Элис Айт – Подставная невеста для упрямого принца (страница 14)

С той стороны раздался сдавленный смех.

Еще и ржет, пройдоха!

Уперев руки в бока, я пристально изучила угол, в котором стоял Баво. На комоде стояло маленькое зеркальце, незамеченное мной раньше. В него-то и таращился принц, исподтишка наблюдая за мной.

– Прости, – сказал он, но никакого чувства вины в его голосе не прозвучало. – Я слишком много времени провел в степи, чтобы так запросто поворачиваться спиной к незнакомому человеку.

– Ага, особенно если это слабая девушка! – съязвила я.

– Ты обманула трех мужчин. И ты владеешь магией, – резонно возразил он.

«Ладно, к фьёрту», – мысленно отмахнулась я. Спасибо тете Ланнии, что она положила мне с собой толстую шерстяную ночнушку до пят. Я сначала спорила – ночами еще не так холодно, а она ответила, что в дороге может произойти что угодно и мало ли где и с кем придется ночевать. Мудрая женщина.

– Мне все-таки выйти? – уточнил проклятый Баво.

– Да поворачивайся уж, – проворчала я.

Толку играть в эти игры со смущением. Всё, что хотел, он уже увидел.

Он повернулся, окинул меня лукавым взглядом и открыл дверь. Исчезнув за ней на сколько мгновений, принц вернулся и бросил на кровать три платья.

– Выбирай. Твои размеры я, разумеется, не знал, прикидывал на глаз. Ориентировался тоже на свой вкус. Если что-то не подойдет или не понравится, вызовем портного, когда приедем в Загрем. Остальным скажем, что твой багаж был разграблен дикарями-степняками.

В восхищении разглядывая принесенную им одежду, я даже забыла возмутиться, что он опять решил всё за меня.

Платья были великолепны. Скорее всего, в Загреме их сочли бы провинциальными, но по меркам моего родного Мелхена в таких не стыдно было появиться и самым богатым горожанкам. Три разных наряда, три разных цвета и стиля – шелк, атлас, кружево, фривольно открытый вырез и короткие рукавчики, наоборот, строгие прямые линии и закрытое декольте… Глазомер у Баво оказался хорошим. Я уже сейчас видела – мне подойдет всё, что он выбрал. Возможно, придется подшить подол или скорректировать длину рукавов, но это делалось легко, даже не понадобится звать служанку для помощи.

– Где ты это взял? – спросила я, поймав себя на том, что не могу оторвать взгляд от новых сокровищ.

– Позаимствовал у знакомого, у которого ночевал.

– Твой знакомый – женщина?

– Мне кажется или я слышу ревность в твоем голосе? – поинтересовался Баво.

– Кажется, кажется, – кивнула я, спокойно встретив его проницательный взгляд.

Он почему-то усмехнулся.

– Нет, мой знакомый не женщина, но у него есть сестра, которой эти наряды без надобности. Надеюсь, тебя это не оскорбляет?

– Нет, я всего лишь беспокоюсь, не узнает ли какая-нибудь дама на мне свое платье и не поднимет ли скандал.

Баво склонил голову.

– Воровка волнуется о своей репутации?

Я вздохнула. А мне-то уж начало чудиться, как будто мы близки к тому, чтобы поладить.

– Я ограбила трех мужчин, пытавшихся меня совратить, только потому, что считала это справедливым. У меня не было возможности доказать, что эти люди применили ко мне силу. Хоть я из благородной семьи, но бедная и без связей, а судьи охотнее поверят тому, у кого кошелек толще. К тому же я говорила, что не присвоила из тех денег ни монетки. Дополнительно вешать на себя грехи, в которых я не виновата, у меня нет желания. Хотя, конечно, если ты так скажешь, я готова… Одного не могу понять. Почему ты помогаешь мне, но при этом так усердно стараешься меня задеть? Разве я тебя чем-то обидела?

Принц продолжал внимательно смотреть на меня. Ни единый мускул на его лице не дрогнул.

– Знаешь, после чего мы сблизились с Церестином?

Я моргнула. Этот мужчина очень, очень странный! Как проследить за ходом его мысли? Это же невозможно!

– Нет, не знаю.

– Я пришел к нему домой, чтобы его обокрасть. А потом с помощью украденной вещи снова нарушить закон, на сей раз карающийся смертной казнью.

– Ты шутишь надо мной, – недоверчиво сказала я.

Он покачал головой, сохраняя серьезное выражение. Ни глаза, ни губы – ничто не давало намека на улыбку.

– Это было два года назад. Мою невесту Лорейну, доларскую принцессу, похитили наги. Как я думал тогда – чтобы использовать ее в войне против нас. Единственным способом нагнать преступников было использовать портал на Колдовские пути, а за пользование ими в то время полагалась смертная казнь. Однако портал оказался разобран, и его части хранились у Церестина. По собственной воле он бы их не отдал, объяснять что-то ему я не хотел – боялся, что мне помешают броситься вдогонку за невестой. Вором я не стал только потому, что меня опередил другой мужчина, сделавший то, что собирался сделать я. Совесть, кстати, меня не мучила, и за свою репутацию я не волновался. Понимаешь?

