Элис Кова – Академия Аркан (страница 39)

Ощущение безысходности тянет меня всё глубже в подушки кресла. Это всё моя вина. Я знаю это. Если бы я не ушла, если бы не попалась в их ловушку… эти мысли проносятся в голове под немой аккомпанемент осуждающего взгляда Бристары.

— Они даже не потрудились взять гостей клуба живыми, — говорит Грегор, сжимая кулак.

— Арина? — повторяю я. Тише. Слабее. Но ещё более отчаянно. Я хочу узнать, что случилось с остальными, но сестра… Я должна знать, что с ней стало.

— Всё, что мы могли тогда — это просто выбраться, — шепчет Юра, опуская голову. — Мы пытались вытащить как можно больше, но там был хаос. Арина… Мы не видели её с той самой ночи. Сначала думали, что она просто залегла на дно. Что не могла покинуть академию. Но она так и не вернулась с тем грузом, что должна была забрать. И больше не оставила ни одного сообщения.

— Я слышала, что она сбежала. — Мой голос дрожит, как и сердце. — Сайлас сказал, что её якобы отправили в Шахты — это официальная версия. — Последние слова поднимаются почти до вопроса, хотя я и так знаю: они уже всё поняли.

— До нас дошли такие же слухи, — говорит Твино, бесстрастно. Слишком бесстрастно. Моя паника усиливается. — Поэтому мы стали копать глубже.

— И?.. — моё дыхание сбивается.

Твино смотрит на Бристару. Остальные — за ним. Их лица искажены болью, и это говорит больше любых слов. Молчание в комнате становится тягостным, как сама смерть.

— И? — повторяю я.

— Согласно слухам, которые до нас дошли, и той информации, что нам удалось найти… она погибла, — ровно произносит Бристара.

С моего лица мгновенно уходит краска. Отчаяние разлетается внутри, как тысяча стеклянных осколков. Кровь стучит в ушах, оглушая. Пальцы снова немеют. Но сердце… не бьётся вовсе. Оно застыло на последнем осколке надежды, что у меня остался.

— Вы нашли тело? — спрашиваю я.

— Нет, — качает головой Твино.

— Тогда у нас есть шанс, — заявляю я.

— Клара… ты же знала Арину, — тихо говорит Грегор. В его голосе слышна боль, свежая, как будто всё случилось вчера. — Она была дерзкой, смелой, упрямой. Делала только то, что хотела. Если бы она была жива — мы бы знали. Либо по слухам, либо она сама вернулась бы.

— Не обязательно, — возражаю я. — Если бы она сочла, что возвращение опасно…

— Не на столь долгий срок, — мрачно отзывается Бристара.

— Возможно, её держат в плену.

— Ты же знаешь, Клара, в Орикалисе не берут пленных, — каждый её ответ — как удар кулаком по сердцу.

— А меня они взяли, — бросаю я.

— Странно, правда? — Бристара прищуривается. Я не могу сейчас справляться с её недоверием. Не сейчас.

— Шанс есть. — Мои слова звучат как угроза всем, кто осмелится сказать иначе. Я встречаюсь с ней взглядом. В этот раз она молчит. — Арина так же сильна, как и я, и вы все это знаете. Пока я не увижу её кости, пока прах не просочится сквозь мои пальцы — она жива.

— Мы искали её, — мягко говорит Юра. — И продолжаем присматриваться. На всякий случай.

— Хорошо. У меня есть собственная зацепка, — я резко встаю. — И она находится в Академии Аркан.

Глава 24

— Что? — Грегор отшатывается. — Ты была в академии?

— Ты проникла туда? — уточняет Юра.

— Вроде того… Я была там как студентка, — поправляю я.

Рен морщится, как будто проглотил что-то кислое:

— Я думал, ты после побега заляжешь на дно. А ты, выходит, сразу полезла прямо в пасть зверю?

— Почему ты вообще туда пошла? — спрашивает Грегор.

— Так было безопаснее… тогда, — не знаю, как много из этого я в силах объяснить. Но знаю — я обязана рассказать правду. И всё же, неожиданно меня спасает Твино.

— Почему ты хочешь вернуться? — он смотрит не в прошлое, а в будущее.

— Академия — последнее место, где Арина точно была. А значит, именно там начинается след. — Есть один человек, который знает правду, и на этот раз я заставлю его говорить.

— Не возвращайся туда, Клара. Ты же помнишь, что говорила твоя мать об этом месте. Не заставляй её память пережить ещё одну дочь, проигнорировавшую её предостережения, — говорит Бристара сухо, но в голосе слышится нотка укора. Она знала мою мать. Не близко. Но достаточно хорошо, чтобы знать о тоннелях в горах — там она когда-то нашла нас с Ариной и предложила место в клубе.

