Элион Люмен – Тайна планеты Лумос (страница 7)
– Мы… мы разбились, – прошептала Лина, выронив Блинчика. Ящерица, очнувшись, быстро юркнула под её рукав, словно ища убежища от открывшегося перед ней кошмара.
– Это не просто «мы разбились», – сказал Ян, его голос дрожал от сдерживаемого бешенства. – Это было худшее из возможных приземлений. Макс… КИ-12… что вы наделали?
Знакомство с лумиками
Прежде чем Макс успел ответить, воздух вокруг них наполнился странным, мелодичным звоном, похожим на перезвон хрустальных колокольчиков… или множества крошечных осколков стекла, которые тихо сталкиваются друг с другом. Розовый мох, отступивший от них, вновь зашевелился, но уже не так пугающе. Напротив, его движение было размеренным, почти ритмичным, словно он танцевал в такт невидимой музыке. Из зарослей, словно вырастая из самой земли, начали появляться существа.
Они были сделаны из чего-то, что казалось чистым светом и сверкающим кристаллом. Их тела были нечётких форм, их очертания мерцали, и казалось, что сквозь них можно было видеть. Каждое существо имело свои уникальные переливы: одни отдавали синевой, словно кусочки ясного неба, другие – зеленью, как изумруды, а третьи – золотом, подобно застывшим солнечным лучам. Никто не имел явных черт лица, но Макс чувствовал на себе их внимательные, невидимые взгляды. Они были будто живыми витражами, двигающимися в воздухе, словно бабочки, пойманные в плен солнечного луча. Они перемещались бесшумно, паря над мхом, то поднимаясь, то опускаясь, словно духи невидимой воздушной реки. Их движения были плавными, почти нереальными, создавая вокруг них ауру загадочности.
Одно из существ, самое крупное и с наиболее интенсивным синим свечением, подлетело ближе к детям. Оно зависло в воздухе, мерцая и переливаясь, и в его центре, там, где у человека было бы сердце, пульсировал чистый, яркий синий свет. От него исходило ощущение спокойствия и древней мудрости, словно это существо видело насквозь время и пространство. Этот свет пульсировал, словно сердце, бьющееся в ритме какой-то древней, космической мелодии. Казалось, что этот пульсирующий свет – это не просто проявление энергии, а способ общения, язык, который они могли бы понять, если бы только знали как. От него словно веяло спокойствием, но одновременно и некой необъяснимой тревогой.
В сознании Макса, словно эхо, прозвучал тихий, но настойчивый голос, не слова, а скорее образы и ощущения: «Хранители Зари…» – пронеслась мысль, не его собственная, словно кто-то другой попытался передать информацию.
– Что это? – прошептала Зоя, её глаза-блюдца были прикованы к мерцающим созданиям. – Они… они прекрасны!
Кристаллические существа замерли, словно прислушиваясь. То, что она сказала, явно вызвало в пространстве вокруг них какое-то изменение. Свечение одного из лумиков, который завис рядом с Зоей, потянув к ней тонкий, светящийся отросток, стало ярче, переливаясь всеми цветами радуги, словно оно радовалось её словам. Он приблизился к её лицу, почти касаясь её щеки, и Зоя, не почувствовав никакого страха, протянула руку, чтобы прикоснуться к нему. Ощущение было странным – прохладным, словно прикосновение к отполированному кристаллу, но при этом живым, пульсирующим энергией.
Ян, оправившись от шока, первым вернулся к привычному прагматизму.
– Это… биологические аномалии? – Он достал из кармана свой коммуникатор, который выглядел потрёпанным и погнутым, но, к его удивлению, ещё работал. Он направил его на самого крупного светящегося лумика, выискивая знакомые характеристики в базе данных. – Сканер показывает… невероятно сложную кристаллическую структуру. Выбросы неизученной энергии. Нестабильные энергетические поля. Кристаллические формы жизни… это невозможно.
– Но они есть! – в голосе Лины звучало восхищение. Она осторожно вытащила Блинчика из-под рукава. Ящерица, очнувшись, выглядела ещё более испуганной, её крохотное сердце билось с бешеной скоростью, и она металась, пытаясь спрятаться. – Подождите. Он боится.
