Элина Витина – Двойное испытание для босса. Сюрприз из прошлого (страница 21)

— Солнышко, — обращаюсь к Мирону, с трудом отрывая взгляд от Богдана. — Зови сестру, поздно уже.

Моргаю, будто в помещении резко включили свет, но на самом деле, я снова слишком глубоко окунулась в омут карих глаз. Слишком опасно.

Захлопываю дверцу посудомойки и нарочито бодро улыбаюсь:

— Ну вот и все! Увидимися завтра в офисе, Богдан Маркович. Приятного вам вечера.

— Тебе тоже, Диана, — улыбается он. — И спасибо за сегодняшний день.

Я жду, что он добавит что-то про Кондрашова, дескать спасибо, что помогла с контрактом или спасибо, что согласилась сыграть семью для долбанного ужина, но Лейтес не продолжает, будто просто благодарит меня за проведенное вместе время. Словно он и вправду насладился шоппингом с двумя пятилетками и их сумасшедшей мамашей, которая назло ему затарилась деревенским декором для его стильной квартиры.

— Мам, — растерянный голос сына не дает мне целиком осмыслить это предположение. — Там это… Милана заснула.

— В смысле заснула? — глупо переспрашиваю и несусь в комнату с двухъярусной кроватью. На первом этаже, действительно, лежит Милана. Ее волосы все еще мокрые, а умиротворенное личико покоится на сложенных ладошках. Она мило посапывает, но как только ее брат предпринимает попытку ее разбудить, тут же хмурится и не открывая глаз, пинает его куда-то под ребра.

— Ай, — пищит он и бросает на меня обвинительный взгляд. — Опять дерется!

— Ты же знаешь, что ее лучше не трогать, когда она заснула, — напоминаю укоризненно.

— Но ты же сама сказала ее позвать, — ворчит он.

— Сказала, да, — подтверждаю, потирая виски. — Я же не знала, что она успела заснуть. А теперь….

Моя дочь сущий ангел днем и настоящий демон ночью если кому-то придет в голову идея ее будить. Когда я начинала приучать их ко сну без памперса, Мирона какое-то время приходилось будить, чтобы он ночью сходил в туалет, а Милана сразу начала спать без пробуждения. Мне кажется, даже если бы в помещении резко заорала пожарная сирена, она бы все равно и глазом не повела. Нет, подушкой может в кого-то и бросила бы, но это скорее неосознанно, не просыпаясь.

— Ничего, я ее на руках донесу, — громко сглатываю. — Ты, главное, сам одевайся, а я ее вынесу, все равно такси вызывать.

— Волосы все еще мокрые, — напоминает Лейтес.

— Я ее укутаю в плед. Надеюсь, ты не успел прикипеть к этому леопардовому великолепию?

— К нему не успел, — усмехается Богдан. — А вот к вам с Миланой успел. Так что не хотелось бы, чтобы одна из вас слегла с воспалением легких, а вторая с радикулитом от таскания тяжестей.

— Все нормально будет, — бурчу раздраженно. — Я их двоих вон сколько таскала! И ничего, не сломалась.

Нет, спина моя к таким испытаниям действительно готова, а вот челюсть, к сожалению, нет. Мне кажется, я отчетливо слышу хруст, когда пытаюсь взять дочь на руки и получаю пяткой в правую щеку.

— Давай я, — предлагает Богдан.

Я беспомощно уступаю ему дорогу, но стоит ему взять на руки мою дочь, она начинает жалобно плакать и трястись.

— Она сейчас успокоится, — неуверенно произношу, но Богдан в ужасе мотает головой и снова кладет Милану в кроватку. Плач стихает моментально. Он опять поднимает ее на руки и опять она начинает рыдать во сне.

— Ну нет, это какое-то издевательство над ребенком! — шипит он. — Кровать есть, постельное есть. Вы остаетесь с ночевкой!

Глава 26

— Вот это нам повезло, — Валентина выплывает из офисной кухни и ехидно улыбается. — Сегодня наш самый ценный сотрудник явился без опозданий! Чем обязаны, Дианочка?

— Хотела с самого утра очередь за вашим тортиком занять, Валентина Ивановна, — в тон ей парирую. — Испугалась, что мне снова не достанется.

На самом деле, конечно, я ее торт даже под угрозой смерти есть не стану. Если не яд, то слабительное она мне точно подсыпет, но за последние дни едкие комментарии уже сидят у меня в печенке.

Да, в понедельник я безбожно опоздала потому что утром нужно было завести детей в сад, да и самой переодеться после ночи, проведенной в квартире босса, но в остальные дни я приходила вовремя. Кексами коллег кормить больше не пыталась, но вела себя крайне вежливо и дружелюбно. Они же продолжали вести себя так, будто с каждой из них лично Волков переговорил.

У меня нет большого опыта работы в коллективе, однако если считать не только ту злополучную стажировку, но и университет со школой, то все у меня всегда было в порядке. Не душа компании, конечно, но и изгоем я точно не становилась.

Сейчас же…Даже Гошу, кажется, застращали карами за общение со мной и поэтому он тоже не особо стремится к общению.

