Элис Айт – Сладкие цепи для Ястреба (страница 3)
Ястреб закатил глаза.
– Бросьте прикидываться. Любому дураку ясно, зачем молодой вдове красивый раб. Чем быстрее мы переступим через моралистские бредни, тем быстрее перейдем к действу, которое удовлетворит нас обоих.
Моралистские, вот как. Не слишком ли сложное слово для необразованного пирата?
– Иди мойся, – отрубила я. – Один. Попробуешь кого-нибудь облапать – плеть бывшего хозяина покажется тебе сладкой негой!
Судя по скучающему взгляду, он не поверил. Да и правильно сделал, в общем-то…
Но я разрушать образ строгой хозяйки не стала. Притопнула ногой и взмахнула рукой.
– Пошевеливайся!
Он уже третий раз пожал плечами и, поигрывая мускулами, направился за пожилой Шефанной, хитро посмеивающейся в кулак. А я, как только раб скрылся за поворотом, выдохнула и расслабилась.
– Много с ним проблем будет, – проворчал Кефар. – Лучше бы по рекомендации телохранителя взяли.
– Он бы стоил раз в пять больше, – привела я тот аргумент, о котором размышляла всю дорогу. – А главное – подумай вот о чем. Он меня спас. Помог без чужого приказа, хотя рисковал тоже получить нож под ребра. Тебе не кажется, что это дорогого стоит?
По морщинистому лицу прошла рябь, как на потревоженном ветром озере, когда управляющий скорчил недоверчивую мину.
– Он фамильярен и чересчур много о себе думает. С такими всегда беды, госпожа. Уж кому знать, как не мне?
– Я нисколько не сомневаюсь в твоем опыте, – заверила я и ввернула самый последний довод: – Но где гарантии, что по рекомендации нам всунут уже подкупленного телохранителя? Откуда-то же ун-Фатих знал, что я буду на невольничьем рынке.
Кефар сразу притих и посмурнел. Наверняка ему тоже приходила в голову эта мысль.
Если на базаре нас уже поджидали, кто-то должен был доложить моему сопернику о том, что я туда иду. А это мог сделать только кто-то из своих, домашних, потому что ни при ком другом я предстоящую покупку рабыни не обсуждала.
Но кто? После смерти мужа я отпустила почти всех его невольников и оставила в доме только тех, кому доверяла. Раньше прислуга в доме исчислялась десятками, сейчас ее можно было сосчитать по пальцам двух рук. Сам Кефар, кухарка Шефанна, ее муж – садовник, их сын с женой и младенцем, сторож и одновременно привратник Шухназ, его жена и подросток-сын. В сезон я нанимала еще пару крепких мужчин для ухода за небольшой банановой плантацией позади дома, но сейчас их помощь не требовалась.
Всего семь подозреваемых, если не брать в расчет детей. И ни одного, на кого я могла бы без сомнений указать пальцем. Все, кроме Кефара, который освободился от рабского ошейника еще при моих родителях, получили от меня вольные. Все сами выбрали возможность остаться со мной. А кое-кто еще и жизнью мне был обязан.
Как могла среди них затесаться крыса?
Мне не хотелось думать о том, что кто-то из близких, почти родных людей меня предал. Легче представить, что один из них слишком беспечен и сболтнул лишнего при гостях. Только вот и гостей в доме за последние дни я не припоминала.
Я посмотрела на сжатый в ладони платок и на обод с золотыми нитями. Такой могли иметь только мужчины – главы семей. И вдовы, у которых не осталось близких родственников-мужчин. Это был настолько редкий случай, что женщин вроде меня – с правом ношения обода, золотой цепи и мужской приставки «ун-» к имени – в Хелгайе еще пришлось бы днем с огнем поискать.
Иртуласское общество было закоснелым в этом отношении. Неужели кого-то так покоробила моя самостоятельность, что стало не зазорно замарать руки кровью?
Ладонь с платком и ободом тяжело опустилась. Я на несколько мгновений закрыла веки.
Можно убедить себя, что дело в беспечности слуг и никто из них не хотел мне вреда, но это будет глупо и самоубийственно. Отныне единственный, на кого можно положиться, – это час назад купленный раб, нахал, который считает себя красавчиком и сходу предложил с ним переспать. Смешно.
О, Богиня-мать, на что я только надеюсь?
– Подготовьте мне ванну в моих покоях, – приказала я застывшим рядом слугам и мотнула головой в ту сторону, где исчез Ястреб. – А этого приведете ко мне только после того, как я буду готова.
Глава 3
В кабинет я пришла посвежевшая и отдохнувшая, хотя времени миновало совсем немного. Просто было приятно смыть с себя пот и пыль пустыни, которая окружала Хелгайю. Настроение снова улучшилось, и на предстоящий разговор с рабом я уже смотрела не так пессимистично.
Хотя мысль позвать Кефара, чтобы он своим присутствием придал беседе веса, все же проскочила. Я ее сразу отмела.
Мало я, что ли, старалась ради того, чтобы закрепить свою самостоятельность? Если во всем полагаться на управляющего только потому, что он мужчина, тогда следовало сразу принять предложение ун-Фатиха и не страдать весь последний год.
