Элина Бриз – Моя большая маленькая тайна (страница 34)

Егор

Я вернулся из командировки, ужасно вымотанный, практически не живой, в последнее время не могу спать, даже, когда смертельно уставший. Жену свою видеть я совсем не хотел, поэтому прошел сразу в детскую.

Сначала меня напрягло то, что у ребенка другая няня, но это резко отступило на второй план, когда я увидел синяк на ручке и на ножке. Он, конечно, был очень подвижным ребенком, мог упасть или стукнуться, но на руках явно прослеживались пятна от пальцев, его кто-то слишком сильно схватил за руку.

Я пытался выяснить все подробности у няни, но она, напуганная моим криком, в слезах молча выбежала из комнаты.

Я зашел в спальню и, увидев только проснувшуюся Эмили, устроил ей допрос.

— Что случилось с Даней? — рявкаю сразу на нее, — почему у него синяки?

— А я откуда знаю, — отвечает после паузы, во время которой я замечаю, как она прячет от меня глаза, — спроси у своей ненормальной бывшей, ребенка уже привезли в слезах, я не знала, что делать и вызвала еще одну няню. Ту пришлось выгнать, она не справляется.

Я устало тру лицо, ни черта не понимаю, всегда был уверен, что Марина очень любит сына. Может, у нее нервы сдают, вторые роды, потом почти сразу операция ребенку, послеродовая депрессия, не знаю, что там еще бывает… Это ее конечно нисколько не оправдывает. Надо принять меры, это нельзя спускать с рук.

Я сразу еду к ней, потому что в бешенстве от этой ситуации, и выплескиваю на нее весь свой гнев. Она даже сказать мне ничего толком не может, просто плачет постоянно. В итоге, так и не разобравшись, уезжаю обратно домой, может ей надо специалиста пригласить. Психолога или психотерапевта.

Дома, убедившись, что ребенок спит, ухожу в свой кабинет, беру бутылку и наливаю себе выпить. Работать все равно не смогу сейчас, надо бы поспать, но чувствую, что это опять будут бесполезные попытки уснуть. Через час мне по внутреннему телефону звонит охранник и говорит, что ко мне пришел Алекс. Ну, естественно, кто бы сомневался, не пришло и двух часов, а он уже примчался разбираться. Я даю разрешение впустить его, в конце концов, мне даже интересно, что он скажет.

Алекс заходит в кабинет, подскакивает ко мне и хватает за грудки, затем с силой швыряет обратно на стул. Поправляет свой пиджак и швыряет мне на стол какую-то папку.

— Напрягись, посмотри, — летит в мою сторону со злостью, — это досье на вашу новую няню, которую выбрала твоя благоверная. Проверять надо, кого берешь на работу.

— Я бы обязательно проверил, сам же знаешь, что я только что прилетел, — отвечаю со злостью.

— И еще один момент, у вас в детской везде натыканы камеры. Это я постарался в свое время, как знал, что пригодится. Не буду подставлять человека, через которого действовал, да это уже и неважно. Так вот, советую тебе внимательно посмотреть, что там. И вернуть ребенка матери в самое ближайшее время. Иначе мы с Мариной с легкостью отсудим его у тебя, потому что у меня тоже сохранились все видео. Я смогу сделать все так, чтобы ситуация была против тебя.

Я замираю на месте от ужаса, даже пошевелиться не могу от судороги, простреливающей весь мой организм. Понимаю, что опять жестоко ошибся, поверил всем, но не ей, не своей любимой женщиной. Почему я всегда уверен, что, если она подорвала мое доверие один раз, то обманет и в будущем.

— И еще совет напоследок. Наведи справки о своей жене, много интересного узнаешь. Я сам этим заниматься не буду, не хочу копаться в чужом грязном белье, а вот тебе следовало бы сделать это уже давно.

С этими словами он разворачивается и выходит из кабинета. Я листаю бумаги в папке с жалобами на новую няню и не могу поверить во весь этот кошмар. Затем иду смотреть записи с камер, мне страшно это делать, но у меня нет выбора, я должен узнать всю правду. Вот только от увиденного могу не сдержаться и прибить свою чокнутую жену.

Просматриваю все видео за последние дни и, особенно со вчерашнего вечера, когда Настя привезла ребенка домой. Эмили ее выгнала из дома практически сразу же, а сама отдала Даню новой няне, предварительно грубо схватив его за ручки. Вот откуда у него синяки.

Незамедлительно иду в спальню, сдергиваю Эмили с кровати, достаю из шкафа все ее шмотки и швыряю ей в лицо.

— У тебя есть тридцать минут, чтобы навсегда убраться из этого дома, — ору на нее, — я видел записи с камер из детской комнаты и обо всем знаю. Ты перешла черту на этот раз, скажи спасибо, что я не заявил на тебя в полицию.

— Ты что выгоняешь меня? — истерично начинает причитать, — Как ты смеешь? Я позвоню папе.

— Ты можешь позвонить даже Президенту, это ничего не изменит. Время пошло, — выкрикиваю ей напоследок и выхожу из комнаты, потому что уже с большим трудом держу себя в руках. Марать об нее руки не хочу, потому что ее папаша меня потом засудит. А сидеть несколько лет из-за этой мрази у меня нет никого желания.