Но как только Лина произнесла эти слова, самый крупный лумик, который всё ещё висел перед Зоей, медленно повернулся в сторону Блинчика, словно почувствовав его испуг. Его синее свечение усилилось, а затем, словно в ответ, тело Блинчика, до этого бледно-зелёное от страха, начало светиться мягким, пульсирующим синим светом, синхронизируясь с лумиком. Это было удивительное зрелище: два существа, такие разные, но объединенные невидимой нитью энергии, мерцали в унисон.
– Невероятно! – воскликнул Макс, совершенно забыв о своей боли. – Его биоэлектрические поля… синхронизируются с частотой излучения лумиков! Это какой-то… резонанс! КИ-12, ты это видишь?
Робот, который до этого момента был в режиме самодиагностики, издал долгий, непрерывный писк.
– Сканирование… обнаружены синхронные колебания энергетических полей. Блинчик… биологический проводник? Уникальная, ранее не зарегистрированная форма взаимодействия. Степень вероятности такого феномена… 0,0000000001 %.
Лумик, будто услышав, как Блинчик успокоился, издал несколько мягких звонких звуков, похожих на капельки дождя в кристальной чаше. И снова, словно эхом, в сознании Макса прозвучала мысль, не принадлежавшая ему, но отчётливо понятная:
В этот момент, будто в подтверждение слов лумиков, багровое солнце на небе начало тускнеть, а его свет приобретал тревожный, зловещий оттенок. Розовый лес вокруг них затих, словно притаился в ожидании чего-то неведомого.
Первая Атака Теней и Жертва
Внезапно воздух вокруг них сгустился, стал холодным и тяжёлым, словно свинцовым. Запах цветов сменился резким, едким запахом гари и чего-то гниющего, от которого слезились глаза. Сияние розового мха угасло, и мир погрузился в тревожный, сумеречный полумрак. Свет двух солнц, до этого яркий и тёплый, будто кто-то прикрыл его плотной чёрной вуалью, стал тусклым и болезненным, проникая сквозь эту завесу.
Из-за плотных, переплетённых стволов розовых деревьев, откуда-то из глубины леса, показались они. Тени. Не просто отсутствие света, а его
Они не издавали ни звука, но Макс чувствовал их присутствие не ушами, а всем своим существом, словно они вторгались в его сознание, вызывая приступы тошноты и паники, которые заставляли его цепенеть от ужаса. Под ногами, там, где они проходили, розовый мох мгновенно тускнел, теряя своё свечение, будто из него выкачивали жизнь, становясь мёртвым и серым. Воздух вокруг них стал плотным, тяжёлым, липким. То, что раньше казалось прекрасным и сказочным, теперь превратилось в кошмар.
Крупнейший лумик, тот, что показывал им образы, издал пронзительный, почти душераздирающий звон, похожий на сигнал тревоги, который заставил вздрогнуть. Его сияние вспыхнуло с новой силой, словно он пытался отпугнуть приближающуюся угрозу, но, казалось, лишь привлек внимание Теней.
Тени ускорили движение. Они приближались к детям, обтекая их со всех сторон, и Макс почувствовал, как воздух вокруг него становится ледяным. Пальцы Яна на коммуникаторе дрожали. Лина прижала к себе Блинчика, дрожа. Зоя, до этого такая восторженная, вжалась в розовый мох, её глаза были широко раскрыты от чистого ужаса.
– Что нам делать?! – закричал Ян, его голос был полон отчаяния. – Мой коммуникатор не работает!
– Статистическая вероятность выживания при прямом контакте с этой формой энергетической сущности составляет 0,001 %! – заголосил КИ-12, его голос превратился в искажённые помехи. – Рекомендую… отступать!
Но отступать было некуда. Тени окружили их, образуя невидимый, но ощутимый барьер. Они поднялись над землёй, образуя своего рода купол, и начали медленно, словно хищное растение, сжимать кольцо вокруг детей. Внутри этого купола из тьмы стало абсолютно темно, лишь едва заметное свечение лумиков давало слабую надежду.
В этот критический момент главный лумик, тот, что был самым крупным и синим, сделал то, что потрясло Макса до глубины души. Он издал ещё более пронзительный, нарастающий звон, похожий на крик, который достиг предела своей громкости. Его синее свечение вспыхнуло, ослепляя, словно сверхновая звезда, рождающаяся прямо перед ними. Свет был настолько ярким, настолько чистым, что Макс почувствовал, как жгучая боль охватывает его глаза, даже сквозь плотные линзы очков. Он закрыл глаза, но сквозь веки видел эту чистую, сияющую вспышку.