Элина Бриз – Ненавижу мажоров (страница 40)

— Выпущу после того, как мы спокойно поговорим.

— Давай поговорим здесь, куда ты меня увозишь, — требую от него ответ и в этот момент вспоминаю, что у меня с собой даже телефона нет.

— Нет, нам нужно поговорить в уединенной обстановке подальше от всех, чтоб никто не помешал. Пристегнись и наберись терпения, все равно пока я не скажу все, что хотел, не отпущу. И имей в виду, на дорогах гололед, если не хочешь разбиться, сиди спокойно, — сказал, как отрезал.

— Как далеко нам ехать, хотя бы можешь сказать? — выдыхаю и стараюсь успокоиться, но получается совсем наоборот.

— Недалеко, — вот и весь ответ.

Дело не в том, что я его боюсь, сейчас он спокоен и трезв, что в последнее время редкость. Но именно в таком своем состоянии он представляет для меня наибольшую опасность. Я боюсь своих чувств рядом с ним, знаю заранее, что проиграю. А с тем напором, с которым он всегда действует, я даже сопротивляться не смогу.

Уже по знакомым пейзажам за окном, я понимаю, что едем мы в его квартиру. Вот черт. Интересно, если я закричу, «спасите, помогите», когда мы пойдем к подъезду, много народу придет ко мне на помощь. Сдается мне, что нет, еще неотложку вызовут, чтоб в психушку забрали. Раз выбора у меня нет, решаю, что буду молчать. Помнится раньше его мое равнодушие бесило больше всего.

Когда приезжаем на место, Гордеев выходит из машины, обходит ее и открывает мне двери. Джентльмен недоделанный, блин. Мое молчание и показное равнодушие никак на него не действует.

Заходим в квартиру, и я с порога пытаюсь сразу взять себя в руки, хочу заранее покрыться толстым защитным слоем, чтоб не смотреть, не вспоминать, не чувствовать. Здесь все слишком родное и близкое сердцу, поэтому я наклоняю голову вниз и смотрю в пол. Не уверена, что поможет, хочу еще зажмуриться, но боковым зрением замечаю, что Кирилл подходит ко мне, напрягаюсь и поднимаю на него взгляд. И в этот момент вся моя хрупкая защита разбивается вдребезги, потому что мой взгляд фиксируется на фотографии за его спиной. Нашей с ним фотографии. А еще, есть такие, где я одна, такая красивая и счастливая, как же я изменилась с тех пор. И не помню уже, когда я улыбалась или смеялась искренне. Я обвожу взглядом комнату и не могу поверить глазам, фотографии везде, их так много, что в голове не укладывается, зачем это все ему. Опять игра какая-то, заманить меня к себе, а потом подставить перед Владом. В горле застревает ком, потому что мне сейчас больно, мне так больно, черт возьми. Он не дает мне ни одного шанса забыть, не исчезает из моей жизни, не оставляет меня в покое. Кирилл все это время стоит и молча смотрит на меня, потом отходит в сторону, вскользь замечаю, как у него там что-то щелкнуло и через несколько секунд вокруг меня загораются гирлянды. Они везде, на окнах, на потолке, на стенах. Я, широко распахнув глаза, смотрю на это все и больше не могу себя сдерживать, по щекам начинают струиться слезы, а из горла вырывается всхлип, я зажимаю рот ладонью, но это совсем не помогает мне остановиться, наоборот, у меня начинается самая настоящая истерика. Я медленно сползаю на пол, Кирилл подскакивает ко мне, берет меня на руки и сажает к себе на колени, начинает укачивать и успокаивать, как маленькую. Я толком не могу разобрать, что он говорит, но несколько раз точно слышала, как он признается мне в любви, целует волосы и гладит их. Мое тело начинает наполняться такой знакомой сладкой истомой, что я не могу ей сопротивляться. И когда Кирилл медленно, как зачарованный, наклоняется к моим губам, я безропотно открываю свои ему на встречу, обнимаю и тянусь к нему так жадно, как путник, блуждающий несколько дней в пустыне, к глотку воды. Как летела наша одежда в разные стороны, никто из нас не заметил, также как и то, что мы даже до спальни не сразу добрались. Слишком долгой была разлука и слишком сильной оказалась жажда друг друга. Я ни разу за ночь не вспомнила про помолвку, про жениха, про то, что настанет утро и придется отвечать за свои поступки и про то, что мы даже не поговорили.

Сейчас все было за гранью нашего с ним мира, который сузился до размеров этой квартиры. И даже, если потом все опять будет очень плохо и мне придется пожалеть об этом порыве, я ни за что не смогу отказаться от этой ночи. Прежде, чем я уйду от него навсегда и выйду замуж за другого мужчину, я хочу в последний раз почувствовать на себе силу его рук, нежность губ и всю ту любовь и страсть, которую умеет дарить мне только он. Могу же я в эту волшебную, предновогоднюю ночь получить такой подарок и позволить сбыться всем своим желаниям.

