Элина Бриз – Ненавижу таких, как ты (страница 12)

Добежав до места, она заходит за саму беседку, чтобы ее не было видно и сбрасывает свои туфли так, что они летят в разные стороны. Мне все это становится безумно интересно, поэтому иду в ее сторону и застываю рядом. Дальше Ника хватается за рукав платья и, чертыхаясь, с треском отрывает его. Затем, то же самое она проделывает со вторым рукавом. Застываю в шоке еще на первом рукаве, но треск второго видимо приводит меня в чувства.

— Ты, что творишь, ненормальная? — возмущенно ору на эту чокнутую девчонку.

— В порядок себя привожу, что не видно? — абсолютно спокойно и невозмутимо отвечает.

А, что, то, как она выглядела до этого, был не порядок что ли?

Нет, ну платье, конечно отстой, но это разве повод рвать его на куски и ходить голой.

С последними словами она обеими руками цепляется за воротник своего монашеского платья и дергает со всей силы, обнажая передо мной глубокий вырез своего умопомрачительного декольте. И да, третьего размера.

Я со свистом выпускаю воздух из легких, сую руки в карманы от греха подальше и сжимаю их в кулаки. Но, оказалось, что на этом представление еще не закончено. Ника хватает руками волан на платье и начинает дергать его вниз. Когда тот не поддается ни с первого, ни с пятого раза, она поднимает на меня глаза и возмущенно рявкает.

— Может поможешь уже наконец, хватит стоять без дела!

Ох, знала бы ты какие дела сейчас у меня на уме, не просила бы.

— Каким это образом интересно, — спрашиваю, стараясь не поднимать глаз выше талии.

— Рвани посильнее за этот край!

— Уверена? — с сомнением спрашиваю, потому что не знаю, смогу ли удержать руки при себе, если она еще и с голыми ногами останется, — ты, что без юбки пойдешь?

— Слушай, я опаздываю туда, куда опаздывать ни в коем случае не должна, — орет на меня эта фурия, — так что, давай быстрее!

Я подхожу к ней ближе, берусь за край юбки и дергаю ее на себя. Видимо не рассчитал чуток, потому что девчонка крутанулась вокруг своей оси и то, что несколько секунд назад было убогой юбкой с воланом, сейчас осталось в моей руке.

А перед моими глазами… О черт! Твою мать! Я не буду туда смотреть, просто не буду смотреть. Ага, хрен там. Глаза, как приклеенные шарят по ее идеальным ногам в черных капроновых колготках, поднимаются выше, и я чувствую, что еще чуть-чуть и изо рта начнет капать слюна.

Ее задница плотно обтянута короткими черными кожаными шортами. А сверху, после ее манипуляций, на ней осталась только черная кружевная майка. Вид я вам скажу, закачаешься.

Пока я пытаюсь сдержать себя и не облапать девчонку, она расстегивает свой рюкзак и вываливает его содержимое прямо на траву. Там у нее лежат черные кожаные сапоги на шпильке, черная кожаная куртка и черная кепка.

Все это она быстренько надевает на себя, запихивает в рюкзак туфли и то, что десять минут назад было платьем, а сейчас превратилось в кучку рваных лоскутов. Затем начинает быстро вынимать шпильки из своей старомодной прически, наклоняется вперед, взлохмачивает свою шевелюру прямо перед моим носом, видимо, чтоб я окончательно свихнулся от ее одуряющего запаха, и выпрямляется обратно.

Если бы она появилась передо мной в таком виде в первый день нашего знакомства, то ей бы было позволено изорвать на моих глазах все контрольные и курсовые пятого курса и размазать их у меня по лицу. И ей ничего бы за это не было, я бы просто сгреб ее в охапку и утащил к себе домой. И я сейчас не тот дом имею в виду, где живут родители, а свою квартиру. Заперся бы там с ней и не выходил не меньше недели.

Своим окончательно поплывшим мозгом улавливаю где-то вдалеке рев мотоцикла. А девчонка, быстренько схватив рюкзак и нахлобучив кепку, несется на выход. Я иду за ней, потому что меня разбирает любопытство от того, куда она все-таки собралась в таком виде и кто за ней приехал. Но увидеть я ничего не успеваю, потому что Ника практически на ходу запрыгивает на байк и они уносятся в ночь, окутав меня парами едкого дыма.

Глава 9

Кирилл

Сижу в беседке, размышляя, куда можно поехать скоротать время, чтобы не спалиться перед матерью раньше времени. Внезапно чувствую вибрацию своего телефона в кармане брюк. Похоже, развлечения сами меня нашли, понимаю, взглянув на экран телефона, потому что звонит Глеб, еще один мой хороший друг, который отличается особой любовью к тусовкам.

— Кир, привеееет, — слышится из трубки слишком веселый голос друга, — я сегодня достал два пригласительных в новый очень крутой клубешник, там закрытая вечеринка, только для избранных. И еще обещают какое-то крутое молодежное шоу. Уверен, ты горишь желанием составить мне компанию.

