Элизабет Бойл – Герой моего романа (страница 11)

Леди Финч откашлялась:

– Итак, мы имеем Харрингтонов, Гедбери… Кто еще?

– Суонтоны, – предложила Рэдли. – Мисс Суонтон образованна и не боится высказать свое мнение.

Леди Финч застонала:

– Эта утомительная женщина? Которая всегда скрипит, во все вмешивается, всюду сует свой нос…

На другом конце стола раздалось вежливое покашливание. Джемми едва не выпал из кресла, а миссис Рэдли приложила салфетку к подрагивающим губам.

Леди Финч вскинула брови.

– Вычеркните миссис Суонтон. Она вряд ли может относиться к тем, кого мы ищем. Кто еще?

Откашлявшись, Джемми сказал:

– Как насчет второго сына Китлинга?

– Сидни? Этого идиота? – возмутилась леди Финч.

– Я учился с ним в Оксфорде, и его считали весьма талантливым. Его стихи получили приз уже на первом курсе.

– Надеюсь, он никогда больше здесь не появится, – заявила леди Финч. – Мы весь вечер будем слушать его жалобы и стоны о том, как он страдал, сочиняя свою последнюю песнь.

– Да, но я на днях видел, как он проезжал верхом мимо ворот на новом шикарном жеребце, в новых блестящих ботфортах. Его отец вряд ли раскошелился бы на подобные излишества. Всем известно, насколько прижимист сэр Дэвид.

– Значит, у него появились деньги? – спросила леди Финч, кивнув миссис Рэдли, чтобы та сделала соответствующую пометку в секретарском журнале.

Джемми пожал плечами.

– Он получил откуда-то куш. Кто может сказать, что это не с помощью писательства? На днях он даже заказывал спиртное в трактире.

Брови у леди Финч поползли вверх, но она не стала спрашивать, откуда Джемми об этом узнал, и повернулась к Рейфу.

– Чем я хочу пожертвовать, чтобы помочь вам, вы ни за что не узнаете, но цена этого возрастает с каждой минутой. – Вздохнув, она повернулась к миссис Рэдли. – Если мы пригласим Харрингтонов, то нам придется также пригласить лорда и леди Керквуд. – Бросив быстрый взгляд на Джемми, она добавила: – И не забудьте включить в число приглашенных леди Викторию.

– Мама! – запротестовал Джемми. – Ты не должна превращать это событие в вечер самовольных попыток сватовства.

– Самовольных? – Она смяла салфетку и бросила себе на колени. – Я хочу, чтобы ты знал: в Англии существует великое множество пар, которые считают, что их счастье – это прямой результат моего «самовольного сватовства».

– А сколько таких, которые хотели бы, чтобы их миновала чаша сия? – запротестовал он.

Миссис Рэдли снова поднесла салфетку к губам.

– Леди Виктория вполне может быть автором книг, – сказала леди Финч.

– Виктория? Вряд ли, – возразил Джемми. – Я скорее склонен предположить, что это миссис Рэдли.

Все взоры обратились к секретарше леди Финч.

– Я? Вы глубоко заблуждаетесь.

– Вы жили в Индии, – сказал Джемми. – Ваш муж был военным. И вы всегда пишете.

– Письма для вашей матери, – возразила она. – На романы не остается времени.

– Пожалуй, что так, – согласился Джемми, подмигнув всем сидящим за столом.

Лорд Финч кивнул Эддисону. Дворецкий наполнил его бокал.

– Если вы собираетесь включить в список всех подозреваемых, то нужно пригласить и полковника Постхилла и мисс Тейт.

– Мисс Тейт? – Рейф весь обратился в слух. – Мисс Ребекку Тейт?

Джемми прищурился.

– Ты знаешь Бекс?

– Бекс? – переспросил Рейф.

– Мисс Тейт. Полковник зовет ее Бекс.

– Эту мегеру с рыжими волосами?

Джемми засмеялся.

– Ты уже познакомился с нашей Бекс, – сказал он. – Зря потратил время на это знакомство.

