Элис Кова – Дуэт с герцогом сирен (страница 74)
Тридцать семь
– Я беспокоюсь за вас обоих, – схватив меня за руку, торопливо шепчет Лусия, хотя и обращается непосредственно ко мне.
Сохранить невозмутимость удается лишь благодаря долгим годам тренировок.
– О чем ты говоришь?
– Ты… и мой брат… – Ей не сразу удается сформулировать мысль, как будто Лусии самой не верится, что она вообще произносит подобные слова. Или, возможно, ей просто неловко обсуждать интимную жизнь брата.
– Не понимаю, что ты имеешь в виду, – продолжаю прикидываться дурой.
Вероятно, она что-то видит или слышит, но пусть конкретнее расскажет, что именно ей известно. Тогда я постараюсь получше скрыть все следы, чтобы защитить Ильрита.
– Твои узоры немного изменились.
– Правда? – Осматриваю свою руку. Татуировки выглядят так же, как и всегда.
– Да. – Лусия тоже изучает рисунки. – На коже изменений мало, но песня, звучащая в твоей душе, уже не та, которую мы составляли изначально. Так существенно подправить ее могло только некое весьма значительное событие.
– Я слышала голос леди Леллии, – предлагаю собственное объяснение. Сможет ли оно ее удовлетворить? Сработает ли, если заметит кто-то еще?
Лусия замирает, переводя на меня взгляд.
– Серьезно? – все так же шепотом уточняет она, но теперь вместо страха и беспокойства в ее голосе звучит благоговение… и мимолетная надежда, настолько же слабая, как и ее слова.
– Никаких сомнений, – киваю я. – Возможно, узоры изменились из-за этого?
Лусия отстраняется, переводя взгляд с моей руки на лицо и обратно.
– Столь грандиозное событие могло бы вызвать изменения, но я знаю песню брата, – вздыхает она. – И теперь слышу ее в тебе.
Сердце пропускает удар. Не представляю, какие эмоции испытывать по данному поводу: радоваться или скорбеть. Песня Ильрита стала частью меня, записана в моей душе. Каково придется ему, когда я покину этот мир? А мне самой?
– Кто-нибудь еще сможет это узнать? – Несмотря на то, что мы сознательно пошли на риск, хочу по мере сил оградить его от опасности.
– Скорее всего, нет, – неохотно признает она. – Просто я видела почти все твое помазание и хорошо знаю песню твоей души, а песню брата – еще лучше.
Это вселяет надежду.
– А помазание не пострадало?
– Насколько вижу, нет. –
– Нам известны риски, – отвечаю я, стараясь вселить в нее хоть немного спокойствия. Внутри вновь начинает шевелиться чувство вины за принятые нами решения, однако я не позволяю ему взять верх. Пути назад уже нет. – Я понимаю твое беспокойство, но у нас все под контролем.
Со вздохом она отплывает в сторону и, прислонившись к колонне, смотрит в сторону Бездны.
– Лусия…
– Наша мать отдала все, чтобы попробовать подавить гнев лорда Крокана, но этого оказалось мало. Ильрит всегда винил себя за то, что ее жертва была бессмысленной. Считал, что из-за него мама сохранила связь с этим миром и поэтому не сумела правильно спуститься в Бездну. – Взгляд Лусии устремляется куда-то вдаль, словно бы она пытается проникнуть за Завесу, отделяющую этот мир от соседнего, и еще раз увидеть свою мать. – Нам с Фенни пришлось наблюдать, как он постепенно сознавал всю тяжесть своего долга. Ему даже не представилось возможности, сидя рядом с телом, оплакать кончину нашей матери. И теперь брат снова идет на тот же риск. – Лусия поворачивается ко мне, и ее полный боли взгляд ранит острее любого кинжала, безошибочно находя уязвимое место у меня между ребер. – Ты его убьешь.
– Вовсе нет, – с пылом возражаю я. – Я не допущу, чтобы с ним что-то случилось.
– Ты уйдешь, – коротко бросает она. – И если его не погубит чувство вины из-за того, что ты не оправдала себя как подношение, то тяжесть утраты точно сделает свое дело. Так случилось с моим отцом.
В ответ качаю головой.
– Твой отец любил твою мать, а Ильрит меня не любит. – Лусия бросает на меня печальный взгляд. – Не любит, – настаиваю я. – Я об этом позаботилась.
– Если ты об этом позаботилась, то почему я слышу песню его души, гармонично слитую с твоей? – В глазах Лусии читается стальная решимость. Именно так я смотрела бы на любого, кто только посмел бы помыслить о том, чтобы причинить вред Эмили. – Назови хоть одну причину, почему я не должна сообщить о вас двоих в Хор.
Ее слова, холодные, как лед, приковывают меня к месту.
– Я даю тебе слово, что…
– Твое слово? – В ее тоне столько осуждения, что по спине пробегает холодок, а в голове звучит оскорбление, которое бросали мне вслед жители Денноу, хотя теперь я не понимаю почему:
– Ты обещала посвятить себя помазанию, если он поможет твоей семье, – напоминает она.
