Элина Витина – Двойное испытание для босса. Сюрприз из прошлого (страница 40)

Но что-то мне подсказывает, что увидев мой улов, Диана не станет злиться. В идеале еще и “да” скажет… Точно скажет. Тут без вариантов.

Губы сами собой расплываются в улыбке и подставив свою довольную физиономию полуденному солнцу, я спешу в ресторан. Однако, когда до него остается всего несколько метров, в меня на всей скорости врезается какая-то девочка. К счастью, удар приходится на бедро. Я, между прочим, планирую еще как минимум одного брата или сестричку нашим детям подарить, а если бы малышка взяла чуть левее, с этой мечтой пришлось бы распрощаться.

— Ты куда так спешишь? — хватаю ее за плечи, чтобы не дать упасть от такого сильного столкновения.

Девочка замирает от страха и лишь хлопает огромными глазами с длинными ресницами. В руках она сжимает пачку каких-то сладостей и ее руки заметно дрожат. Упругие темные кудряшки на ее голове тоже дергаются в такт и поняв, что ничего не добьюсь от ребенка, оглядываюсь в поисках ее родителей.

Однако вместо перепуганной мамаши или возмущенного ее общением с незнакомцем папаши, на худой конец, нам навстречу бежит никто иной, как Родион Хромов.

Я даже зависаю на несколько секунд, пребывая в уверенности, что он проследует мимо. Ну подумаешь, совпало просто. Решили они с этой девочкой устроить одновременный забег. Марафон может какой-то проходит сегодня…

И только когда с его губ срывается отчаянное: “Держи ее! Не дай ей удрать!”, я понимаю, что это вовсе не случайность.

— Ну куда ты так рванула? — возмущается друг, наклоняясь к малышке. — Я же пошутил насчет полиции. Неужели поверила?

— Пошутил? — девочка смотрит на него с надеждой. — Честно-честно?

— Конечно пошутил, — кивает Хромов, игнорируя мои многочисленные вопросы. — Зачем нам полиция нужна? Мы сами твою маму найдем!

— Ты где это чудо нашел? — интересуюсь у Родиона.

Мне, конечно, в последнее время не до друзей было и я игнорировал все сообщения в нашем “Тройничке”, однако вряд ли бы он за это время успел обзавестись потомством.

Двойные стандарты, да… Сам-то я обзавелся. Двойным, к тому же.

Но девочке сколько? Года четыре вроде. Хромова тогда еще в городе не было, он в столицу переехал около трех лет назад.

Я жду, что друг прольет свет на эту занимательную историю, но в этот момент на горизонте появляется еще один “бегун” и девочка в ужасе хватает за руку моего друга и не своим голосом орет:

— Валим!

Родион оглядывается на мужчину в форме охранника, от которого судя по всему, эти двое и удирают и поспешно бросает мне:

— Наличка есть?

Поняв, что объяснять мне никто ничего не собирается, я шарю по карманам и протягиваю ему пятитысячную купюру. Однако вместо того, чтобы взять ее из моих рук, он лишь кивает:

— Отлично. Вручи, пожалуйста, вон тому дядечке и передай ему, что мы жутко сожалеем.

После этих слов он, наконец, поддается своей мелкой сообщнице и они продолжают свой побег. Мне же ничего не остается как перехватить охранника и вручить ему деньги.

Тот так тяжело дышит, что я всерьез опасаюсь, что вместо предложения любимой женщине мне придется ему первую помощь оказывать, но к счастью, как только купюра из моих рук перекочевывает в его, надобность в “рот в рот” отпадает. Повезло Диане, сегодня мои губы только для нее.

— Что это было-то? — спрашиваю у него из любопытства.

— Да я сам не понял, — пожимает он плечами. — Девочка вот печенье у нас украла, а чего этот за ней помчался… Я думал, он мне помочь хочет, а он… сообщник получается?

— Рецидивист, — хмыкаю с серьезным видом. — Я его физиономию, кажется, на плакате “Их разыскивает милиция видел”.

— Да ты что? — охает охранник, не оценив мой юмор.

Язык жжет от желания насочинять еще что-то о бандитском прошлом Хромова, но я вовремя вспоминаю, что меня вообще-то ждут.

Опоздал я всего минут на пять, но Диана выглядит так, будто я заставил ее ждать как минимум три дня. За последнее время я успел досконально изучить ее лицо и вижу, что она серьезно расстроена.

— Прости, — начинаю с порога. — У меня уважительная причина, я Родиона от тюремного срока отмазывал, между прочим.

— Что? — хмурится она. — В каком смысле?

Я в красках пересказываю ей встречу с двумя опасными преступниками, однако даже смеется она как-то напряженно и я обеспокоенно спрашиваю:

— Все в порядке?