— Ты, как всегда прав, Глеб, — отвечаю ему со смешком, — скинь адрес, куда подъехать.

Убираю телефон, проверяю, не забыл ли взять с собой кредитку и направляюсь к машине.

Как оказалось, новый бар находится на другом конце города, поэтому на дорогу у меня уходит почти сорок минут. Пока мы с Глебом идем от стоянки до помещения, обращаю внимание, что справа от здания находится площадка, украшенная по всему периметру гирляндами, которые сейчас горят белым холодным светом.

И еще с двух сторон площадку освещает неоновая подсветка. За площадкой находится еще одно здание, но его издалека видно плохо. А вот парковку рядом с этим зданием видно очень хорошо и она сейчас заполнена байками и машинами самых разных марок. Видимо, и правда шоу какое-то будет.

Мы с Глебом заходим в бар. Решаем, что столик занимать смысла нет, раз шоу будет на улице. Проходим дальше, и усаживаемся за барную стойку. Пожалуй, пора опрокинуть по бокальчику.

Обвожу взглядом помещение и мне неожиданно нравится то, что я вижу. Все оформлено в сдержанных тонах, никаких вульгарных и кричащих расцветок, стены отделаны под кирпичную кладку, с одной стороны белого цвета, с другой темно серого. Вокруг столов светло-бежевые диванчики, украшенные подушками серого, темно-зеленого и голубого цветов.

Здесь по всему залу тоже включена подсветка, но более мягкая. Народу не очень много, что особенно приятно, потому что, обычно популярные клубы ближе к ночи заполнены битком. Одеты все тоже достаточно скромно. Никаких развязных пьяных девиц, прыгающих на тебя без разбору.

Да, мне здесь определенно нравится, чего нельзя сказать про Глеба. Он, видимо, рассчитывал накидаться спиртным и снять полуголую девочку. Это определенно он пришел не по адресу. Меня такой отдых очень даже устраивает, поэтому я беру бокал виски и с удовольствием потягиваю его.

Где-то минут через десять, администратор приглашает всех желающих посмотреть шоу на улице, как я и думал, на ту самую площадку. Там уже вовсю грохочет музыка, и толпится народ.

Мы подходим ближе и я вижу, как на площадке танцуют брейк три молодых парня. Периодически в танце, один из них выходит вперед, два других отступают. Ну, этим меня не удивишь, в свое время я часто все это видел на улицах нашего города.

Танцоры сменяются друг за другом, периодически на площадку выходят девушки в джинсах и кроссах. Я вяло слежу за программой, периодически потягивая виски из бокала, вскользь обращаю внимание, что один брюнет с крашенной челкой выделяется среди остальных больше всех.

Он явно старше восемнадцати, использует в своих выступлениях несколько направлений, двигается очень профессионально и свободно. Здесь нет ни капли волнения. Такое чувство, что он танцует сам для себя, а не для толпы.

Очередное выступление заканчивается, музыка стихает, а я чувствую, что мне становится скучно. Но это продолжается совсем недолго, потому что ведущий начинает объявлять следующих, выделяя, что это гвоздь сегодняшнего вечера.

А я почему-то начинаю чувствовать необъяснимое волнение, у меня даже дрожь проходит по позвоночнику. Что это еще за херня? Толпа начинает сходить с ума, свистеть, орать и под этот громкий аккомпанемент на площадку выходят три девушки.

Лица практически полностью закрывают черные кепки, но видно, что цвет волос у всех разный, блондинка, рыжая и брюнетка. Это, что еще за «виагра»? Причем, в прямом смысле слова, потому что все три девушки одеты одинаково в кружевную майку и шорты, точно так же, как Ника, когда убегала из беседки.

В тот же момент в голове простреливает мысль, что брюнетка это Ника и я застываю в полном ступоре, не могу даже на секунду глаз от нее оторвать, чтобы посмотреть на других двух девушек. Да мне это и не надо совсем. Что она здесь делает?

Она, что будет сейчас танцевать здесь, в таком виде? И, словно в ответ на мой немой вопрос, тишину разрывают первые аккорды музыкального трека, в такт ей начинает мигать подсветка, и все три девушки начинают танцевать, абсолютно синхронно двигая бедрами, ягодицами и всем корпусом.

Твою мать! Они все в сапогах на каблуках, поэтому этот танец чем-то напоминает мне стрип дэнс. Толпа орет в полном восторге, а я слышу все, как сквозь вату. Меня переполняет такая злость, что еще чуть-чуть и я схвачу Веронику, закутаю в свою рубашку, спрячу от этих похотливых глаз, утащу в свою пещеру и закрою там навсегда. Чтобы больше ни одна сволочь не смотрела на это совершенство, на МОЕ, черт возьми, совершенство.

Даже не хочу сейчас думать, что это за приход такой и откуда взялись эти собственнические замашки. Думаю, все равно ответ мне не понравится.