Сказав «да», я бы здорово покривила душой. Неужели таким изощренным способом Баво мне показывал, что он не вложил в слово «воровка» оскорбительного смысла? Или что мы одного поля ягода?

Растерявшись, я сделала неуверенное движение плечами. Пусть тоже понимает это как хочет.

Вот теперь принц наконец-то улыбнулся. Только странное выражение из его синих глаз никуда не пропало.

– Хозяин поймал меня сегодня у дверей и пожаловался, что вчера ты устроила в гостинице драку. И сразу же растворилась, будто тебя и не было, так что никто не мог отыскать белокурую девушку-зачинщицу, с поразительной ловкостью кидающую столовые ножи.

И снова неожиданный выверт мысли.

– Я бы кидалась специальными метательными ножами, но под рукой их что-то не нашлось.

– Ты ведь хотела запутать мою стражу и сбежать? – Баво не отводил взгляд.

Проклятье. А принц-то далеко не дурак.

– Да, – призналась я. Баво был откровенен со мной, рассказывая о знакомстве с Церестином. Ответить ему следовало взаимностью. Да и интуиция подсказывала, что, соври я, он бы все равно догадался. – Это из-за Шеба и Анта. Они защищали меня с детства и стали мне как братья. Непутевые, иногда раздражающие, но дорогие и близкие. Пусть мы часто фыркаем друг на друга и иногда даже ссоримся, они единственные люди, которым я доверяю. Ты взял с собой четверых надежных товарищей. Как я могу остаться вообще без никого?

Густые брови сошлись над переносицей.

– То есть ты, по сути, заранее меня предупреждаешь, что, если тебе что-то придется не по нраву, они помогут тебе сбежать?

– Элент и Итгар могут сказать иное, но, если мне действительно захочется исчезнуть, они меня не остановят. Вчера мне даже не пришлось использовать магию, чтобы оставить всех с носом. Но зачем тратить на это время, если мы можем найти компромисс и заниматься чем-то более полезным для нас всех? Готовиться к посещению дворца. К ритуалу, – многозначительно обронила я.

Это был огромный риск: как и ложь насчет того, что меня не остановить, так и упоминание о ритуале, который принц явно не рвался проходить. Лицо его потемнело, рука дернулась к груди, где под одеждой наверняка висел золотой ключ, и тут же опустилась.

Однако сегодня Небеса мне улыбались. Прошло несколько чудовищно долгих мгновений, прежде чем Баво нарушил молчание.

– Хорошо. Предупреди своих людей, чтобы помалкивали обо всех твоих приключениях, когда мы приедем в Загрем. Если пойдут слухи, мои враги используют их против тебя, чтобы навредить мне. Чем меньше людей будет знать, почему ты на самом деле оказалась в степи, тем лучше для нас обоих. Ну а если твои друзья проболтаются – они угодят за решетку вместе с тобой. Уж я об этом позабочусь.

Последняя фраза прозвучала так грозно, что я вздрогнула. Но ведь это было бы справедливо, да?..

– Конечно, господин Мэлрас, – вырвалось у меня. – Я и сама буду тщательно следить за тем, чтобы все держали рот на замке.

– Тогда одевайся. Скоро начнут приходить твои новые слуги. Видимо, кое-кого придется отправить домой, – нахмурился Баво, о чем-то задумавшись. Наверное, ему немалых усилий стоило подобрать людей всего за одну ночь, а я тут выеживаюсь… Принц, очнувшись от размышлений, поднял голову. – Прислать к тебе служанку из гостиницы, чтобы она помогла?

– Нет, спасибо, – сдержанно поблагодарила я. – У нас долгое время не было денег на отдельную горничную для меня, поэтому я умею всё делать сама.

Принц, кажется, немного удивился, но кивнул.

– Пойду распоряжусь насчет завтрака. Буду внизу. Понадобится что-то – дай знать. Да, кстати, – он снова выдержал паузу. – Спасибо за честность.

И вышел, только ожег напоследок яркими синими глазами, словно льдом.

Когда дверь закрылась, я села на кровать, прижав ладонь к учащенно бьющему сердцу. Можно было больше не скрывать свое волнение.

Почему этот мужчина так влияет на меня? Грубый, бестактный, чистейший солдафон. Как он выражает свои мысли – это вообще отдельная песня.

Я совершенно не понимала, нравлюсь ему или нет: то Баво поддевал меня оскорбительными высказываниями, то вел себя так, будто искренне заботится о моем благополучии. Вот как с Шебом и Антом. Послушать его – так он вовсе не хочет отрезать мне пути к побегу, а боится за то, чтобы я не загремела в темницу. А может, он на самом деле волнуется только о себе? О том, чтобы не испортить и без того дурную репутацию? Зачем тогда вообще брать меня с собой в столицу?

Еще и удержаться, чтобы не обращаться к нему на «вы», оказалось сложнее, чем можно было бы подумать. Наверное, это из-за его командного тона. Баво привык командовать воинами и не просто разговаривал – он отдавал приказы, уверенный в том, что ему подчинятся.