— Да, — отвечает моментально, но затем прикусывает нижнюю губу и кивает на дальний столик, за которым сидит никто иной как Игорь Волков. Да еще и не один, а в компании моего главного конкурента Ушакова. Что-то мне подсказывает, что их встреча — не совпадение. Ушаков хотел сделку с Кондрашовым, а Волков — чтобы я уволил Диану. И так уж получилось, что ни один из них не получил то, что хотел.

Зато я получил все и даже больше. И совесть меня за это ни капли не мучает.

До такой степени не мучает, что я с большим удовольствием продолжу наше противостояние.

— Какие люди! — громогласно восклицаю на весь ресторан.

Диана в шоке прикрывает лицо, а я беру ее руку и так же громко прошу:

— Дорогая, пойдем поздороваемся. Негоже игнорировать таких уважаемых людей! Один из них несколько лет своей жизни тебе посвятил, а ты к нему спиной…

— Что ты делаешь? — шипит она.

— Восстанавливаю справедливость, — посылаю ей свою лучшую улыбку и крепко сжимаю ее ладонь. — Ты же мне доверяешь?

Она кивает, а я тихо, чтобы только она меня слышала добавляю:

— На самом деле нам крупно повезло. Я уже давно подготовил сюрприз для Волкова, но ждал подходящего момента, чтобы произвести такой же эффект, как на Бразговского. Мне казалось, что тебе бы хотелось лично увидеть его лицо, когда он лишится… всего.

Глаза Дианы округляются то ли в ужасе, то ли в предвкушении и она покорно следует за мной по направлению к их столику.

— На ловца и зверь бежит, — самодовольно потирает руки Ушаков и хитро переглядывается с Волковым. — Не поверишь, Богдан Маркович, мы как раз тебя обсуждали.

— Да почему же не поверю? — театрально удивляюсь. — Очень даже поверю.

— Да? — слегка тушуется он, но все же переборов свое удивление, продолжает: — Я вот недавно с нашим общим знакомым общался, с Кондрашовым. Мы с ним, знаешь ли, выгодный контракт хотели заключить, но он ты каким-то образом этот контракт у меня увел, Богдан…

— У вас и еще и у десятка маркетинговых агентств столицы, — киваю с насмешкой.

— Вова собирался заключить контракт со мной! — упрямо настаивает этот баран и дует губы как избалованная пятилетка. Хотя нет, моим детям почти пять и они никогда так не выглядят.

— Так вот, он мне признался, что ты его склонил на свою сторону только потому что у тебя, оказывается, есть дети.

— Виноват, — прикладываю ладонь к груди, изображая раскаяние. — Но они у меня такие классные, я и сам готов им что угодно пообещать, так что неудивительно, что они какого-то левого мужика к контракту склонили.

— Весь в отца, — громко цокает языком, будто это какое-то оскорбление. — Тот тоже вечно с шутками прибаутками…

— Заключает контракты, — продолжаю за него. — Выгодные.

— Сейчас не в этом дело, — сжимает губы в тонкую ниточку. — Я бы, может, еще и смирился с тем, что ты Кондрашова своими детьми подкупил, но вот тут вдруг оказывается, что дети вовсе не твои… Мне птичка на хвосте принесла, что детишки-то чужие.

— Игорь Анатольевич, — обращаюсь к Волкову. — Вы хоть покукарекайте что ли. А то ходите тут, стучите на всех, работы и покоя девушек лишаете, а слава какой-то птичке достается…

— Ты что себе позволяешь? — взрывается Волков.

Его, еще секунду назад самодовольное лицо, сейчас искажает гримаса гнева. Он даже с места своего приподнимается, но цепляет пузом тарелку и ее содержимое вываливается на его отглаженные до хруста брюки.

— Я, Игорь Анатольевич, позволяю себе справедливость.

Легонько нажимаю на его плечо и он падает обратно на свой стул, продолжая попытки убрать салфетками листья салата и соус.

— У меня, к сожалению, своей голубятни нет, так что новости мне приносят не почтовые голуби, а уважаемые люди в погонах. Поэтому, не будем долго ходить вокруг да около. Всем известно, что ваша компания процветает исключительно благодаря госконтрактам.

— Завидуешь? — ухмыляется он.

— Ни капли, — роняю брезгливо. — Но считаю своим долгом сообщить, что лавочка эта прикрыта. Впрочем, вы наверняка и так заметили, что уже пару недель федеральные каналы вас как бы так сказать… игнорируют. Но вряд ли додумались связать это со мной. Точнее с нами.

Я покрепче сжимаю руку Дианы и вижу, как ее спина гордо выпрямляется рядом со мной. Знаю, что она пока не понимает о чем речь, но главное, что она мне верит.

И этого достаточно. Детали я ей обязательно объясню позже, а пока важно то, что она наслаждается этим моментом так же сильно как я. Смотрит на этого неудачника сверху вниз, морщит нос, когда ее взгляд падает на пятна на его брюках, усмехается, когда Волков начинает блеять вопросы.

По нашим ладоням будто электроток течет. Чистое экстази.

Потому что Диана победила. После стольких лет унижений и преследований, победа осталась за ней.