себе представить, что могла предложить вам прижимистая Мальвина Уидерспун, чтобы конкурировать с «Ост-Индской компанией», которая подняла вознаграждение до двух тысяч фунтов.

Кокрейн выгнул бровь и посмотрел на Рейфа, как бы спрашивая: а что я говорил?

Рейф перестал изумляться осведомленности леди Финч и улыбнулся ей. Ее предложение оказалось лучше, чем он надеялся. Он полагал, что ему придется хорошенько постараться, прежде чем она согласится ему помочь.

– Бетлсфилд-Парк, – сказал он.

Леди расхохоталась.

– Вы сказали «Бетлсфилд-Парк»?

– Да. Дом и недвижимость, если мне удастся убедить автора прекратить публикацию романа.

Леди Финч хохотала до слез.

– О, мой дорогой мальчик, скажите, что это неправда!

Рейф заерзал в кресле.

– Но это правда. – Он достал из кармана изображение дома. – Она сказала, что это прекрасное имение.

Леди Финч некоторое время разглядывала живописный пейзаж и красиво вписанное в него здание, после чего снова стала смеяться.

– Прекрасное имение – ну и наглость! Надеюсь, вы не собираетесь въезжать в него в ближайшее время?

Итак, его подозрения подтвердились. Тем не менее недвижимость должна что-то стоить, а он весьма заинтересован в наличности.

– Нет, я собирался его продать. Зачем мне дом?

– Должно быть, не нужен, – сказала она, возвращая ему изображение имения. – Мальвина выиграла его в вист года четыре назад.

– Оно ничего не стоит? – спросил Рейф. У него появилось горячее желание вернуться в Лондон и пожелать долгих лет жизни леди Тоттли и ее не вышедшей замуж дочери.

– Нет, просто оно требует ремонта.

Лорд Финч, все еще поглощенный чтением журнала об орхидеях, не слишком благородно хрюкнул.

Леди Финч пожала плечами:

– Вероятно, барон прав. Требуется большой ремонт. Но земля хорошая, и вы быстро найдете покупателя.

– Тогда почему леди Тоттли сама его не продала? – с подозрительностью спросил Рейф.

– У нее были предложения, но большей частью от выскочек и городских жителей, которые хотят обзавестись деревенским домом. К моему счастью, она высокомерно отказывала им. – Леди Финч вздохнула. – Полагаю, вы не будете столь разборчивы, и у меня появится в качестве соседа кто-нибудь из этих смехотворных и претенциозных нуворишей.

Рейф улыбнулся:

– У меня нет средств, чтобы быть слишком разборчивым, так что я продам дом первому же глупцу, который согласится его купить.

– У вас не должно быть затруднений с этим, потому что в Лондоне их пруд пруди. И хотя я вижу, что вы потерпели неудачу в Брамли-Холлоу, я все-таки вам помогу. Но попрошу взамен об услуге.

– Миледи, я буду счастлив оказать ее вам.

Она подняла глаза от тарелки и некоторое время изучающе смотрела на него.

– Есть весьма важное дело, и я очень рассчитываю на вашу помощь.

– Все, что пожелаете.

– Это нужно не мне. Другому человеку.

От ее тона у Рейфа по спине побежали мурашки. Не успел он опомниться, как в комнату вошел молодой человек.

– Рейф? Рейф Данверс? Это ты? Черт побери, я думал, что малость свихнулся, когда увидел, как ты проезжаешь мимо дома, – сказал он и подошел поближе, прихрамывая и тяжело опираясь на трость с серебряным набалдашником.

– Джемми! – воскликнул Рейф, испытывая скорее шок, чем радость от встречи с Джеймсом Рейберном – единственным наследником семейства Финчей. Подобно матери, он был затворником, хотя и по другой причине.

Несколько лет назад молодой человек отправился на корабле Колина и оказался в партизанском отряде Рейфа, который на Пиренейском полуострове искал древние сокровища.

Однако тот румяный, романтически настроенный юноша, каким его помнил Рейф, не имел ничего общего с бледным, изможденным человеком, стоящим сейчас перед ним. Рейф воочию увидел, как дорого заплатил Джемми за свои идеалистические представления о войне.

Он волочил ногу и опирался на трость в результате тяжелого ранения при осаде Бадахоса. Лицо было обезображено шрамом.

Взглянув на леди Финч, Рейф безошибочно понял, чего она хочет.

Она хочет, чтобы он помог ей спасти Джемми.

О господи, в какую историю он влип!

– Что ты здесь делаешь? – спросил Джемми, пока Эддисон ставил для него приборы.

– Я приехал, чтобы попросить твою мать помочь мне кое-кого найти.

– Да, и он собирался назвать, кого именно, когда ты появился, – сказала леди Финч. – Я думала, ты не голоден, и посчитала, что есть с нами слишком утомительно.

– Я не знал, что здесь собралась такая компания, – отреагировал Джемми, подмигнув Рейфу. – Так кого же ты ищешь? Убийцу? Вора? Иностранного шпиона? Брамли-Холлоу вряд ли может служить очагом восстания и смуты.

– Никого из тех, кого ты назвал. Я ищу автора романов о мисс Дарби.

Джемми положил на стол нож и вилку.