– Я и посвятила. Принимаю его всем существом.
– Нет, если своими поступками ты ставишь под угрозу саму цель! – рявкает она.
– Лусия… пожалуйста, – тихо начинаю я. – Это была всего лишь страсть, ничего больше. – Странно лгать, пытаясь защитить свою честность. Но главное, чтобы Ильрит не пострадал из-за того, что между нами произошло. – Я его не люблю. Он это знает, – продолжаю я, совсем неубедительно. Надеюсь, Лусия не примет мои слова за откровенную ложь.
– Правда? – скептически уточняет она.
– Да, он знает. Я прямо сказала ему об этом до того, как… все случилось. – Мне крайне неудобно обсуждать такую тему с его сестрой, но выбора нет. – Пожалуйста. Я просто хотела перед смертью испытать немного удовольствия – так сказать, унять зуд. Я утолила желание, и это скорее помогло разорвать связь, чем ее создать.
Лусия не сводит с меня настороженного взгляда. Подплыв ближе, она со вздохом устраивается на краю моей кровати, опирается локтями в изгиб хвоста, кладет на руки подбородок и снова поворачивается к Бездне.
– Мне это не нравится, – откровенно признается она. – Бесит, что впервые за шесть долгих лет я вижу брата по-настоящему счастливым, но его женщина обречена на смерть.
– Прости. – Подплываю и устраиваюсь рядом с ней. – Ильрит – хороший мужчина и заслуживает всего самого наилучшего. Жаль, что я не могу сделать его счастливым.
– Он выживет. Мы с Фенни об этом позаботимся. Только, пожалуйста, не усложняй нам задачу еще сильнее. – В ее надломленном голосе слышится отчаянная мольба.
– Не буду. – Я разрываюсь надвое. Между долгом и желаниями. Между клятвами и обязательствами и мужчиной, о котором я не просила и даже не думала, что он мне нужен. – С ним все будет хорошо, я не сомневаюсь. У него есть ты и Фенни. – Думаю, сестры Ильрита долгое время вместе заботились о герцогстве Копья.
– Только он не всегда нас слушает, – вздыхает Лусия и, встав с кровати, отплывает в сторону. – Я не скажу Вентрису, – застыв спиной ко мне, обещает она.
– Нет? – вырывается у меня. Я почему-то не сомневалась, что Лусия обо всем доложит.
– А какой смысл? Мы уже не успеем помазать кого-то другого. К тому же на тебе узоры подношения, поэтому прежде, чем совершить новую попытку, сперва придется тебя убить. – Мрачный прогноз, но мне только на руку. – Так что даже если ты окажешься не на уровне, все равно лучше, чем ничего. Я содрогаюсь лишь при мысли о том, что может случиться, если на сей раз мы вообще не принесем жертву лорду Крокану. Тем более брату и так хватает неприятностей. Ни к чему добавлять новых.
Тоже поднявшись с кровати, подплываю к ней.
– Спасибо, Лусия. Знаю, ты это делаешь вовсе не ради моего блага, но для меня твой поступок очень много значит.
– Что ж, докажи, что Ильрит не зря верит твоему слову.
– Обязательно, – обещаю я. Насколько помню, за всю жизнь я ни разу не нарушала клятвы. – Клянусь тебе. Я усмирю гнев лорда Крокана и верну в Вечноморе покой и процветание.
– Хорошо. И кстати, проследи, чтобы с этого момента твоим помазанием занимались только мы с Ильритом. Не стоит рисковать, иначе кто-нибудь еще может догадаться о происходящем.
– Ты добрая женщина и хорошая сестра, Лусия. Спасибо.
Жаль, мне не выпало больше времени, чтобы узнать ее получше и, возможно, даже с ней подружиться. У меня с Лусией – так же, как и с Ильритом – зарождается особая связь, но, к сожалению, ей не дано перерасти в настоящую дружбу.
– Не заставляй меня об этом пожалеть, – едва заметно кивнув, предупреждает она и принимается за работу, действуя уверенно и целеустремленно.
Лусия почти заканчивает, когда в комнате появляется Вентрис.
– Как она? – интересуется он у сестры Ильрита, даже не поздоровавшись со мной.
– Как раз заканчиваю. – Лусия еще раз проверяет новые линии и немного подправляет старые. Надеюсь, она и вправду сумеет скрыть изменения, которые внес в мои узоры Ильрит.
Вентрис подплывает ближе. Я не двигаюсь и стараюсь сохранить на лице спокойное выражение.
– Она хорошо выглядит, – отстраняясь, объявляет он, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не опустить облегченно плечи. – Как всегда, отличная работа.
– Спасибо, ваша светлость, – склоняет голову Лусия. – Если позволите спросить, к какому сроку нужно завершить нанесение узоров?