Элис Кова – Дуэт с герцогом сирен (страница 36)
– Ты не хочешь жениться?
– Дело не в желании. Проблема в том, что в этом вопросе у меня нет выбора. В Вечноморе на меня возложены две главные обязанности – ну, помимо твоего помазания. Первая: защитить мой народ от духов, безумных эмиссаров лорда Крокана и прочих выползающих из Бездны ужасов. – По мере перечисления Ильрит загибает пальцы, при этом слегка задевая меня локтем. – И вторая: обеспечить наследника, чтобы род Гранспеллов не прервался и продолжал с Острием Рассвета в руках защищать эти земли.
Смотрю сквозь толщу воды, размышляя над его словами.
– Знаю, это не мое дело… – Я останавливаюсь.
Ильрит замирает рядом со мной.
– Отчего-то мне кажется, что ты все равно выскажешь свои мысли. – Однако он не выглядит раздраженным. Скорее позабавленным.
– Угадал, – ухмыляюсь я. Просто не могу промолчать. Если я уберегу хоть кого-то от той же ошибки, что совершила сама… – Брак – это клятва, к которой не стоит относиться легкомысленно. Прежде чем давать ее, нужно хорошенько подумать о последствиях и никогда не действовать по принуждению, иначе все кончится разбитым сердцем. Я понимаю, существуют обязательства, но… перед заключением брачного союза убедись, что женщина, которую ты выберешь, знает, что у тебя на сердце. Вы оба должны сознательно предпринять этот шаг. Побольше общайтесь, хорошо относитесь друг к другу – пусть не с любовью, но хотя бы с уважением. Постарайтесь стать друзьями.
Ильрит задумчиво меня изучает. Так и жду, что он обидится на мое вмешательство и попросит не совать нос не в свое дело, однако герцог просто кивает.
– Мудрый совет, Виктория. Ты точно не замужем? – едва заметно улыбается он.
– Совершенно точно. – Немного странно говорить об этом здесь, но напоминание о том, что я наконец-то свободна, греет душу.
– Тогда ты мудра по натуре. – Он дарит мне улыбку. Похоже, сирен даже не берет в расчет, что я могла быть замужем прежде. Наверное, в Вечноморе не приняты разводы. – Находчивая, сильная, умная, способная, честная и преданная… Мне повезло, что той ночью в море я встретил именно такую женщину.
Второй раз за день силюсь не покраснеть, но на этот раз не от злости, а от тепла его похвалы. От комплиментов Ильрита внутри поднимаются такие эмоции, каких я не испытывала уже очень давно. На самом деле у него нет причин меня хвалить, а значит, он говорит искренне. Не зная, как вести себя перед лицом подобной доброты, отвожу глаза и пожимаю плечами.
– Поверь, у меня тоже хватает недостатков.
– Тогда дай мне знать, когда проявится хоть один, иначе я начну считать тебя настоящим совершенством.
Ильрит плывет дальше, но я, слишком потрясенная, еще несколько мгновений держусь на месте, а потом вдруг понимаю, что он направляется вовсе не в мою комнату.
– Куда мы?
– Поможешь мне с одним делом.
– Но ты пообещал Фенни, что проводишь меня в комнату и вернешься к ним.
Ильрит с ухмылкой оглядывается через плечо.
– Неужели я похож на мужчину, который станет безропотно исполнять чужие указания?
Нет. И, что хуже всего, этим он еще сильнее мне нравится.
Шестнадцать
– Куда мы? – уточняю я, когда внизу проплывают крыши поместья.
Ильрит больше не вырывается вперед, а держится рядом со мной.
– К дому Шила.
– Шила? – удивленно переспрашиваю я.
Акулоподобного мужчину я не видела целую неделю, а то и две, и уже забыла, когда в последний раз общалась с ним по-настоящему. Кажется, после ранения Ильрита мы практически не пересекались. Вряд ли он, как и я, жалел об этом.
– Да. Думаю, ты сможешь помочь в одном деле.
– В каком именно? – Немного обгоняю Ильрита и оглядываюсь на него.
– Не любишь сюрпризы? – понимающе улыбается он, чуть приподнимая уголки рта. В его глазах, словно пятна солнечного света, скользящие по морскому дну, пляшут озорные искры. Сейчас лицо герцога смотрится в равной степени застенчивым и соблазнительным. Неудивительно, что дамы за завтраком едва на него не набрасывались.
– Только не в важных вопросах.