— Моя мать мертва, — не кричу, не жалуюсь. Просто констатирую. Но почему-то эти слова заставляют всех отвести взгляд. Всех, кроме Бристары. Она по-прежнему спокойно смотрит на меня. — Всё, чего она хотела или не хотела для нас с Ариной, ушло вместе с ней.

— Почти её желания. И прислушайся к её предупреждениям, — говорит она, как будто именно ей моя мать их и доверила.

— Арина — всё, что у меня осталось. Я не откажусь от ни малейшего шанса найти её.

— А как же эта семья? — Бристара обводит взглядом всех в комнате. Никто не смотрит на меня.

У меня сжимается желудок.

— Вы ведь знаете, я…

— Ты должна её найти, — заканчивает за меня Твино. — Мы не бросаем свою семью. Ни кровную, ни ту, что по выбору.

Остальные молча кивают. Но Бристара по-прежнему сомневается. Её взгляд — твёрдый, пронизывающий. Я не отступаю. У меня много недостатков. Я могу быть дерзкой, импульсивной. Могу врываться без плана, говорить лишнее на эмоциях.

Но одного никто не сможет сказать: что я не верна тем, кого люблю.

— Я вернусь, — говорю, хоть и не уверена, когда смогу сдержать это обещание… Но Арина нашла путь из академии — и я найду. С Сайласом или без него. Я направляюсь к двери.

— Подожди, — Юра вскакивает, бежит на кухню и возвращается с узелком, обёрнутым тканью — в нём её фирменное печенье. — Будь осторожна, пожалуйста. Мы понимаем, что ты должна её найти. Но не забывай: мы уже думали, что потеряли вас обеих. Ты уже вернулась с того света. Пожалуйста, не умирай снова.

— Никогда, — я целую её в обе щеки и прячу свёрток в карман. — Не плачьте по пустому гробу, — напоминаю всем, кидаю последний взгляд — и выхожу.

Но не успевает за мной захлопнуться дверь, как Бристара выходит следом. Я даже не услышала, как она поднялась. Мы остаёмся наедине в коридоре.

— Ты уверена, что можешь доверять этому Сайласу?

— Уверена, — отвечаю тихо, чтобы он не услышал. Думаю, он всё ещё в передней комнате.

— А ты уверена в своей способности судить о людях после того, что было с прошлым заданием? — её слова ранят. Я отвожу взгляд, сжимаю кулаки… и медленно разжимаю. Она даёт мне немного времени. Потом, гораздо мягче:

— Я просто волнуюсь, Клара. Волновалась тогда. Волнуюсь и сейчас. Я боюсь за этот дом, что мы еле-еле восстановили. Если мы снова доверимся не тем людям… второго шанса может не быть.

— Я знаю, — опускаю голову. — Но мне нужно было выбраться. Нужно было найти вас… и узнать, если… если… — если я действительно всех потеряла. Я не могу это произнести.

— Следи за ним, — говорит она. В её тоне — не просьба, не приказ. Что-то между.

— Уже планировала, — отвечаю.

Её длинные, тонкие пальцы ложатся мне на плечи. Это самое близкое к объятию, что она когда-либо позволяла себе. Я всегда думала, что она просто знала — мне не нужна была мать. Я нуждалась в наставнике.

— Пока что держись в тени. Выясни всё, что сможешь. Как бы мне ни было тяжело это признавать… возможно, ты права. Ответ на вопрос, что случилось с Ариной, скрыт в академии.

— Он там, — отвечаю уверенно. — Как только узнаю правду — вернусь. Окончательно.

— Надеюсь, что так. — Она делает короткую паузу. — И если ты всё-таки собираешься игнорировать волю своей матери и идти в крепость… хотя бы не называй своего настоящего имени. — То, что Бристара вообще знала моё настоящее имя, говорит о её близости с матерью. Пусть они и не были подругами, но мать явно ей доверяла. А значит — и я могла.

— Я всегда его скрываю. — С последним кивком я направляюсь в кабинет. Часть меня не хочет уходить от них, но я найду дорогу назад.

А пока — у меня есть принц, которого нужно допросить.

Я нахожу Сайласа, склонившегося над столом, выходящим окнами на дорожку у дома. Он закрывает дневник — наверное, уже закончил работу над картой.

— Пора, — говорю я.

На мгновение его губы искривляются в недовольной гримасе, когда он смотрит в окно и на небо. Там ещё темно, но края уже начинают серебриться предрассветными бликами.

— Похоже, да.