В дверь постучали. Я выпрямилась, придала себе деловой вид и строгим голосом ответила:
– Входите.
Кефар сам привел ко мне Ястреба. Уж не знаю, делал ли он рабу какое-то внушение по дороге, но тот почему-то опять усмехался, а управляющий, наоборот, сердито поджимал губы.
– Спасибо, Кефар, – поблагодарила я. – А теперь оставь нас, пожалуйста.
Если он и надеялся, что его все-таки пригласят на разговор, то виду не подал. Не стал спорить, поклонился и вышел, плотно закрыв за собой дверь.
Я перевела взгляд на Ястреба.
Когда он оделся, смотреть на него стало… легче. Впрочем, наряд раб выбрал себе вполне пиратский – обтягивающие штаны и темная свободная рубаха с закатанными рукавами, распахнутая так, чтобы грудь оставалась открытой. Вещи, которые ничего в целом и не прятали.
Длинные волосы Ястреба еще не успели высохнуть после мытья, и с них на грудь текла вода. Капли медленно стекали по рельефным мышцам на живот и вниз. Я завороженно понаблюдала за этим несколько мгновений и, очнувшись, прокашлялась.
Раб ехидно улыбался. Мой взгляд он, несомненно, заметил. Я прикинулась, будто не поняла этого.
– Итак, Пустынный Ястреб, меня зовут ун-Суана из дома Малих. С сегодняшнего дня ты будешь выполнять обязанности моего телохранителя.
– В постели тебя понадобится охранять? – перебил он.
Я нахмурилась.
– Не «тебя», а «вас, госпожа ун-Суана». Не зарывайся, раб. Иначе отведаешь плетей.
Он так хмыкнул и отвел глаза, как будто считал себя ровней мне, аристократке. Вот уж верно подметил Кефар, проблем с ним будет уйма…
В первую очередь потому, что никого избивать я не собиралась. Но и как воздействовать на наглеца, не представляла. Могла только повторять фразы, которыми когда-то грозил многочисленной челяди муж.
Я нахмурилась, подбирая слова. Однако Ястреб неожиданно заговорил сам.
– Тот мужчина, который набросился на тебя…
– Да. Поэтому тебя и наняли. Как ты догадался, что этот человек подослан?
– Я пират и знаю, как обстряпывают такие делишки, – пожал он плечами. – На ограбление это не походило – убийца не пытался сорвать кошелек или золотую цепь. Особых примет у него не было. Костлявый, изможденный, но бегал быстро. Таких всадить кому-нибудь нож и отправляют – он достаточно отчаялся, чтобы согласиться на убийство, и при этом способен тут же сделать ноги. А если и попадется, то концов все равно не найдешь, потому что наняли его через третьих людей. Одного не могу понять…
Ястреб скучающим взглядом огляделся и продолжил:
– Если это кабинет главы дома, то впечатления он не производит.
К моим щекам прилила кровь.
– Объяснись!
– Одни книги на полках, – спокойно ответил он. – Вы явно умная, начитанная женщина, госпожа ун-Суана, но с деньгами у вас плохо. Слуг – раз-два и обчелся, ни паланкинами, ни тем более северными каретами не пользуетесь, предпочитая изнывать под солнцем. У дома вид богатый, но только внешне, как будто он знавал лучшие времена, причем сравнительно недавно. Я бы предположил, что кто-то позарился на ваше состояние, но вряд ли оно могло кого-то заинтересовать. Так в чем дело? От кого я должен вас защищать?
Я откинулась на спинку кресла. Слава Чете и святой семерке! Наконец-то хоть что-то, похожее на деловой разговор, а не на попытки склеить портовую шлюху.
– Тебе известен человек по имени ун-Фатих из дома Беналет?
– Впервые слышу, – признался Ястреб. – В Хелгайе я всего две недели – ровно столько, сколько на невольничьем рынке. Пока ходил в море, с аристократами отсюда дел почти не имел, промышлял севернее.
– Тогда тебе придется выслушать достаточно длинную историю о земельных тяжбах.
Он вновь пожал плечами и так дернул за ошейник, будто еще не успел к нему привыкнуть.
– Весь внимание, если без этого никак.
– Когда-то давно земля под поместьем и роща, которую видно из окон, принадлежали дому Беналет. Однако в городе случился мятеж, дом Беналет принял не ту сторону, и эмир Хелгайи передал эти владения своим любимцам – дому Малих. Предкам моего мужа.
– Ага, начинаю понимать, – кивнул раб. – Прошло время, прегрешения Беналетов забылись, и их потомок решил вернуть то, что, по его мнению, принадлежит ему.
– Абсолютно верно, – вздохнула я. – Как ты наверняка уже понял, ун-Фатих и есть тот потомок. Мой супруг, да светит ему солнце за Гранью, был жестким человеком с крепкой хваткой. Пока он был жив, ун-Фатих не наглел. Да и денег на выкуп у него, насколько мне известно, не было. Но как только с мужем случилось несчастье, из-за которого он преждевременно погиб, а я осталась единственной наследницей, дом Беналет увидел в этом прекрасную возможность.