Ильрит замедляется, потом и вовсе останавливается. Следую его примеру и замираю рядом с ним. Изгибая хвост дугой – медленно, чтобы резко не рвануть вперед – он заплывает мне за спину и обнимает рукой за плечи, почти касаясь кожи. Его недоприкосновения с каждым разом становятся все более невыносимыми.
Ильрит указывает вперед, где на небольшом рифе, который лежит за бесплодной пустошью, покрытой лишь песком и ракушками, построены дома.
– Видишь? Вон там находится небольшой городок моего герцогства, где живет Шил и многие другие вассалы. В его доме есть некто, отчаянно нуждающийся в твоей помощи.
– В моей помощи?
– Да.
– Но чем я могу помочь?
– Она больна гнилью, – серьезно говорит Ильрит, и по его лицу пробегает тень, придавая затравленный, отчужденный вид. – Я верю, что ты сможешь ее исцелить.
– Как?
– Гниль – это проклятие смерти, возникающее в результате гнева лорда Крокана. Магия леди Леллии ее сдерживает. Ты как раз изучаешь магию древних богов, поэтому сумеешь ее подавить, – уверенно заявляет он, явно преисполненный надежды.
Мне бы такую уверенность.
– Мы никогда не пробовали ничего подобного.
– Но мы изучаем гимны уже несколько недель. Ты готова.
Я не могу пойти туда и потерпеть неудачу, позволить кому-то умереть…
– Ильрит…
– Ты хочешь отправиться во впадину? Тебе ведь нужно спасти родных.
– Не смей сюда их втягивать! – холодно бросаю я.
Ильрит решительно сжимает мою руку и, наклонив голову, смотрит мне прямо в глаза. В его глазах читается неколебимая уверенность, которую он мысленно пытается передать мне.
– Покажи, что готова, – с усмешкой предлагает он и добавляет: – Я думал, ты не из тех, кто пасует перед вызовом.
– Ты сам видел, как быстро я убралась из того зала. – Вместо того чтобы принять вызов и спеть перед остальными.
– Верно, но это не имеет значения. То было небольшое показное, отчасти доблестное сумасбродство. Теперь другое дело. На кону стоит жизнь, и я знаю, Виктория, что ты не бросишь живое существо в беде.
Делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться.
– Откуда ты так хорошо меня знаешь?
От понимания, насколько сильно я раскрылась перед ним, по коже пробегает холодок. Я ведь не собиралась пускать его внутрь, за стену, которой от всех отгородилась, но каким-то образом во время разговоров и дней, проведенных за бессловесным пением, он смог нащупать грубые очертания моих скрытых шрамов и невысказанных секретов. Глядя на меня, герцог видит не только внешний фасад, а я… Сейчас он воспринимается мной столь же близким, как члены моей команды, и дарит утешение, как моя семья. Нам запрещено близко общаться, и все же в каждом украденном мгновении с ним и тайном прикосновении я нахожу освобождение. Здесь, в этом мире, работая с ним и изучая магию, я чувствую себя живой, как никогда прежде.
– Все трудности ты преодолеваешь спокойно и уверенно – просто потому что хочешь помочь окружающим и тем, кого любишь. И это восхищает.
Послушать его, так я образец бескорыстия. Кривлю губы в горькой усмешке. Истина гораздо сложнее. В нее вплетаются оттенки искреннего сострадания и скрытого, мучительного желания стать достойной. Я долго существовала в запутанном противоречии: несмотря на упрямство, подчинялась, чтобы угодить другим, и вела себя независимо, но тем не менее жаждала одобрения, нуждаясь в нем и в то же время способная обойтись без него.
Мне удалось убедить себя, что, пока я работаю, стремлюсь, помогаю и отдаю, смогу компенсировать свои недостатки и стать достойной любви окружающих.
Возможно, я ошибалась. Только вот если Ильрит верит, будто мной движут простые, альтруистичные мотивы, значит, он совсем меня не знает.
– А теперь обхвати меня за плечи. – Герцог отпускает мою руку и поворачивается ко мне спиной, не подозревая, какой эмоциональный осадок взбаламутил в моей душе.
– Прости?
– Так будет проще и быстрее. Мне же не трудно.
– Разве не унизительно, если кто-то станет кататься на герцоге, как на дельфине? – мелькает в голове непроизвольная мысль, и даже кулон не способен ее удержать.
Прищурившись, Ильрит бросает на меня взгляд через плечо.
– Прежде я никогда об этом не задумывался… но спасибо, что просветила, как ты воспринимаешь мою доброту. Ну, хватаешься или нет?