Элисон Гудман – Клуб «Темные времена» (страница 26)

Хелен прищурилась, недовольная саркастическим замечанием графа, но все-таки перевела взгляд снова на Каролину. Она сосредоточила внимание на живом личике, на котором каждую секунду сменялись эмоции.

– Боже мой, – прошептала Хелен.

– Слушаю?

– Леди Каролина… – Девушка замялась, подыскивая нужные слова. – Похоже, что она отказалась от себя ради него. Звучит бессмысленно?

– Продолжайте.

– Для нее лорд Байрон – весь мир. Когда они не вместе, она не знает, для чего живет. Ее переполняет яркая энергия, творческая сила, но их пожирает безжалостная любовь.

Хелен взглянула на графа. В очередной раз он пристально ее изучал.

– Вы правы, – согласился лорд Карлстон. – Но вы способны забраться глубже.

Способна ли? Правильней было бы спросить – хочет ли она окунуться в омут боли и любви? Хелен редко заглядывала в души других людей. Она не копалась в сокрытых тайнах. Это намного сложнее – требуются неизменная концентрация и абсолютное спокойствие. К тому же вскрывать темные секреты без ведома самого человека казалось ей несправедливым. Хелен снова вгляделась в лицо леди Каролины, в ее горящие страстью глаза.

Хелен опустила глаза. То, что она увидела, показалось ей слишком личным.

– Боюсь, что ее любовь близка к одержимости.

– Так и есть, – кивнул граф. – Каролина – печальный пример вышедших из-под контроля чувств. Как насчет Байрона?

Поэт улыбнулся своей возлюбленной. Цинизм и презрение – вот что сквозило в его взгляде. Этого нельзя было не видеть.

– Лорд Байрон не боится ни порока, ни забвения; он боится любви. Он уже устал от леди Каролины. Бедная девушка! Она об этом не подозревает. – Хелен прищурилась. – Он тоже пока это не осознал. Так или иначе, его отпугивает настойчивость леди Каролины. Он из тех людей, что хотят добиваться своей возможной пассии, но несчастная предлагает ему себя как подношение Богу, остужая тем самым пыл лорда Байрона.

Хелен одернула себя: говорить подобные вещи малознакомому джентльмену было по меньшей мере неприлично.

– Возможно, я что-то себе надумала, – добавила она.

– Нет, вы правы. А теперь взгляните на сэра Мэттью Баллантайна. Что у него на сердце?

В голосе графа проскользнула странная нотка – он не торопил Хелен с ответом, но настаивал на нем; похоже, что именно этот вопрос интересовал его с самого начала. Что такого важного можно отыскать в душе сэра Мэттью?

Девушка присмотрелась к морщинистому лицу денди:

– Он, как и все, пленен словами лорда Байрона.

– Не тратьте мое время впустую, леди Хелен. Мы уже знаем, что вы способны проникнуть глубже.

Хелен поборола не подобающее леди желание послать его к черту и вернулась к изучению сэра Мэттью. Помещение все так же было пропитано жужжанием тихих бесед, и Хелен быстро успокоилась и сосредоточилась. Однако больше на лице пожилого джентльмена ничего не отражалось.

– Я ничего не… – Тут в лице сэра Мэттью что-то вспыхнуло. – Стойте! Там… О! – Хелен растерялась и прошептала: – Желание.

– И? – подбодрил ее лорд Карлстон.

Потребовалось около минуты тщательного анализа, чтобы понять скрытые в глубине души чувства сэра Мэттью. Хелен с омерзением отпрянула, не в силах описать увиденное.

– Им управляет неутолимый голод, и жаждет он лорда Байрона, – с трудом подбирая слова, проговорила девушка.

– Да, – сказал Карлстон, удовлетворенно улыбнувшись – как тогда, в парке.

– Что это значит? – потребовала ответа пораженная Хелен. – Он словно хищник. Боюсь, что лорду Байрону грозит опасность.

– Какого рода? – Лорд Карлстон подался вперед, на его лице появился интерес.

– Не знаю. Это чувство проявилось лишь на мгновение и было таким странным, – призналась Хелен. Граф разочарованно вздохнул. – Однако сэр Мэттью имеет злые намерения по отношению к лорду Байрону. Несомненно, его надо предупредить!