Лейтес же, наоборот, постоянно оказывает мне знаки внимания, чем, подозреваю, и провоцирует львиную долю хейта в мою сторону. Может мне в домогательствах его прилюдно обвинить? Поможет мне это восстановить свою репутацию, интересно?

Так и скажу: босс пытался затащить меня в свою постель!

И не совру ведь!

Сам, правда, при этом благородно собирался переночевать на диване в гостиной, но это уже мелочи…

Я тогда побоялась оставлять детей в незнакомой обстановке и поэтому пристроилась на кровати рядом с Миланой. И все равно долго не могла заснуть, вспоминая все события того вечера. Так что остается только догадываться что бы со мной было если бы я приняла его предложение и провела ночь в его спальне. Одна, конечно, но с головы до ног укутанная его запахом… и своими мыслями.

Мотаю головой, словно отгоняя от себя рой мух и вместе с ними — идею о том, чтобы заявить на босса. В прошлый раз моя попытка обвинить начальника в домогательствах закончилась фиаско. А тогда было за что, уж поверьте.

Да и не заслуживает Богдан такого, конечно. Уверена, что щедро отсыпая мне комплименты каждый день, он и не догадывается какую реакцию это вызывает у коллег. Ох, не хватало еще, чтобы они узнали о том как мы с ним выходные проводим, изображая семью…

— Кондрашов когда будет в офисе? — интересуется Ольга Кравцова.

В наши перепалки с Валентиной и Илоной она не вступает, но держится все равно отстраненно. Хотя, если учесть, что предложение для Владимира Митрофановича готовила именно она, ей просто положено меня не любить.

— Без понятия, — пожимаю плечами. — Богдан Маркович ничего не говорил.

— Странно, — поджимает губы. — Я думала, что это теперь твой клиент.

— Нет, вы что, — таращу на нее глаза. — Босс лично ведет этот проект, я в процесс не вмешиваюсь.

— Ну-ну, — закатывает она глаза. — Поэтому ты единственная из всех наших присутствовала на переговорах.

— Это из-за детей, — громко сглатываю и вспомнив слова дочери о том, что София теперь ее “лучшайшая подруженька”, зачем-то добавляю: — Наши дочери дружат. Поэтому Богдан Маркович попросил меня присутствовать… чисто чтобы расположить к себе клиента. А все рабочие вопросы они обсуждают только вдвоем. Владимир Митрофанович, кстати, очень хвалил ваш проект.

— Спасибо, — оторопело произносит девушка. — Босс тоже говорил, что проект им понравился, но… я думала, что его тебе отдали.

— Босс бы так никогда не поступил, — мотаю головой. — Уверена, он ценит своих сотрудников. Как только контракт будет подписан, вы сразу же вернетесь к своим задачам. Просто… как бы так сказать, Кондрашов до последнего сомневался именно в репутации вашей, то есть уже нашей, фирмы. Поэтому несмотря на то, что проект ему понравился…

— Он его даже не смотрел в первый раз, — она снова закатывает глаза. — Что я, не знаю, что ли? Я была там, в переговорной, когда он послал нас к чертовой матери. А потом в офисе неожиданно появилась ты и переговоры чудесным образом возобновились.

— Никаких чудес, — развожу руками. — Просто…

— Дети, — продолжает за меня и после недолгой паузы продолжает: — Я была к тебе несправедлива и за это мне жутко неловко. Могу я угостить тебя обедом, чтобы немного сгладить ситуацию?

— С удовольствием, — киваю, едва сдерживаясь от того, чтобы не захлопать в ладоши. Неужели у меня появится здесь друг? Ну или хотя бы тот, кто не станет плевать в мой кофе стоит мне отвернуться.

Обеденного перерыва я жду больше, чем первое свидание с понравившимся парнем и поэтому на такой скорости вылетаю из своего кабинета, что едва не сбиваю с ног огромного мужика в полицейской форме. Тот вовремя успевает меня поймать и поэтому отделывается лишь моим каблуком на своем ботинке, а я двумя секундами позора.

— Простите, — виновато улыбаюсь.

— Все в порядке, — кивает он и без стука шагает в кабинет босса.

— Кто это? — спрашиваю у Оли, которая уже ждет меня в приемной. — У компании проблемы?

— Это Островский, майор вроде. Он давний знакомый Лейтеса и тот часто обращается к нему, когда нужно пробить клиентов, к примеру.

“Или сотрудников, мысленно продолжаю”.

Называйте это шестым чувством или интуицией, мне все равно — главное, я знаю, что “пробивать” на этот раз будут не клиентов, а сотрудника. Меня, естественно.

Глава 27

— Ну? — поторапливаю друга, решив не распыляться на такие тривиальные вещи как приветствие.

После того как он позвонил мне утром и сказал, что выполнил мою просьбу, но это не телефонный разговор, я места себе не нахожу.

Перед глазами вместо цифр в контрактах и пунктов в договорах — кадр за кадром возможные события того вечера, о котором мне с таким злорадством поведал Волков.