Элин Рен – Обмани себя (страница 3)
Его взгляд был устремлен на Пен, ожидая ответа. А меня в эту секунду окатило ледяным, паническим осознанием. Я стояла перед ожившим идеалом из своих фантазий в чужой ползущей вверх юбке, съехавших сапогах-гармошках и с красным от мороза носом, так и не прошедшая фейс-контроль. Вся эстетика красивого романа умерла прямо здесь, на промерзшей брусчатке Митпэкинга.
Глава 2 Чужой поцелуй
Мы оккупировали вип-ложу, и я, забыв о приличиях, откровенно пялилась на Джека. Если бы мне сказали, что персонаж из вебтунов может материализоваться в реальности, я бы рассмеялась в лицо. Но этот парень… он двигался, выглядел и разговаривал точь-в-точь как идеальный мистер Ким, на которого я залипала по ночам.
Глубокий изумрудный шелк его блузки контрастировал с темными волосами и карими глазами, а массивная металлическая брошь с полукружьями цепей добавляла образу той самой дерзкой, опасной театральности. Он выглядел до абсурда нездешним. Даже первый снег пошел ровно в ту секунду, когда он появился перед нами — словно по законам жанра.
— А вы, значит, коллега Пен? — Ви включила режим допроса, а Пенелопа метнула в нее взгляд.
— Все так, — Джек выдал улыбку, от которой я непроизвольно облизнула губы.
— Вообще-то, он мой босс, — вставила Пен. Мне показалось, или Джек действительно слегка покраснел?
— В нашем отделе мы не играем в иерархию, — смущенно пробормотал он.
— Вот как, — протянула Ви, подпирая подбородок кулаком и задорно сканируя Пен. — А ваши друзья тоже из «коллег»?
Ви не унималась, и Джек, не выдержав, едва не подавился коктейлем.
— Нет-нет, они из других миров, — он потер подбородок, явно забавляясь.
— О, и из каких же? — поинтересовалась Ви. Мы с Пен синхронно и мучительно вздохнули.
— Эдди у нас по части закона. Адвокат, — Джек кивнул на парня справа.
Я перевела взгляд на парня с мягкими волнами русых волос и обезоруживающе доброй улыбкой. Он ни на грамм не походил на стервятников из нашего корпоративного юротдела. Никаких сшитых на заказ костюмов — только базовый свитер и потертые джинсы. В его глазах не было того цепкого, сканирующего холода, с которым корпоративные юристы обычно изучают собеседника в поисках уязвимостей. Абсолютный разрыв шаблона.
— А Малек в рекламе, — он указал на мужчину напротив меня.
Малек же выглядел абсолютно чужеродным элементом. Его тяжелый, скучающий взгляд скользил поверх наших голов — наше общество для него попросту не существовало. Базовая белая футболка и потертая кожаная куртка резко диссонировали с выверенными нарядами присутствующих, но эта небрежность не была случайной. Растрепанные волосы, жесткая щетина и ледяная отстраненность. Каждой деталью своего образа, каждым ленивым движением он транслировал абсолютное, надменное превосходство: правила и дресс-коды существуют для всех остальных, но не для него.
— Надо же! — Ви выпрямилась, эффектно презентуя меня ладонью. — Наша Оливия тоже «рекламная душа».
— Оливия? — Джек вскинул брови. — И где именно ты креативишь?
— «Рей Груп», — ответила за меня Пен с такой гордостью, будто я как минимум директор этой компании.
Парни переглянулись. Взгляд Малека впился в меня. В полумраке вип-ложи острые грани его лица ловили блики прожекторов, но этот взгляд… его невозможно было игнорировать. Он ощущался физически.
— И как давно вы там трудитесь, Оливия? — его голос прозвучал так внезапно, что по шее пробежал холодок.
— Три года, — кажется, это были мои первые слова за вечер. Голос слегка дрогнул.
— В каком отделе? — не отставал он.
— Международных контрактов. — Во рту стало сухо, и я не стала рассыпаться в подробностях — краткость сестра таланта, особенно когда тебя трясет от необъяснимой тревоги. Решила просто «утопить» это чувство в очередном бокале.
— Видели кампанию для «Always»? Это все наша Ол, — хвасталась Ви, игнорируя мои тычки в бок. — А вы где приземлились, Малек?
— Вы отличный пиар-менеджер для своих подруг, Виктория. Но вы так виртуозно избегаете разговора о себе. Исправим это?
— Ой, и правда! Что ж, слушайте мою грандиозную новость, — Ви эффектно поднялась и, выдержав театральную паузу, провозгласила: — Я выхожу замуж!
Осознание доходило до мозга со скрипом. Мы с Пен переглянулись, а потом синхронно вскочили, устраивая групповые объятия с визгами.
— Поздравляю! — орала я, перекрывая музыку.
— Охренеть! — вторила Пен. — Неужели этот болван созрел для кольца?
Мы прыгали, как безумные. Мужчины тоже поднялись, рассыпаясь в поздравлениях. Перед тем как бокалы встретились в звонком тосте, Ви всех притормозила:
— Так, я иду под венец, но этот тост — за моих одиноких подруг. Пусть они поскорее последуют моему примеру и перестанут мечтать о пикселях, — подшутила она.