Следом ко мне приходит горькое осознание, что теперь я навсегда потерял Марину, стольких ошибок ни один нормальный человек не простит. Решаю завтра же утром отвезти ей Даню, она заслуживает быть настоящей матерью, а вот я отцом — нет. Если она запретит мне видеть сына, то это будет вполне справедливо.

Глава 21

Марина

Выныриваю из тревожного сна и не могу сразу понять, где нахожусь. Спустя несколько секунд на меня обрушивается вся реальность произошедшего несколько часов назад, и я чувствую мерзкую пустоту в душе так отчетливо, что горькие слезы опять близко.

Замечаю в темноте какое-то движение и соскакиваю с кровати.

— Кто здесь? — шепчу охрипшим от слез голосом.

— Это я, Марин, не пугайся, — узнаю Алекса и выдыхаю. — Я отправил Настю домой отдохнуть, но не смог оставить тебя одну в таком состоянии. Матвей спит, Настя перед уходом покормила его смесью. Мы решили не будить тебя. С Даней тоже все в порядке, его осматривал врач, никаких повреждений не обнаружил, кроме пары синяков.

— Что она с ним сделала? — кричу со слезами, — Скажи мне всю правду, я должна знать.

— Марин, успокойся, она не била его, я смотрел видео с камер наблюдения. Один раз схватила, когда он капризничал, чтобы оторвать от Насти и передать другой няне. Завтра он будет здесь с тобой, я обещаю тебе. Уже насовсем.

— Спасибо, — шепчу в ответ и тяжело сглатываю.

Он опять спас меня от очередного кошмара в моей жизни. Просто потому, что я дорога ему. Я уверена, что он никогда бы не стал меня ни в чем обвинять, всегда в любом вопросе встал на мою сторону, даже не разбираясь. Вот таких надо выбирать мужчин по жизни, с которыми не бывает больно и страшно.

И вдруг в этот момент я понимаю, что всегда хочу быть в такой безопасности. И если он без труда дарит мне эту безопасность, почему я все еще не с ним. Вероятно, потому что дура. Если бы я с самого начала согласилась на его предложение, мне не пришлось бы столько страдать. И Даня, я уверена, уже давно был бы со мной.

Я встаю с кровати и подхожу к креслу, в котором сидит Алекс. Он сразу вскакивает и придерживает меня за плечи.

— Что с тобой? Тебе плохо? — с таким искренним участием спрашивает, что на глаза снова наворачиваются слезы. Мне хочется прижаться к нему и забыть обо всем остальном, хотя бы на один день.

— Алекс, — поднимаю на него глаза, полные слез, — я хочу стать твоей, пожалуйста, не отталкивай меня сейчас. Я так устала быть все время одна. Я хочу забыть весь этот кошмар и снова почувствовать себя живой. Просто хочу почувствовать себя любимой женщиной, которой ничего и никто больше не угрожает.

— Марина, — выдыхает Алекс мне в губы, — ты сама не понимаешь, что творишь. Я не хочу, чтобы на утро ты пожалела об этом и возненавидела меня потом.

— Я все понимаю, — отвечаю, серьезно глядя ему в глаза, — и я уверена, что никогда не пожалею об этом.

Его выражение лица стремительно меняется, оно становится более жестким и решительным.

— Я же заберу тебя насовсем, Марина, — легонько встряхивает меня за плечи, — я не отпущу тебя потом, понимаешь? Даже, если попросишь. Я не смогу.

— Я хочу, чтобы ты любил меня. Прямо сейчас, — отчетливо проговариваю каждую букву, чеканю каждое слово.

Он замирает рядом с моими губами на некоторое время, будто бы старается побороть последние сомнения. Затем с мучительным стоном накрывает мои губы. Он действует очень нежно и мягко, никакого напора и стремления подчинить себе. Он будто осторожно пьет мое дыхание, распаляет во мне ответное желание, ждет, когда я окончательно расслаблюсь, и топит в своей нежности.

Все его прикосновения и движения, не смотря на нежность, уверенные и умелые, он абсолютно точно знает, как доставить удовольствие женщине несколько раз за ночь. Я просто полностью расслабляюсь, вверяю свое тело в его надежные руки и плыву по течению. Мне очень хорошо и приятно, все проблемы и слезы разом отступают на второй план, сейчас я остро чувствую его потребность во мне и подчиняюсь, полностью отдаюсь, потому что взамен, когда схлынет волна наслаждения, получаю то, что сейчас нужно мне больше всего, спокойствие и безмятежность.

Довольная и утомленная, я засыпаю на его плече, а он осторожно прижимает меня к своей груди и гладит все время по волосам. С ним рядом я чувствую себя маленькой девочкой, которую спасли от злого дракона и дали шанс на новую жизнь, в которой не будет страха и боли. В конце концов, раз с любовью у меня не сложилось, сначала неудачный опыт с Пашей, потом такие трудные и взрывные отношения с Егором, я просто стану счастливой рядом с мужчиной, который любит меня и готов сделать все, чтобы сделать меня счастливой.