– Она была на почте сегодня, когда я наводил там справки.

– Это та, которая повела вас на кладбище? – поинтересовался Кокрейн.

Все с любопытством посмотрели на Кокрейна.

Рейф стрельнул в Кокрейна таким взглядом, который мог означать, что это его последнее кормление.

– Ну и ну! – сказал Кокрейн, вгрызаясь в бифштекс, который подал ему Эддисон.

– Очаровашка, не правда ли? – сказал Джемми. – Но имей в виду, лучше пригласить ее сюда, чем пытаться навестить. Полковник может отправить тебя к праотцам, если ты без предупреждения заявишься к ней в один из дней, когда он не в себе.

– Не в себе?

– Он слегка чокнутый, – пояснил Джемми. – Держит наготове кремневое ружье на случай вражеского вторжения и все такое прочее. Купил пушку, поставил в огороде и нацелил на Францию. Периодически постреливает, чтобы держать врага в напряжении, как он говорит. Уверен, что на Брамли-Холлоу готовится нападение.

– Бедняга полковник переболел горячкой несколько лет назад, и после этого у него появились странности, – сказала леди Финч. – Он дальний родственник лорда Финча, и когда, вернувшись в Англию, оказался в трудном положении, мы предложили ему поселиться в Брамли-Холлоу.

– А мисс Тейт? – спросил Рейф из чисто профессионального любопытства. Она подшутила над ним, а он этого не любит. К тому же он подозревал, что она как-то связана с написанием пресловутых романов. Не забыл он и ее взгляда, который она бросила через плечо с точностью французского снайпера. О, это не просто старая дева с даром мрачного юмора! – Кто она?

– Племянница полковника, – пояснила леди Финч. – По линии его покойной жены. Мисс Тейт и ее брат Ричард жили в Брамли-Холлоу, когда были детьми. Ее отец вообразил себя охотником за сокровищами без всяких на то оснований. Более того, гоняясь за сокровищами, он довел своих близких до нищеты и вместе с семьей отправился в Индию. Сам он и миссис Тейт умерли во время путешествия. Полковник и его жена забрали детей к себе, когда те прибыли в Калькутту.

Джемми подался вперед.

– Сомневаюсь, что Бекс – автор романов. Полковник психически болен. У них сменилась чуть ли не дюжина экономок, Ребекка тратит уйму времени и сил, умиротворяя соседей, потому что полковник целыми днями стреляет в кур. У девушки нет свободной минуты.

– В то же время полковник – удивительный человек, когда приходит в себя, – вступил в разговор лорд Финч. – Великолепный шахматист. И беззаветно предан Бекс. А как образован! Постоянно просит курьера Эвелины привезти ему какой-нибудь персидский трактат или немыслимый перевод.

«Вот почему в ее корзинке лежал том Саттона», – подумал Рейф, однако это не рассеяло его подозрений.

– А ее брат Ричард? Где он?

Все переглянулись. Наступило молчание. Его нарушила леди Финч:

– Погиб, сражаясь на Пиренейском полуострове. Это разбило сердце полковника, поскольку тот считал Ричарда своим сыном. – Она вздохнула. – Ричард был очень славным мальчишкой. Он навещал нас после отъезда Джемми в Испанию, пока не оформил свой собственный отъезд.

– Если кто и заслуживает твоей опеки, мама, – сказал Джемми, – так это Ребекка. – Он повернулся к Рейфу. – Немного старовата для брачного рынка, но чем-то привлекает парней, они сами не замечают, как влюбляются в нее.

«Тот, кто влюбится в такую ведьму, должен сразу зарезервировать себе место в Бедламе рядом с ее дядюшкой», – подумал Рейф.

Однако воспоминание о ее сверкающих глазах и пухлых губках почему-то разволновало его. Он постарался объяснить себе это тем, что она взяла верх над ним. По крайней мере на некоторое время.

– Когда вы могли бы устроить такой обед? – спросил Рейф.

Леди Финч улыбнулась:

– Можно завтра, пока мы еще не одумались.

Джемми застонал.