Я закатила глаза так сильно, что едва не увидели собственные мысли, но Ви только рассмеялась, сталкивая наши бокалы с напитками парней.
Вечер катился в сторону ночи. Я ловила взгляды Джека, которые он бросал на Пен, и это кололо меня под дых. Неужели мой личный господин Ким уже забронировал сердце для своей «госпожи Пак»?
Мы обсуждали свадьбу, мужчины гудели о своем. Джек пытался балансировать между двумя мирами. А я… дряньство. Я просто набралась.
В какой-то момент фильтры отключились. Все мысли вылетали наружу, вопросы задавались без цензуры, а мои попытки флиртовать выглядели как катастрофа в прямом эфире.
До туалета я добиралась, держась за стены. Почти провалилась в сон прямо в кабинке, но когда вышла в полумрак коридора — увидела Его. Своего ожившего мистера Кима.
Мой пьяный мозг вяло зафиксировал, что выглядит он иначе, чем час назад в вип-ложе. Изумрудный шелк почему-то сменился на простую белую футболку, а идеальная укладка растрепалась. Но, отмахнувшись от сбоев в логике, я решила, что сегодня мой день.
Узкий коридор сжимался, буквально впечатывая нас друг в друга. Бордовые стены не просто намекали — они орали:
Я качнулась вперед, подходя вплотную. Вдох. Выдох. Закинула голову, с трудом фокусируя мутный взгляд на его темных глазах, и... сделала это.
На его губах остался горький привкус табака и ледяной мяты, а тяжелый, мужской аромат сандала мгновенно ударил в голову, перекрывая остатки кислорода. Я целовала его так, как сделала бы легендарная госпожа Пак в финале тома: без тормозов, без корпоративного стыда, с чувством, будто мне уже пообещали вечную любовь и кольцо в пять карат. В этот момент я не просто играла роль — я стала героиней. Эта одержимая девчонка всегда пряталась внутри меня, и сегодня я дала своей вебтунной мечте плоть и кровь.
Мужчина не оттолкнул. Наоборот — спустя долю секунды его руки властно сомкнулись на моей талии, жестко сминая плечи и впечатывая меня в себя. Иллюзия начала трещать по швам: его щетина грубо царапала кожу, а мои пальцы, судорожно исследовали его лицо, путались в жестких, стоящих колом от воска волосах. Но я уже летела в пропасть.
— Я тоже тебя люблю... — пьяно прошептала я прямо в его губы, завершая свою идеальную сцену.
Ответ был мгновенным. Чужие руки стальной хваткой сжались на моих плечах, а затем с силой отшвырнули назад. Меня буквально размазало по стене.
Удар выбил воздух из легких. Мутный, плывущий взгляд зацепил лишь удаляющиеся по коридору ботинки. А потом пол услужливо поднялся мне навстречу, и тяжелая тьма поглотила финал этой главы.
***
Свет резанул по глазам с такой силой, что я мгновенно зажмурилась. В висках пульсировала глухая боль — расплата за вчерашние шоты, а желудок стянуло спазмом от одной только мысли о движении.
Проигнорировав пустую гостиную, я на добралась до кухни.
— Ви? — мой хриплый голос прозвучал жалко. Мозг тормозил, отказываясь анализировать, как и почему она оказалась за обеденным столом у окна.
— О, доброе утро, — её улыбка была подозрительно осторожной.
— Технически, уже день, — сухо отчеканила Пен. На её лице было написано всё, что она думала о моем вчерашнем поведении.
Я проигнорировала этот укол и молча потащилась к плите. Медная турка казалась единственным спасением. Подруги хранили тяжелое, напряженное молчание, словно наблюдали за местом преступления. Они ждали, пока кофеин перезапустит мою систему и я наконец осознаю масштабы катастрофы.
— Малышка, ты как? — осторожно спросила Ви. В её зеленоватых глазах читалась тревога — она явно пыталась вычислить, сколько файлов стерлось из моей памяти за ночь.
— Голова — вдребезги, и ощущение, будто меня переехал грузовик. Несколько раз, — я сделала глоток и блаженно застонала.
— Ну, в каком-то смысле так и было, — хмыкнула Пен. В отличие от уютной Ви, она даже субботним утром казалась сотканной из упреков и прямых углов. Ее тяжелые темные волосы жестко контрастировали с мягкими волнами Ви, а безжалостный взгляд карих глаз — даже сквозь линзы очков — вызывал рефлекторное желание спрятаться. Скрестив руки на груди, Пен явно не собиралась играть в хорошего полицейского.
— Олли, ты хоть что-то из вчерашнего помнишь?
— В общих чертах — да. — Я уставилась в стену, пытаясь собрать пазл. Вроде ничего криминального?
— Тебе кто-нибудь вчера… приглянулся? — закинула удочку Виктория.
— Нет, — отрезала я, чувствуя, как жар приливает к лицу.
— Да неужели? — Пен саркастично выгнула бровь.
— Может, вы просто расскажете, что случилось, и закончим этот допрос? — вспылила я.