– И что вы предлагаете? «Простите за беспокойство, лорд Байрон, я тут заглянула в душу сэра Мэттью и заметила там жестокие намерения по отношению к вашей персоне»? – Лорд Карлстон покачал головой. – Он сочтет вас безумной или злонравной. Да, мы с вами видим чувства людей, но решать, как действовать, исходя из них, не так-то просто.

– Я не могу это так оставить! – возмутилась Хелен. До нее не сразу дошло значение слов графа. – Так вы, как и я, способны читать по лицам?

– Да, – склонил голову лорд Карлстон.

– И вы знали, что лошадь потеряла задор. Прошу, объясните, откуда мы все это знаем. Почему у нас это выходит? Я сделала то, о чем вы просили. Я заслуживаю ответов.

– Я не могу дать их здесь. Будет лучше, если вы увидите правду своими глазами.

Хелен так долго его терпела, а он все отказывается отвечать на ее вопросы? Краем глаза девушка заметила, что сэр Мэттью ощутил на себе взгляд коренастого джентльмена, тревожно напрягся, отвесил поклон знакомым из кружка слушателей и удалился в соседнюю комнату. Коренастый джентльмен выпрямился и посмотрел на лорда Карлстона; граф кивнул, подавая сигнал, и тот последовал за сэром Мэттью.

– Что я увижу? – отрывисто прошипела Хелен. – Это связано с сэром Мэттью? С лордом Байроном все обойдется? Вы должны…

– Сейчас вас не должны волновать сэр Мэттью и лорд Байрон, леди Хелен. Насколько я знаю, во вторник вы посетите Воксхолл-Гарденз?

– Да, но вы обещали…

– Я ничего не обещал. Я покажу вам, кто вы есть, в саду. Подождите до вторника. Вам удалось открыть медальон матери?

Девушка уставилась на собеседника. В смысле – кто она есть? Нельзя бросаться такими фразами, а потом делать вид, будто ничего не произошло, и менять тему.

– Вы открыли медальон матери? – повторил граф.

– Да, – огрызнулась Хелен, стремительно теряя самообладание. – Так что вы имели…

– Отлично. Захватите его с собой в Воксхолл-Гарденз.

Лорд встал с кресла.

– Нет! – вскрикнула Хелен, схватила его за руку и тут же застыла, пораженная тем, что нарушила все правила приличия, а также злобой, мелькнувшей в глазах Карлстона. Он сжал кулак и напряг мышцы руки, готовясь к удару. Девушка сама отпустила его и пробормотала: – Прошу прощения, лорд Карлстон.

Граф побледнел. Глубоко вдохнув, он поклонился:

– Это я должен просить прощения, леди Хелен. Слишком долго я жил вдали от приличного общества.

Он повернулся и вышел из гостиной, прижав руку к телу и растопырив пальцы, будто сдерживая рвущуюся наружу ярость.

Глава десятая

Понедельник, 4 мая 1812 года

Следующим утром Хелен сидела за туалетным столиком и смотрела в зеркало, прижав пальцы к уголкам глаз, словно надеясь выдавить правду.

«Я покажу вам, кто вы есть».

Эта фраза запрыгнула в ее сознание подобно жабе, как только девушка проснулась. Дерби укладывала ее волосы к утренней молитве и завтраку, а ядовитая жаба ползала по мыслям Хелен, оставляя за собой мерзкий, пугающий след.

Кто она?

И что за чувства овладели сэром Мэттью?

Голова закружилась от приторного аромата жирной помады для волос и сладкой лаванды. Нежные пальцы Дерби пробежались по макушке Хелен, горничная вплетала синюю ленту в прическу хозяйки.

– Миледи, вы сегодня сильно встревожены, – осмелилась заметить Дерби.

– Вчера у Говардов я виделась с лордом Карлстоном. – Хелен провела подушечками пальцев по скулам и надавила на них. Легкая боль помогала отвлечься от беспокойства. Девушка встретилась в зеркале с взволнованным взглядом горничной. – Он признался, что ему известно о моих способностях.

Дерби оглянулась на дверь в коридор, та была плотно закрыта, Хелен проверила ее заранее.

Горничная подалась вперед и спросила:

– Что он сказал?

– Мало что. Пообещал что-то показать мне в Воксхолл-Гарденз. Что-то, что касается меня лично.

– Ох, миледи, и вы его послушаетесь? Такое странное обещание. Вы теперь ему доверяете?

– Нет, конечно.