Глава 53

Ника

Утром с трудом выплываю из тягучего, но такого сладкого сна, понимаю, что совсем не выспалась. А спала ли я вообще, может час-два, не больше. Оглядываюсь вокруг и замираю от накатившего осознания случившегося. Рядом со мной на кровати крепко спит Кирилл, и на нас обоих совсем нет одежды, это доказывает, что все случившееся сегодня ночью, вовсе не сон. А так же то, что все мое тело покрыто маленькими отметинами от нашей ночной любви, ну и конечно, такая характерная боль во всем теле, особенно между бедер обмануться по поводу случившегося, мне не дает.

Я прикрываю рот ладонью, чтобы не заорать от избытка эмоций. Что же мне теперь делать со всем этим. Пока паника не накатила на меня в полною силу, осторожно вылезаю из кровати, подхватываю свои вещи и несусь в ванную. Быстро привожу себя в порядок, хватаю с полки бутылку с водой, там же беру немного денег, только, чтоб на такси хватило, и выбегаю на улицу, тихонько прикрыв за собой двери.

Куда мне ехать после того, как я всех так сильно подвела? Я же исчезла вчера в самом начале вечера и никого не поставила в известность. После недолгих размышлений, решаю поехать в студию танцев. Утром там никого не должно быть, зато в шкафчике есть запасная одежда.

Приезжаю на такси к своему временному пристанищу и иду переодеваться.

Мне нужно побыть одной, подумать и решить, что делать дальше. Я очень плохо поступила с Владом, когда просто сбежала. Взрослые люди так не поступают. Взрослые люди разговаривают друг с другом и несут ответственность за свои поступки. Но на разговор нужны силы, а у меня их совсем не осталось. Поэтому просто захожу в зал, запираю двери и включаю музыку. В любой сложной ситуации в моей жизни я занимаюсь своим любимым делом, я танцую. И пусть в этот раз грусть и чувство вины точно не смогу развеять, но хотя бы отключиться на некоторое время от случившегося я могу.

Сколько времени я танцевала, точно сказать не могу, остановилась, лишь, когда почувствовала явный запах гари. Огляделась по сторонам, так и есть, помещение зала начинало заполняться дымом, в небольшой подсветке помещения теперь это было хорошо заметно. Неужели что-то горит? Я в панике рванула к дверям, открыла замок изнутри, но дверь не поддалась. Я несколько раз дернула, потом с силой навалилась на нее, но у меня ничего не получилось. Значит, здесь либо заело замок, либо… дверь специально кто-то запер с той стороны.

Кирилл

Прежде чем открыть глаза, провожу рукой по простыни рядом с собой, пусто. Соскакиваю с кровати, сон сразу, как рукой сняло, и мечусь по квартире, в чем мать родила и зову Нику. Сбежала все-таки. Я всю ночь не позволял себе уснуть, чтобы не допустить этого, но под утро усталость взяла свое и я вырубился. Быстро умываюсь, одеваюсь, беру ключи от машины, телефон и выхожу из квартиры. Я должен ее найти еще до того, как она накрутит себя и внушит, что все, что было между нами ночью, ошибка. Не знаю почему я решил сначала поехать в студию танцев. Возможно потому, что догадывался, что сейчас Ника съедает себя угрызениями совести и никого не хочет видеть, или, потому, что сердце было не на месте и все тело разрывало из-за нехорошего предчувствия. И оно меня не подвело.

Когда я подъезжал к зданию, еще издалека заметил клубы дыма, которые были видны как раз со стороны зала, где проходят основные занятия. Внутри все похолодело и сжалось от страха. Я бросил машину прямо на дороге и рванул в сторону здания. Когда пробегал мимо толпы собравшихся, крикнул, чтоб вызвали пожарных и скорую. К:н:и:г:о:е:д:.:н:е:т

Входная дверь поддалась без проблем, а та, что ведет в сам зал, никак не открывалась. Не знаю как, но я чувствовал, что Вероника там и время идет на секунды. В это время ко мне сзади подбежал Макс и протянул железный лом. Я подцепил им замок и дернул, что было сил. Распахнул двери, быстро осмотрел весь зал, но здесь уже было очень дымно и кое-где разгорались языки пламени. Наконец, я увидел на полу у стены маленькую фигурку Ники, она была без сознания. Подбежал к ней, но оказалось, что ее ноги придавила большая балка. Дал знак Максу, чтобы приготовился быстро поднять и вынести Нику на воздух, пока я приподниму балку, там уже вовсю слышны звуки сирены. Значит, врачи уже близко и они смогут откачать мою девочку. Я поднимаю тяжелую перекладину, Макс в этот момент вытаскивает Нику и сразу с ней на руках бежит к дверям. Я отбрасываю балку в сторону и тоже спешу к выходу, но вижу, что над дверной аркой уже все объято огнем. Разворачиваюсь к окну и решаю выбраться через него, но не успеваю добежать, сверху над моей головой с потолка сплошным потоком летят искры. Слышу треск. Громкий хлопок. Удар. Даже боли толком почувствовать не успеваю. Только горячие капли стекающие на лоб и глаза, и вязкую плотную черноту, которая уносит с собой мое сознание.